Чтение онлайн

— Все! — ответил Ян Маленький, мешая бетон. — Русских не пускают на аэродром. Нам надо составить план авиабазы, указать, какие на аэродроме самолеты, сколько их, дать Точные координаты важнейших объектов. Словом, все об аэродроме, все об авиабазе, все о противовоздушной и наземной обороне.

— Немало, — усмехнулся Ян Большой. — Но нам нужны доказательства, что мы имеем дело с серьезными людьми, а не с девчонками, которые воображают себя разведчиками. С ними только фокстроты танцевать да в фантики играть!

— Ты что?! — возмутился Ян Маленький. — Хочешь, чтобы с тобой маршал Тимошенко переговоры вел?

— Я не хочу погибнуть без пользы.

— Такие глаза не врут. Надо иногда верить сердцу…

— «Очи черные, очи страстные…» Это по твоей части, д'Артаньян. Ты влюбился как мальчишка, а мне нужны не поцелуи, а доказательства.

— Просто ты трус! Немецкий холуй!

— А ты влюбленный дурак!

Друзья чуть не подрались. Их разняли Вацек и Стефан.

— Что же мы будем делать? — спросил Стефан. — Говори, Тыма, — ты ж, капрал, старший у нас!

— Пусть они познакомят нас со своим командиром! — решил Ян Большой…

— Хорошо, — сказала Люся, выслушав вечером поляков. — Я познакомлю вас с моим командиром. Приходите завтра вечером ко мне.

И четверо поляков вечером следующего дня постучались в Люсину дверь. Вацек для отвода глаз пришел с патефоном.

— Езус Мария! — шептал он на крыльце. — Разве можно начинать такое дело в пятницу?!

За столом в горенке сидела девушка лет двадцати.

— А где же?… — в недоумении начал было Ян Большой, оглядывая горенку, и осекся, встретившись взглядом с девушкой, сидевшей за столом.

Его поразили серо-голубые глаза этой девушки, лучистые, с родниково-прозрачной глубиной. Они светились такой верой, такой волей…

И все же, когда Аня показала полякам партизанские листовки, которые она достала из-за пазухи, Ян Большой упрямо проворчал:

— Такой литературы у оберштурмфюрера Вернера вагон!

Аня, краснея, смотрела на Яна Тыму строго и твердо.

— А вы все-таки почитайте, что там написано. Это обращение партизан к братьям полякам и чехам.

Аня подняла листовку со стола и стала медленно, сдерживая волнение, читать своим низким, грудным голосом:

— «Поляки, к оружию!… Через польскую землю проходят важнейшие дороги, войны. Превратите эти дороги в дороги смерти для гитлеровских полчищ. Если хотите спасти свою жизнь, честь ваших женщин, будущее ваших детей — беритесь за оружие, организуйте партизанские отряды, истребляйте немецких оккупантов!… К оружию, братья! Все на бой против немецко-фашистских мерзавцев…» Такие слова вы понимаете?

Почувствовав на себе взгляды своих товарищей и девушек, Ян Большой тяжело вздохнул и сказал:

— Но это про поляков, которые в Польше, а мы здесь…

— Поляк везде поляк! — твердо выговорил Ян Маленький.

— Здесь мы можем больнее по немцу ударить! — медленно, подбирая слова, проговорила Аня, не спуская загоревшихся глаз с Яна Большого. — Ну, вашу руку, капрал?

— Добже, — буркнул, словно нехотя, Ян Большой, — рискнем.

Аня крепко пожала руку Яну Большому. Глаза ее сияли.

— Вот он, главный козырь! — сказала она Люсе.

По переулку проехала какая-то автомашина. Ян Маленький завел пластинку.

— Мешаешь, Маньковский! — раздраженно сказал Ян Большой.

— Нет, — сказала Аня, — Пусть играет, пусть даже танцуют…

— О! Вы опытный конспиратор, панка Анна! — иронически усмехнулся Ян Большой.

Ян и Люся танцевали, слушая Анины инструкции.

— Я верю вам, — сказал Ян Маленький Люсе и Ане, — и буду вам всеми силами помогать. Не потому, конечно, — добавил он насмешливо, — что я «у вас в руках». А потому, что я ненавижу швабов и люблю Польшу.

Аня улыбнулась виновато.

— Извините нас, Ян! Не сердитесь на Люсю, это мой промах. Мы и в самом деле не слишком опытны в таких делах. Мы спутали козыри…

Неудивительно, что на первых порах Аня действовала почти как новичок в разведке. Не разобравшись по неопытности сразу в этих польских парнях, не поняв их настроений, она заставила Люсю выведать у влюбленного Яна военную тайну, а потом собиралась под угрозой разоблачения принудить его работать на себя. Теперь она отказалась от такого наивного подхода. Теперь было ясно, что эти польские парни сами давно искали связи с деятельными врагами гитлеровцев, у них у самих чесались руки по настоящему делу. Они слишком хорошо помнили дымящиеся развалины Варшавы и зверства «швабов» на родной Познанщине.

Но что Аня была не совсем новичком в разведке, поляки да и ее подруги убедились в первую же встречу.

— Составить подробный план авиабазы, — раздумчиво проговорил Ян Большой, — с точным указанием координатов всех важных объектов. А если нас на три недели поставят на строительство подземного склада? Значит, три недели мы ничего не увидим, кроме этого склада.

— Это днем. А вечером, ночью?

— После полицейского часа надо знать пароль, а мы, поляки, его получаем от баулейтера Хубе только тогда, когда работаем сверхурочно.

Все это было, конечно, сказано по-польски, и Аня не сразу разобралась в сказанном. А когда поняла Яна Большого, ответила ему так:

— Значит, вам нужны пароли? Хорошо! Я буду давать их вам.

— Вы?! Секретные пароли? — И поляки и девчата с сомнением уставились на Аню.

— На следующие сутки пароль: «Штеттин», отзыв: «Шмайссер».

— Но откуда?… — начал было Ян Большой, но тут же осекся. Он по-новому взглянул на Аню. — Простите, я понимаю: мы не должны задавать бестактные и неуместные вопросы… Но я солдат и знаю, что такое пароль…