Я Алиса
Шрифт:
Сказать, что я офигела от такой наглости, ничего не сказать!
Смех мой прекратился так же внезапно, как и начался. Я расправила плечи и похрустела шеей. Крутанула колуном, подумав немного, призвала морийца.
«Эй! Ты чего это удумала! Стоять! Стой, я говорю! Я приказываю! Ну пожалуйста! Может, не надо, а? Переговоры?» — Мутант в страхе попятился назад.
Странный скорпион метался из угла в угол и вопил у меня в голове на разные лады. Умолял, сыпал угрозами, взывал к голосу разума, но я исхитрилась и всё-таки ухватила мелкого залупышку за хвост.
«Алиса! Не вели казнить! Мамой клянусь! Я больше так не буду!» — прогнусавило членистоногое из класса паукообразных.
— Какой мамой, засранец, ты ещё бабушкой поклянись! И откуда ты знаешь моё имя? — удивлённо уставилась я на скорпиона, хлопая ресницами.
«Ну ты тупица! Мысли я твои читаю, неужто непонятно! Ты вообще в школе училась? Или носки курила за гаражами, пока твои родичи-приматы проходили апперцептивные тесты?» — ехидно выдал сучонок.
— Ты опять за своё? Я тебя сейчас о стену размажу! Тоже мне, Склифосовский! — Случись подобный диалог пару дней назад, я бы покрутила пальцем у виска и вызвала санитаров, сама себе.
Перехватив хвост поудобнее, потрясла скорпиона-мутанта, который пытался извернуться и тяпнуть меня за палец. На что тот, вяло пискнув, покорно опустил клешни.
«Мамой-системой клянусь, больше не буду! Отпусти, я полезный, я тебе пригожусь!»
Я хмыкнула, увидев, как монстр сложил клешни в молебном жесте.
— И в чём твоя польза, болезный? Ты ведь гадский мутант! Удавить тебя — и всех дел. Получу лут, а что останется, Склиссу скормлю, ей твой биоматериал сгодится, вдруг скорпионьим хвостом разживётся. — Уперев руки в боки, я вопросительно взглянула на хитиновое недоразумение.
«Я не мутант! Глупое ты тело, зачатое силикатным клеем в телефонной будке! Я живой артефакт! Компас я!»
Этот парень определённо начинал мне нравиться. Кого-то он мне напоминал, только вот кого?
— Ты что, потерял список, кого надо бояться? Ещё раз назовёшь меня тупой, оторву клешни, понял меня, мандавошка залупоглазая? — нахмурив брови, нагнала я саспенса.
«Понял, принял, осознал! Готов покаяться и подписать явку с повинной!» — Скорпион картинно сложил лапки.
— Ты тут не ёрничай мне, к сути переходи, иначе на корм Склиссам пойдёшь! — включила я злого полицейского.
«Сначала отпусти, я не могу говорить в подвешенном состоянии, мой вестибулярный аппарат категорически против!» — взмолилось существо, жалобно заморгав единственным глазом.
От такой картины я чуть не прыснула в кулак.
— Передай своему аппарату, что я тебя сейчас к полёту в космос готовить буду, ты ведь у нас шибко умный, знаешь, наверное, что такое центрифуга? — Я покрутила скорпиона над головой.
«Прекрати, злыдня! В тебе осталось хоть что-то человеческое?! Контракт! Я готов заключить системный контракт на оказание консультативных услуг!» — Мутанту подготовка к запуску не понравилась. Ещё немного, и артефакт получит инфаркт жопки.
— И на хрена козе консультации? — равнодушно пожав плечами, приготовилась слушать исповедь подследственного.
«У рыжей козы — полторы извилины! Я Компас!»
Будто этот факт имел для меня хоть какую-то ценность.
— По порядку давай. Адреса, явки, пароли! Ну чего припух? Отвечай по существу!
Артефакт кололся, давал зуб, божился бабой Клавой, заискивал, умолял и, конечно же, называл меня рыжей тупицей, на что я не обращала никакого внимания, свыкшись за полчаса с несносным поведением компаса.
Монстр действительно оказался существом уникальным и являлся кремниевой формой жизни. Мутировал он под влиянием системных факторов из обычного скорпиона, которого бывший хозяин дома держал в тесном террариуме в качестве питомца.
Когда в мир пришла система, членистоногое осознало себя. Его форма и содержание изменились меньше чем за сутки.
Появился системный интерфейс, немного отличный от моего. Собственное подпространственное убежище и много чего полезного, чем жадина система обделила нас, людей. Одного она не дала бедолаге — а именно, воли, наделив того особенностями артефакта, имевшего привязку к владельцу. Чувствуя себя неполноценным, мутировавший скорпион обрадовался моему появлению, как ребёнок Деду Морозу.
Отчаявшись обрести хозяина, мутант предпринял попытку установить контакт с первым встречным, то есть со мной. Я же, со своей стороны, отмудохала пакостника. Далее последовала перепалка, а также выяснение, в чьих яйцах содержится больше чугуна. Причём все знания, как именно вести интеллектуальные диалоги и светские беседы, артефакт почерпнул в моей голове.
За неимением личности скорпион частично перенял поведенческие шаблоны и особенности моего характера. В общем и целом, обижаться на компас — всё равно что таить обиду на собственное отражение в зеркале, за то, что оно хреново выглядит.
Полезность скорпа была бесспорной, и заключалась она в следующем: живой артефакт действительно являлся компасом, но не в классическом его понимании. Указывал он не на север и юг, а на живые и псевдоживые организмы, находящиеся на удалении не более пятисот метров от носителя. Помимо этого, мне открылась одна из тайн системы, о которую я ломала голову вторые сутки, а именно: существуют ли данжи, порталы и разломы?
Аномалий оказалось как грязи, но ничего общего с игровым миром они не имели. Не было классики с крысами первого уровня, пещер, гротов и прочей локальной дичи. Существовали осколки миров, а иногда и целые миры, разбросанные по бескрайней вселенной.