Взрослые
Шрифт:
— Рождество же, — натянуто ответил Мэтт.
Алекс подняла руки, показывая, что сдается:
— Я не собираюсь никого судить.
Мэтт подобрал пульт от телевизора и потыкал кнопки. Алекс окинула глазами жужжащую черную консоль на полу, микрофоны на столе.
— Мэтт, ты же говорил, что караоке отменяется, — она хотела, чтобы это прозвучало как шутка, но все равно получился упрек.
Мэтт положил пульт на кофейный столик, взял бокал и допил остатки вина.
— Скарлетт захотела, чтобы мы спели. А ведь это ее праздник. Чем я могу оправдаться? — он посмотрел Алекс прямо в глаза. — Я тебе солгал, я лжец.
Алекс хотела было взять Мэтта за руку, но тот, не обращая внимания, прошел мимо нее на кухню.
Рука Алекс повисла в воздухе, и она, не зная, куда ее деть, обняла себя за живот.
Снова наполнив бокал вином, Мэтт вернулся в гостиную.
— Ну, машина больше не барахлит, — он присел на корточки перед Скарлетт. — Твой черед. Что будешь петь?
Скарлетт покосилась на Алекс и снова посмотрела на Мэтта. Она обхватила себя ручками и съежилась на стуле:
— Сначала ты.
— Ты же хотела спеть, — поднял бровь Мэтт.
Скарлетт решительно покачала головкой.
— Вы с мамой спойте песню, как вы встретились. Где дядя накрашенный. Покажи Алекс.
Патрик поднял глаза; он снова многозначительно посмотрел на Алекс.
Алекс слегка потрясла головой, чтобы показать, что не понимает.
— Скарлетт говорил о «Хьюман Лиг», — Мэтт повернулся к Клэр: — Давай, голубушка. По местам, — он поднял оба микрофона и протянул один Клэр. Потом обратился к Патрику: — Ты прости, Пат. Будет малость тоскливо.
Патрик промолчал.
Клэр взяла микрофон и театрально встряхнула волосами. Они с Мэттом стояли в центре комнаты, Мэтт жал на кнопки пульта.
— А ты поешь караоке? — спросила Алекс у Патрика.
— Иногда, — кивнул тот в ответ.
Мэтт положил пульт:
— Тогда очередь будет за тобой, дружище.
— Боюсь, я сейчас в неподходящем настроении для пения, — Патрик был натянуто вежлив.
Загорелся экран телевизора, начался клип. Зазвучали знакомые аккорды синтезатора песни «Разве ты не хочешь меня» группы «Хьюман Лиг».
Скарлетт уселась, скрестив ножки, и приготовилась слушать:
— Спой ту неправильную первую строчку, папа. И танец тоже.
Мэтт подмигнул ей. Он повращал микрофоном на проводе с видом профессионального певца.
На экране появились голубые буквы, и Мэтт начал петь.
«Мы танцевали под „Стоун Роузез“ в баре „Пинта за фунт“..»
— Это неправильные слова, — Алекс показала на экран. — Там должно быть про официантку в коктейльном баре.
«В студенческом сою-юзе».
Скарлетт обернулась к Алекс.
— У мамы с папой специальное начало в этой песне, — ее голос звучал твердо, и это встревожило Алекс. — Потому что они впервые встретились на танцах.
Алекс почесала щеку:
— Но ведь это даже не в ритм.
Мэтт проигнорировал замечание Алекс и повернулся к экрану. Теперь он пел правильные слова, его голос звучал чисто и уверенно. Алекс и не думала, что он может взять такие низкие ноты.
Пока Мэтт пел, Алекс глядела на Клэр. Та стояла с закрытыми глазами и качала головой из стороны в сторону, ожидая своей очереди и кокетливо похлопывая рукой по бедру, как если бы била в бубен.
Взгляды Мэтта и Клэр встретились, когда они пели. Это был своего рода театр, полный иронии театр. Алекс это понимала, разумеется.
«Разве…»
Мэтт подобрался к басовитому припеву.
«Разве ты не хочешь меня…»
Алекс сжала ладони в кулаки.
— Папа хорошо поет, — прокомментировала Скарлетт, склонив голову набок.
— Да, — тихо ответила Алекс.
Во время проигрыша Мэтт воздел руки над головой. Его футболка задралась, и Алекс увидела тонкую линию волос, бегущую от пупка к ремню.
Когда подошло время дуэта, Клэр откашлялась и прижала микрофон к губам. Она свела брови, пародируя серьезность, и шагнула к Мэтту.
«Разве ты не хочешь меня…»
Клэр пела нарочито плохо, прямо в лицо Мэтту, закатив глаза. Должно быть, они чувствовали дыхание друг друга.
«Разве ты не хочешь меня…»
Только когда Алекс услышала, как Мэтт и Клэр перегнули палку с «ох-ох-ох-ох», до нее дошло, что все это не просто караоке. Это многократно отрепетированное представление. История из прошлого, которая разыгрывается у нее на глазах.
Дуэт закончился; Мэтт закружился на месте, потом выпутался из шнура.
Клэр наставила на Мэтта палец и кокетливо им покачала.
«Мы танцевали под „Стоун Роузез“ в баре „Пинта за фунт“…
В студенческом сою-юзе».
— По-прежнему не в ритм, — вполголоса заметила Алекс. — И не в рифму.
Клэр улыбнулась Алекс, соглашаясь с ней, и снова стала смотреть на экран. Она не умела петь и жутко фальшивила. Но пела с ироничной самоуверенностью.
Пока она исполняла свою часть, Мэтт приблизился к ней на несколько шагов. Он снова покружился, поманил Клэр пальцем и переступил провод, чтобы не запутаться.
Теперь Мэтт и Клэр пели дуэтом, прижавшись друг к другу спинами, как в клипе ABBA.
«Разве ты не хочешь меня…»
Алекс сделала шаг спиной к двери. Потом еще один.
Клэр развернулась вокруг своей оси и изогнулась всем телом.
Алекс обернулась посмотреть на Патрика. Он неподвижно наблюдал за представлением. На лице его застыла каменная улыбка.