Шрифт:
Автор не претендует на точное воспроизведение исторических событий и истину в последней инстанции.
Вступление.
Рихард Зельцер посмотрел на часы - пол третьего. Курт никогда не опаздывал.
Кто угодно, только не он - человек-часы, прежде всего ценящий дело. И это заставило серьёзно волноваться, неужели автокатастрофа или что-то в этом духе?
Прошло полчаса, и вот, наконец-то, к тротуару подъехал серый автомобиль старинного приятеля.
Фыркнув, двигатель остановился - и через секунду из салона вылез Курт Кригер. Тридцатиминутное опоздание никак не вяжется с обликом Кригера, он сам приучил Зельцера приходить вовремя. Не ломая голову насчёт этого, только радуясь, что потеря времени не оказалась бестолковой, Рихард встал со скамейки и, подошёл к приятелю. Обменявшись приветствиями, Курт перешёл к тому, из-за чего и просил Зельцера о встрече.
– Рихард, - начал старый друг.
– У меня крупные проблемы.
Странный вид - котелок сдвинут набок, глаза смотрят испуганно, по лицу даже в самые обычные, рядовые моменты стекают бисеринки пота. Что бы это значило?
– В чём дело?
– удивился Зельцер. Курт никогда не влипал в истории, даже в школе являлся спокойным и рассудительным.
– За мной охотятся, - в лоб сказал Курт.
– Я не могу спать спокойно. Месяц назад подбросили письмо с угрозами - если не прекращу работу, грозят крупные неприятности. Непонятно, кому это надо. Мои исследования считают пустой тратой времени, конкурентов нет.
М-да, он бы ещё сказал: "Рихард, я тебя убью". И то меньше переполошил бы.
– Может, чья-то шутка?
– несмело предположил Рихард. Пока сознание бесконечно удивляется, мозг ищет выход.
– Какие там шутки, - отмахнулся Курт.
– Неделю назад меня пытались убить - притом, до этого я получил ещё несколько писем с угрозами. На трамвайной остановке кто-то попытался столкнуть меня под головной вагон. Выжил чудом - колесо проехало в сантиметре от головы. Когда я встал на ноги, злоумышленника и след простыл. В тот же вечер я обнаружил новый конверт, где делалось последнее предупреждение.
– Чёрт, - ругнулся Рихард.
– Да, нашего брата учёного легко обидеть. Это ужас!
Не задумываясь ни о чём, во всё поверил...
– Слушай дальше, - вздохнул Курт.
– Я чувствую, за мной следят. Им известен каждый шаг - я не знаю безопасности даже дома! На днях приобрёл револьвер. Хоть это и стоило недёшево, но хоть что-то...
Всё это непохоже на Кригера, как моська непохожа на слона.
Они двигались по улице, пока не остановились у входа в парк. Постояв немного у ворот, друзья двинулись внутрь. Рассказывая о странных недоброжелателях, Курт не замечал, как уводит Зельцера в заброшенную часть парка, где деревья растут чуть ли не сплошным бурьяном, а идти можно лишь по узкой тропинке. Заинтригованный Рихард шёл за ним. Несмотря на мрачный тон беседы, ничего не предвещало беды.
– Всё из-за последней теории, - говорил Курт.
– Я знаю, им зачем-то нужно, чтобы я не закончил исследования. Мне и деньги предлагали, и славу, но я ни в какую. А теперь сегодня-завтра убьют...
– Кому "им"?
– не мог взять в толк Зельцер.
– О ком ты говоришь?
– Похоже, сам не понимаю, - признался Кригер.
– Всё время что-то ощущаю, знаю, враг буквально за спиной, но кто он, кому я нужен - представить не могу.
– Паранойя, - буркнул Рихард.
– Напрасно ты купил оружие.
– Почему?
– Стреляет. Начнёшь шарахаться от любой тени, откроешь пальбу...
Дальше шли в полном молчании.
Всё, что угодно, только не это - Курт ни за что не станет впадать в панику из-за ерунды. Пока не обдумает со всех сторон, ничего не сделает. Шуток не любит и никогда не любил. Но сейчас и десятидневный труп выглядит свежее. Что за ерунда?
Столько вопросов из-за внезапно навалившейся на плечи друга паранойи. И Рихард, как никто, знал: для Кригера эти приступы не в коем случае не могут быть напрасными - уж слишком серьёзен. Сказать, что это давало поводы для беспокойства, значило промолчать. Дело плохо, насколько Зельцер изучил Курта, даже очень.
Где-то между деревьями мелькнула тень, но никто не заметил. Неизвестный лучник медленно, не спеша прицелился в одного из людей, шедших по парку. Спустив тетиву, ринулся прочь, не став любоваться результатами работы - никогда не промахивался.
Что-то прошелестело в воздухе. Оглядевшись по сторонам в поисках источника звука, Рихард обернулся к старинному приятелю, чтобы увидеть, как тот лежит на земле со стрелой в груди.
– Что? Как?
– закричал Зельцер.
– Кто это?
Ужас! Но почему именно стрела? В наше время?
– Рихард, - шипел ещё живой Курт.
– Это всё... из-за моих исследований... возьми материалы... в машине, в багажнике... заверши работу! В любом случае, они теперь будут охотиться и за тобой! Спеши - будет поздно... меняй квартиру, город, страну - что угодно, но спаси материалы! А-а, чёрт! Твою мать!
Курт Кригер умер.
Паранойя в мгновение передалась полностью, словно по закону сохранения энергии, вещества и даже психической ненормальности.
С этой секунды жизнь Рихарда Зельцера резко изменилась.
Храм.
Храм - святыня и источник магических сил эльфов. Здесь собраны многие артефакты лесного народа, но даже не они являлись основными ценностями. Нет, сила в самом Храме, находившемся в толще Западных лесов, заповедных для всех, кроме эльфов и дриад - духов леса. Храм строили ещё Древние. Много, много тысяч лет назад. Хранителями избрали тогда ещё молодую расу эльфов. И всё это время в Храм не проник ни один человек, гном, гоблин или представитель другого племени. Находились смельчаки, но в лесу от истинного Перворождённого не скроется никто. Кого-то отпускали, взяв Слово больше не лезть в святые места, потом надоело, начали стрелять. Но хуже всего пришлось пленным, пытавшимся оказать сопротивление, их безжалостно убивали, иногда под пытками - "Отвечай, откуда пришёл, и зачем". После нескольких прецедентов, охотников за приключениями значительно поубавилось, а точнее, они переключили внимание на что-нибудь другое.