Чтение онлайн

В поле зрения Джокера промелькнула и тут же исчезла женщина-контролер, но что-то заставило волосы у него на загривке встать дыбом, и он повел биноклем назад, силясь вновь ее отыскать. Нашел. Рыжие волосы, очки на носу, одежда, напоминающая униформу, но это была Мэри Хеннесси, сомнений у него не оставалось. Она перегнулась через металлическую ограду и смотрела вниз, на бейсбольное поле, с отсутствующей улыбкой на лице. Джокер достал рацию и нажал кнопку передатчика.

Мэри стояла у самого края среднего прохода трибуны второго яруса, глядя вниз на третью линию старта. Она обернулась, чтобы убедиться, что поблизости нет других служащих. Если ей удастся держаться от них на расстоянии, никто и не заподозрит, что она не является работником стадиона. В соответствии со схемой, выданной ей Келли Армстронг, поблизости не должно было быть тайных агентов ФБР. Вверху прохода она заметила Келли, но намеренно избегала встречаться с ней взглядом. Мэри не могла до конца понять, чего добивается Келли своим присутствием на стадионе, но та сказала, что хочет быть поблизости и если нужно – помочь.

Мэри повернулась и увидела, как премьер-министр идет к месту подающего, держа в руках мяч и словно не совсем понимая, что он должен с ним делать. Его телохранители стояли по бокам, оглядывая лица зрителей, готовые моментально отреагировать на малейшие признаки тревоги, а уже за ними находились агенты Секретной службы. Первая леди остановилась сбоку от песчаной насыпи, примерно в двадцати футах от премьер-министра. Мэри улыбнулась. Она жалела, что не может каким-либо образом известить британского премьера о том, что сейчас произойдет, чтобы посмотреть, как его лицо помертвеет от страха. В фантазиях, от которых у нее сейчас кругом шла голова, Мэри представляла, как перед ударом пули сообщает ему, что он сейчас умрет, а потом, одновременно с тем, как грудь его разрывается на клочки, проклинает.

Согнув шею, она приблизила губы ближе к микрофону. Рация совершенно открыто висела у нее на поясе. Многие работники стадиона носили рации, и это скорее добавляло правдоподобности ее облику.

– Контроль один, – произнесла Мэри, поглубже вдавливая динамик в ухо, чтобы не мешал шум толпы.

– Контроль один, – услышала она. Это был голос Ловелла.

– Контроль два, – сказала Мэри.

– Контроль два, – отозвался Шолен.

– Контроль три, – сказал Мэри.

– Контроль три, – ответил Карлос.

– Контроль ветра, – произнесла Мэри.

Наступила пауза, затем она услышала голос Фаррелла:

– Один-девять-семь на три.

У Мэри сжалось сердце. Ветра почти не было.

– Один-девять-семь на три, – повторил Ловелл.

– Один-девять-семь на три, – подтвердил Шолен.

– Один-девять-семь на три, – отозвался Карлос.

– Веду первого, – произнесла Мэри.

Теперь дело было за Ловеллом. Мэри облокотилась о металлическую загородку и смотрела, как премьер-министр готовится бросить мяч. Заметив человека в пестром пиджаке и джинсах, глядящего в бинокль в ее направлении, она нахмурилась. Он не походил на остальных агентов Секретной службы или английских телохранителей, и Мэри прищурила один глаз, пытаясь получше разглядеть незнакомца.

Рик Ловелл установил перекрестье телескопического прицела в центре груди премьер-министра. Выдыхал Ловелл медленно, сосредоточив все свое существо на предстоящем выстреле. В сознании Ловелла премьер больше не фигурировал как человек. Он был мишенью и ничем больше.

Премьер-министр сделал шаг в сторону, и Ловелл передвинул винтовку, чтобы вновь поймать его в прицел. Четыре секунды – это очень долго, и Ловеллу необходимо было удостовериться, что цель не сдвинется с места во время полета пули. Тот факт, что до него будут выстрелы двух снайперов, на действия Ловелла никак не влиял. Он хотел, чтобы именно его пуля поразила цель. Ловелл сделал короткий вдох, набрав воздуха ровно столько, сколько требовало его тело. Никаких лишних движений быть не должно. Он давно уже отключился от вибрации и шума двигателей в хвосте гондолы. Даже Бейли, скрючившийся в футе от него, в сознании Ловелла больше не существовал. Единственное, что имело значение, – это мишень и четыре секунды между ней и стволом «Барретта 82А1».

– Ты видишь ее? – спросил наводящий. Он через весь стадион смотрел в бинокль на Мэри Хеннесси.

– Поймал, – отозвался снайпер. Он стоял на одном колене, утвердив охотничью винтовку «сойер» модель 200 на парапете крыши конторского здания, соседствовавшего с бейсбольным стадионом. Это было дорогое оружие, обеспечивающее высокую точность боя, снайпер купил «сойер» у сержанта балтиморского СВАТа, вышедшего в отставку. Женщина находилась от снайпера на расстоянии приблизительно триста ярдов.

Наводящий заговорил в свой уоки-токи. – Прицел взят, помех нет, – сообщил он.

– Жди команды, – сказал командир СВАТа.

Магазин «сойера» вмещал три патрона, но снайпер знал, что ему потребуется лишь один. Его пули были с тупым концом, они разрывали на куски грудную клетку человека. Снайпер установил прицел в самом центре груди женщины.

Мужчина в пестром пиджаке продолжал пристально изучать Мэри Хеннесси в бинокль, и та инстинктивно поняла, – что-то не так. Она обернулась и посмотрела на верх прохода. Прямо за Келли Армстронг стояли двое мужчин в темных костюмах и черных очках. Пять минут назад их там не было. Мэри посмотрела налево и увидела еще двух агентов Секретной службы, двигавшихся по параллельному проходу.

Сердце ее бешено забилось. Она резко развернулась и посмотрела на место подающего. Премьер-министр готовился вбросить мяч, ловящий пригнулся и выставил вперед руку в перчатке.

Мэри глянула через плечо. Двое мужчин спускались к ней по ступенькам, засунув руки за борта пиджаков.

– Снайпер один, стреляй! – прокричала она в микрофон. – Убей этого ублюдка, черт бы тебя побрал!

Ответа не последовало, и Мэри поняла, что микрофон не работает. Должно быть, она выдернула его из гнезда рации, когда поворачивалась. Мэри бешено начала обшаривать себя в поисках провода.

Келли увидела судорожные движения Мэри, догадалась, что ее что-то встревожило, и тут же поняла – что именно. По параллельному проходу спускались двое мужчин в темных костюмах и черных очках. Агенты Секретной службы.

Келли наморщила лоб, не зная, что делать.

– Вот она, – произнес голос за ее спиной, и Келли резко повернулась. Еще двое агентов стояли прямо за ней, один молодой, другой средних лет, настолько похожие, что их можно было принять за отца и сына.

– Простите, мисс, – сказал старший, пытаясь пройти мимо нее.