Взаперти
Шрифт:
Александр приземлился возле девушки. Кинжал в руке снова был направлен в сторону жертвы. Приблизить артефакт ещё чуть-чуть, и он активируется.
«Нет, — парень попятился. — Я получил посох. И пообещал сам себе, что найду Аню. Как я буду смотреть в глаза Тамаре Петровне, когда она спросит меня о своей дочери?»
«Обнулить, обнулить, обнулить», — бесновалась мысль. Рукоять кинжала нагрелась, побуждая сделать заветный взмах.
«Я должен думать о себе. Только о себе».
Сделав шаг вперёд, Саша до боли закусил нижнюю губу. По подбородку потекла тёплая струйка крови.
«Но я не могу это сделать».
Рука с занесенным для удара кинжалом словно не слушалась.
«Обнулить, обнулить», — подбавляла масла в огонь уже не мысль, а навязчивая идея.
— Нет!
Александр отпрыгнул назад, одновременно приказывая трёхглавому тюльпану со змеёнышем примчаться к нему.
«Я не буду обнулять. Только не её».
Парень с силой стиснул зубы и выдвинул подборок. Он принял решение. Рука с артефактом опустилась.
И только Волк собрался взлететь, как мощная струя воды внезапно выстрелила из нёдр земли, подкинув мага вверх. Следом боль прокатилась по телу, будто ужалили сотни пчёл одновременно. Истошный крик вырвался из груди.
Короткий полёт в воздухе, и вот он уже рухнул на землю, больно ударившись затылком. Сознание помутилось.
В следующий момент острая боль вонзилась в левый бок. С очередным криком парень разлепил глаза и встретился с окровавленной мордой льва.
Но не успел он ничего предпринять, как с неба опустился белый жгут молнии. Тело затряслось в мелких судорогах. Вместо крика из гортани послышался хрип. Рука разжалась, выпуская «Клинок Истощения». Стучащие друг от друга зубы прикусили язык.
Острая боль пришла от правой ступни. В глазах двоилось, но Саша смог разглядеть сомкнувшуюся на ноге пасть крокодила.
Уже не было сил кричать. Показатель Здоровья стремительно приближался к нулю.
Очередная волна судорог прошлась по телу. Призывной лев вонзил клыки в живот. Затухающее сознание больше не воспринимало боль.
«Я… п-проиграл?» — мелькнула мысль.
Странное жжение окутало правую руку. Кое-как наведя резкость, Александр увидел белое пламя. Зрачки расширились от вмиг нахлынувшего страха. По спине пробежались мурашки. Именно с такого огня начинается обращение в безликого…
Глава 19
Что-то тёплое вдруг обмотало шею. Впрочем, Саше уже было всё равно.
«Наверно, очередная атака биомага или бота-призывателя», — подумалось ему.
Белое пламя тем временем перекинулось на правую ногу.
Говорят, перед смертью проносится вся жизнь. Но ничего такого не происходило.
«Соврали».
Безучастным взглядом Александр смотрел, как магический огонь распространяется по телу. Вот воспламенился живот.
«Жаль. Я так и не попал в локацию, где находится родительский дом. Как там мама с папой? Сумели добиться прогресса? Или… уже превратились в безликих? А может, их вообще не включили в Программу подготовки магов?»
Раз воспоминания сами не лезут в голову, Волк решил их насильно призвать.
Образы родителей сменил образ девушки, с которой он встречался до Программы. И в то злополучное воскресенье — день, когда стал магом — Саша собирался пойти с ней на свидание.
«Так и не увидел Юлю. Интересно, она ещё помнит меня или нашла себе другого парня?»
Воспламенилась левая нога.
«А как там Катя с Мариной? Чем они сейчас занимаются?»
Огонь подобрался к груди.
«И не сдержал обещание, данное Везувию: не избавил его от паразитов…»
Жжение становилось невыносимым. Парень прикрыл глаза.
«А ведь у меня неплохо получалось… Сумел дорасти до сорок второго уровня. Обрёл силу, которая многим даже и не снилась. Но потом… потом всё пошло наперекосяк. Чёртово обнуление, Палыч, Куратор «Райской жизни»… Я допустил ошибку и поплатился жизнью…»
До затухающего сознания вдруг донёсся чей-то жалобный взвизг…
Пробуждение вышло резким.
Александр приподнялся и жадно глотнул воздух.
Кружилась голова, ощущалась общая слабость. Но… ничего не болело.
Парень попытался открыть глаза. Почему-то правый всё ещё был закрыт.
Он находился на земле. Напротив него всё ещё стояла Аня, устремив безучастный взгляд высоко в небо. Золотистая плёнка магии света за её спиной недвусмысленно намекала, что Саша до сих пор заперт во внутреннем дворике.
«Я… выжил? Не превратился в безликого? Но что случилось с моим правым глазом? Почему я не могу его открыть?»
Подобное с ним уже происходило в далёком детстве, когда болел конъюнктивитом. Тогда по утрам, при пробуждении, тоже не сразу получалось раскрыть глаза, потому что засохший гной склеивал ресницы верхних и нижних век.
Машинально Александр дотронулся пальцами до правого глаза, но не обнаружил ресниц. А верхнее веко будто бы срослось с нижним…
Волосы встали дыбом от накатившего страха.
Неожиданно пришло осознание, что и мимические мышцы правой щеки словно парализовало.
Александр продолжил инвентаризацию собственного тела. Окровавленные лоскутки футболки практически не скрывали чистое, без единой царапины туловище.
И с ногами тоже было всё в порядке. Хотя истрёпанные, порванные во многих местах джинсы с кровавыми пятнами внушали опасения, что остались травмы.
Парень попытался встать. Но правая нога его почему-то не слушалась.
Внезапно будто бы кто-то всемогущий включил все звуки. Послышался характерный треск молний, хлюпанье воды, завывания призывных животных.
Саша повернул голову. За его спиной стояло два трёхглавых тюльпана. У одного было два жёлтых бутона и один красный.
«Восьмой ранг? — мелькнуло удивление на лице Волка. — Как там по классификации призывателей? Страж?»
Второй питомец обладал одним жёлтым бутоном и двумя красными.