Чтение онлайн

Когда я закрываю глаза, это меня успокаивает: может, когда я их открою, уже не будет так тяжело. Я не выдержу взгляда Максима. Я чувствую этот неподвижный, страдальческий взгляд, он и обвиняет меня и одновременно молит о прощении. Максим дрожит и собирается с силами, чтобы ни в коем случае не дать мне заметить свою слабость. Я знаю Максима, знаю, что из нас двоих хуже всего именно ему.

Я забыла, как люди дышат. Просто забыла, как это делается. Рыдания не сразу прорвались наружу. А потом они внезапно парализовали мои бронхи, горло и грудь. Я уже не знаю, почему я плачу. Почему я виновата и почему убила.

Максим молча подходит ко мне, обнимает и крепко прижимает к груди. Ему хочется утешить меня, успокоить, приласкать. Он терпеливо ждет, когда я затихну и снова начну дышать, но меня все еще душат слезы.

— Что ты решил теперь делать? — наконец спрашиваю я.

— Я все испробовал, Шарлен, все. Я ничего не могу, я чувствую себя безоружным, беспомощным и слабым. Я думаю о тебе постоянно. Ты не можешь себе представить, как бы я хотел разлюбить тебя, как ненавижу себя за безволие. Я все могу понять, но не могу помочь тебе. Я ничего не стану делать. Я больше ничего не могу сделать. Я очень старался помочь тебе. Но ты оказалась сильнее, или это Сара оказалась сильнее. Теперь я ничего уже не понимаю. Ты странная девушка, Шарлен, закрытая, загадочная. Ты не подпускаешь меня к себе. В какой-то момент я оказался нужен тебе, но теперь ты отказываешься от моей помощи. Все, что мне остается, это подчиниться, постараться забыть тебя, вычеркнуть из своей жизни. Ты сделала свой выбор. Я принимаю его. Чего ты еще хочешь от меня? Теперь ты должна все решать сама. Единственное, что я могу пообещать тебе, Шарлен, — я никогда не выдам тебя. Никогда. Я буду делать вид, что ничего не знаю. Я буду молчать. Я давно знал, что это обязательно случится. Я понял это даже раньше тебя. Мне кажется, я знал всегда, что это плохо кончится и тебе придется убить ее, чтобы почувствовать себя свободной. Но я буду молчать. Я исчезну из твоей жизни так же незаметно, как в нее вошел. Вот и все.

Я не могла на него смотреть. Тело мое сводили судороги, и я ждала, когда же наконец из моего сжатого спазмами горла смогут вырваться слова.

— Скажи, что мне делать, — прошептала я.

Он взял мои руки в свои и долго смотрел на меня, словно для того, чтобы я смогла наконец-то справиться с бушевавшими во мне чувствами и сказала правду.

— Шарлен! Посмотри мне в глаза и скажи, что ты жалеешь о том, что случилось.

Внезапно слез как не бывало. Я стою с опущенной головой: я не хочу, чтобы он сейчас видел мое лицо. Я не могу ему это сказать. Как объяснить ему, что меня не мучает совесть и, несмотря на всю боль, отчаяние, стыд, я чувствую себя победительницей и ни о чем не жалею.