Warlock
Шрифт:
– Вон ту ты никогда не видел. Ко мне её!
Посреди залы стояло небольшое, непонятного пола и облика существо в просто-таки невообразимо живописных лохмотьях, а на досках вокруг него уже растекалась не очень чистая лужица из насквозь мокрой одежды. Трактирщик с сомнением смотрел на это дело, но мало ли какие причуды могут быть у господ толстосумов?
– Вымыть, переодеть в более приличное и накормить!
– сразу понявший движущие Локси побуждения гном бросил хозяину серебрушку, и служанка тут же утащила Мышу за собой.
– Однако, мастер, бабы и впрямь вам на шею бросаются… - с неудовольствием заметила Невенор, пока они в ожидании сидели за столом, приканчивая кувшин сока.
Гном обернулся, с осуждением поглядев на лучницу.
– Что такое? Ревность среди эльфов - это что-то новенькое… - он всё-таки не удержался, чтобы не подколоть эльфийку. Но затем поинтересовался у сидящего с краю Локси.
– А в самом деле, мастер - зачем вам та захмурышка?
Волшебник криво усмехнулся и совсем уж хотел что-то сказать в ответ, но тут за стол к ним посадили розовую, распаренную и отмытую дочиста маленькую девицу, а перед ней возникла весьма впечатляющая тарелка наваристой деревенской каши - с луком и гусиными шкварками. Рядом появилась мисочка салата и пара солидных ломтей хлеба.
– Всё съесть, - буркнул вполголоса Локси.
Пока Мышь, не заставившая себя упрашивать, сноровисто работала ложкой, осторожно посматривая на троицу тёмными глазами, волшебник что-то сделал под столом, пару раз звякнув. И когда маленькая женщина, удовлетворённо рыгнув, отодвинула от себя пустую посуду, перед ней на стол лёг небольшой завязанный мешочек.
Локси посмотрел на непривычно чувствующую себя в чистой и добротной одежде женщину и негромко заговорил.
– Послушай, Мышь, и очень внимательно. Я даю тебе право выбора. В этом мешочке сто серебряных цехинов. Ты можешь взять его и быть свободной - идти куда захочешь. Или…
Он задымил трубкой, украдкой прикурив её от кончика пальца, и продолжил.
– Или у тебя есть другая возможность. Ты можешь попытаться раз и навсегда изменить свою жизнь, вычеркнув прошлое и начав с начала.
Маленькая ладонь потянулась было к мешочку - проверить. Но осознав, что могучий волшебник отнюдь не шутит, Мышь отдёрнула руку.
– Непростой выбор, - заметила она.
– А всё же, ваша светлость - почему?
– А в самом деле, мастер - почему вдруг вас потянуло на благотворительность?
– тоже поинтересовалась донельзя заинтригованная Невенор.
И лишь деловито попыхивающий трубкой гном солидно молчал, не выходя из образа довольного жизнью купца.
Локси пожал плечами.
– Когда меня бросили в камеру, ты отнеслась ко мне не как к дворянину и не как к магу - как к человеку. Помогла встать, поделилась местом на соломе и каплей тепла. Вытерла грязь с моего лица - почему?
Мышь потупилась, пытаясь найти ответ на такие непривычные вопросы. Долго молчала, и лишь две слезинки вдруг сбежали по её щекам.
– А потому! Не лезьте ко мне в душу, - дерзко заявила она вдруг.
И, цапнув кошелёк, поднялась с лавки. Повертев его в пальцах, коротко поклонилась и выбежала из трактирной залы.
Глава 25.
Под лучами выглянувшего из-за туч солнца земля быстро просыхала, и бодрящая прохлада постепенно сменилась душным, влажным теплом.
– Ну и как вы считаете - правильный ли выбор сделала эта Мышь?
– поинтересовался едущий справа Локси.
– Бродяга и воровка - что с неё взять, - осуждающе заметил гном из середины.
– И шлюха к тому же, - едко заметила скачущая слева эльфийка.
– А что ты имеешь против этих девиц древнейшей профессии? Женщине в таком мире устроиться очень нелегко, - философски заметил Борг.
В столице волшебник мало того, что замаскировал гнома под солидного купца, так ещё и послал того с одним знакомым сержантом в квартал красных фонарей. Отсыпал пригоршню монет, и в качестве напутствия приказал Боргу изучить жизнь людей и с этой стороны. Гном наутро выглядел весьма довольным и чуть смущённым, но на вопросы и шуточки всё больше отмалчивался.
Невенор пожала плечами.
– Просто странно, что мастер, не упускающий возможности рубить головы или задирать всем встречным девицам юбки, вдруг проявил этакое деликатное соучастие.
Волшебник хмыкнул.
– Твоё счастье, что ты сейчас не в юбке…
Лучница дерзко вскинула глаза.
– Надо же, какая промашка с моей стороны! Надо будет по приезде озаботиться у Стеллы этой деталью туалета. Мастер, ты какие предпочитаешь - короткие, длинные или с разрезом?
Гном чуть не подавился своей трубкой и озадаченно переглянулся с Локси. Тот резко поворотил коня и остановился перед эльфийкой.
– Слушай, голубушка - что-то мне последнее время не нравится твой висельный юмор.
– Висельный - это как? Что-то не припомню такого из спецкурса по психологии хумансов, - Невенор покачала головой.
Борг вынул изо рта свою неизменную носогрейку и заметил:
– Когда осуждённый знает, что наутро его повесят или обезглавят, у него прорезается весьма специфический юмор. Шутит, говорит и думает совсем по-другому.
И, отвечая на невысказанный вопрос, добавил.
– Да. Мне однажды пришлось побывать в плену у орков. Ночью нас отбили, но состояние весьма знакомое. Хотя и не хотел бы повторять тот опыт…
Локси кивнул. Пальцем поднял лицо лучницы за изящную линию подбородка, посмотрел в глаза.
– Рассказывай, и шутки на этот раз в сторону.
Эльфийка упрямо попыталась было снова опустить лицо, но гном снизу подставил остриё на совесть отточенного кинжала. Так что, хочется или нет, но Невенор пришлось не без вздоха выдавить.