Чтение онлайн

Андрей сощурил глаза, погладил косматую бороду, а затем из внутреннего кармана дешевого пуховика достал фотографию парня, поиском которого они сейчас занимались. Если не сейчас, то когда же еще может сработать его маленькое магическое везение?

— Стасян, скажи, а случайно не этого парня искали те воротилы?

При виде фотографии, у бомжа отвисла челюсть, а указательный палец медленно поднялся на уровень фотоснимка.

Молодая темноволосая девушка по имени Клава устало свалила окровавленные инструменты в железный таз, который стоял на дне глубокой раковины. На сегодня с неё хватит работы с мёртвой плотью, надо почистить инструменты — стандартная процедура после тяжелого рабочего дня, помочь старому знакомому и пойти в баню. У Клавы было огромнейшее желание расслабиться и застать Хорхе, девушка давно хотела к нему наведаться, а то что-то уже неделю шею тянет и никакие мази сестры Лиды не помогают.

Девушка вытерла кровавые потеки на руках и пальцах о чёрное полотенце, которое весело на крючке возле раковины и взяла с полочки, прибитой над крючками, свой телефон. Клава пролистала плейлист в самый конец и остановилась на треке под названием Fridr, который исполняют Danheim. Его длительность — сорок восемь минут. Вообще это не одна композиция, а целый альбом, просто какой-то умелец слепил все песни в кучу и выложил в сеть одним треком. Очень удобно. Девушка нажала на треугольник внизу экрана и из недр морга заиграла музыка из переносной чёрной колонки, маленькой, но очень громкой и с хорошими басами, Клаве её привезла сестра Эстер из Норвегии. Ведунья положила телефон назад на полку и оттуда же взяла тёмный пакетик. Пригоршня сухих грибов высыпалась на ладонь и девушка закинула их в рот. Безвкусно, но эти маленькие сморщенные грибочки помогали Клаве заглушить в голове голоса ушедших сестёр семьи, отдаться ритму и заняться делом.

Ритмичные удары рамочного барабана, сухие стуки козьих рогов друг о друга, звуки арфы, завывания вокалиста, всё это слилось в гипнотическую мелодию и Клава начала легонько покачиваться. Ожерелье на её шее так же едва слышно постукивало костяшками, сливаясь с ритмом музыки. Клава безумно любила слушать подобное, особенно на работе, это помогало ей сосредоточится, да и вообще легче переносить тот факт, что ты копаешься своими руками в трупах. Под эту музыку она представляла, что является дочерью воинственного конунга, которая готовит погибших викингов к переходу в Вальхаллу.

Девушка, мерно покачивая бедрами, на которых были лишь чёрные стринги, полностью отдалась музыке. Её плечи, с костяными наростами, на которых держались лямки от чёрного топа, тоже слегка двигались, как маятник. Клава, покачиваясь как в трансе, подошла к тазу с окровавленными инструментами и приступила к их мойке.

Поочередно, под сильным напором горячей воды, она вымыла: долото с шестигранной ручкой, кусачки костные, три пары анатомических ножниц, пилу листовую, пилу рамочную, два больших ампутационных ножа, большой брюшной скальпель.

Когда цвет всех этих инструментов стал таким же металлическо-серым, как и всё вокруг, без красного отлива, Клава выключила воду, взяла с крючка полотенце, вытерла насухо руки и накрыла им таз с инструментами. С верхней полки, где лежал телефон и пакетик с грибами, девушка достала скляночку с маленькими синими гранулами. Удары барабанов в колонках усилились и ведунья под музыку начала махать рукой со склянкой, подражая падающему листку. Когда ладонь почти коснулась полотенца, один кристаллик из сосуда упал на него, яркая фиолетовая вспышка осветила помещение. Девушка заблаговременно закрыла глаза, поэтому увидела лишь лёгкое зарево под веками. Всё, теперь инструменты были продезинфицированы и сверкали, как новые.

«Через тридцать секунд!»

Клава повесила полотенце, поставила таз с инструментами на широкий железный стол и направилась ко входной двери. Босыми ногами она тихо ступала по плитке, не чувствуя холода. С каждым шагом, её взмахи головой в такт музыке становились более амплитудными. Грациозно пританцовывая, Клава подошла к двери и, нажав на ручку, открыла стального гиганта, который отделял её рабочее пространство от улицы. На пороге, застыв с поднятой рукой, для того чтоб постучать, стоял Курсов Владимир, за ним молча переминались с ноги на ногу еще пара мужчин.

— Вы опоздали на десять минут, сверхурочные мне никто не оплачивает. — сказала девушка, не спеша пропускать гостей внутрь.

— Прости, но ты на улице давно была? Снегопад лютый, дорога просто кошмар!

— Сверхурочные никак не оплачиваются. — повторила девушка.

— Ладно. В таком случае, у меня для тебя кое-что есть, как раз в твою коллекцию.

Тучный пузатый мужчина щёлкнул пальцами и в воздухе материализовался нож кукри в кожаных ножнах. Он медленно подлетел к Клаве, девушка взяла оружие и деловито покрутила в руках.

— Из Непала?

— Клавочка, обижаешь, конечно из Непала, ручная работа.

— В прошлый раз кунай оказался китайской подделкой, хоть и хорошего качества.

— Мы это уже обсудили и я сторицей восполнил промашку, если ты не забыла! Достать тот керамбит было ой как нелегко, моя дорогая.

— Проходите. — девушка отошла в сторону, пропуская в морг троих мужчин.

«Бродяга с забинтованной ногой!»

— Таблетки на тумбочке, заходите в подсобку, бомжа с забинтованной ногой — на стул.

Девушка развернулась и направилась вглубь морга, игнорируя тихие вопросы одного из мужчин о том, почему девочка полуголая, со странным ожерельем на шее и вся в крови. Человечишка… видел бы он её рога и наросты на плечах, вообще б слов не смог подобрать. Клава подошла к стене, на которой весела бордовая штора и отдернула её. Бережно положив кукри на заранее прибитое крепление, девушка, таким образом, пополнила свою коллекцию ножей всего мира новым, пятьдесят пятым экземпляром. Ведунье очень нравилось холодное оружие, в особенности ножи, и то, как они отличались друг от друга, в зависимости от народов мира. Разные изгибы лезвий, разная длинна, разные техники заточки, разные рукоятки. Она могла часами разглядывать каждый из них, поглаживая каждый изгиб, каждую зазубринку, каждый узор, наслаждаясь совершенством.

«Сильное снотворное и галлюциноген, обычные его не возьмут!»

Клава вернулась ко входной двери, свернула направо и зашла в подсобку. В руках у девушки уже дымилась чашка с ароматным напитком.

— Выпей всё. — протянула она посуду бомжу, сидевшему на стуле. Он послушно сёрбун горячий напиток и поморщился.

— Мне бы чего покрепче.

Клава медленно повернула голову в его сторону и сощурила глаза. Музыка, которая доносилась из основного зала морга отлично дополнила выражение её лица, запачканного засохшей кровью. Бомж сразу же заткнулся и, опустив голову, принялся за опустошение чашки.