Вьюга
Шрифт:
На небе погас последний огонек. Виллему охватила дрожь.
Она шла правильно, вот и болото. Тропинка стала лучше видна, превратилась в небольшую дорогу, протоптанную когда-то скотиной. Никто, кроме лис и лосей, теперь здесь не ходит.
Виллему продвинулась еще немного вперед и снова очутилась в лесу с древними деревьями, у которых были большие крепкие ветви, пригодные для виселицы.
Болото повешенного. Хватит ли у нее смелости пройти через небольшой лесок на болоте?
Привидение? Тьфу! Разве она не из рода Людей Льда?
Именно. А они видели больше других.
Она отбросила навязчивые мысли. Решительно, пристально глядя на склон, прошла она через лесок.
Там! Не след ли это от ноги? Оставленный большим мужским сапогом? Она вынуждена была низко наклониться над землей с тем, чтобы рассмотреть это в темноте. Эльдар?
Он должен быть здесь.
А не повешенный ли руководит ее шагами? Прочь такие мысли!
Она прищурила глаза, все контуры распались, все слилось. Но во всяком случае, здесь лес кончился.
А вот и озеро. Прямо под ее ногами, окруженное мягкими кочками моха. Пушица все еще светилась в полутьме, дальше в маленьких заливчиках между кочками лежал осенний лед хрупкий и захватывающе красивый.
Виллему осмотрелась.
Там под деревьями… Это вершина горы или?.. Нет, это жилище человека. По крайней мере, было им раньше. В стороне едва различимые развалины скотного двора.
Все это заброшено.
След ноги? Может быть, сюда забрел на прошлой неделе, в прошлом месяце, весной случайный рыбак.
Дикая природа давила ее со всей огромной тяжестью. Эльдар здесь никогда не был. Никто не жил здесь с тех пор, как скончалась одинокая Барбру. Виллему сейчас стояла здесь совсем одна на расстоянии многих миль от людей, не имея возможности вернуться домой в этой падающей темноте, наедине с дикими зверями, скрывающимися меж деревьев, с привидением повышенного где-то здесь вблизи.
6
Выбора у нее не было. Она должна переночевать в хижине Барбру.
В хижине умершей старухи будет довольно безопасно. Мертвецов она не боялась, но все, что окружало избушку было неприятно, мрачно.
Осторожно, как бы нехотя, приближалась она к маленькой лачуге. Даже в этой темноте она могла видеть, что силуэт домишки несколько покосился. А что, если все развалится, как только она откроет дверь? Впрочем, где же сама дверь?
Она прошла вдоль длинной стены хижины, высотой в три сажени, и не увидела ни одного оконного проема. Весело должно было здесь жить. Она вздрогнула.
Дверь оказалась на фронтоне домишки. Она ощупью нашла дверную ручку.
Дверь открылась со скрипом. На Виллему дыхнуло запахом земли. Если бы у нее в руках была свеча! Внутри царила темнота.
Виллему беспомощно стояла в проеме двери. Мужество, увы, начинало покидать ее.
Внезапно она задохнулась в истошном крике. Грубая рука закрыла ей сзади рот. Она душила ее, отнимала силы, и вдруг она услышала шипящий голос:
– Какого черта ты здесь делаешь?
Эльдар! Невыразимое облегчение охватило ее. Она попыталась освободиться, чтобы заверить его в своей лояльности.
Он втащил ее в избу и закрыл дверь.
В кромешной тьме она ощущала его близость, не только его руку, железно держащую ее за запястье, но и тепло человека, находящегося рядом.
– Как ты здесь оказалась?
– Я шла.
– Не будь глупой. Я спрашиваю, кто тебе сказал, что я здесь?
– Никто. Я подслушала разговор твоих родственников.
Эльдар разразился долгими и искренними проклятиями.
– Ты одна? – спросил он.
– Конечно! Никто за мной не следил.
– Этого ты не знаешь! Проклятые дураки! Чего тебе здесь надо?
Виллему глотнула воздух.
– Помочь тебе.
Он только простонал.
– У меня с собой еда, – быстро произнесла она. – И знаю, что ты невиновен.
– Знаешь? Откуда ты можешь знать?
– Ты не такой.
– И это все?
– Для меня это больше, чем достаточно.
– Посмотри на себя, – прошипел он после глубокого вздоха.
Виллему осмотрела себя, но увидела лишь одну темноту.
Он грубо прижал ее к чему-то, что могло быть кроватью, прочно прикрепленной к стене.
– Что мне с тобой делать, – жалобно произнес он.
Она осторожно ответила.
– Ты невиновен, не правда ли?
– Конечно, черт возьми, невиновен! Это заговор.
– А твой нож?
– Я положил его во дворе Линде-аллее. Вечером он исчез.
Ее пронзило удивительное чувство, показалось, что он что-то скрывает от нее.
– Что… ты делал на горе возле Элистранда?
– Это тебя не касается. Как ты добралась сюда?
– Я спросила дорогу в Муберге.
– Спасибо! Спасибочки, – едко сказал он. Она поняла, что была непростительно наивной и легкомысленной.
– Завтра рано утром я уйду обратно, – пролепетала она.
– Обязательно! Девушка из богатой семьи бродит одна по ночам! Тебя так тянет к мужчинам, что ты…
– Нет, – вспыхнула она оскорбленно. – Вовсе нет. Ты не понимаешь. Я хочу быть рядом с тобой.