Я - не ведьма!
Шрифт:
— И вы пришли мне об этом сказать? — Агнесса поставила чашку на стол. — Вы ведь не знали — пойду я в замок или нет?
— Не факт. Я — ведьма. А значит, много чего знаю, поверь мне. Но ты права. Я пришла отдать тебе вот это. Прикрепи к лацкану пиджака и не снимай. Кроме собственного предназначения на нем — защита. Одно дело быть психологом, Пресци, и совсем другое — главой Центра Адаптации. Боюсь, ставки за твою белокурую голову возросли.
Агнесса взяла из рук Верховной маленькую бархатную коробочку. Открыла. На фоне луны из кровавого рубина были искусно вырезаны башни Лидора, а над ними — золотая фигурка ведьмы, летящей на метле. Красиво.
— Это…
— Орден. Орден ковена. Мы решили вручить его тебе после истории с Ирэн. Но ты так быстро совершала подвиги, Пресци! За каких-то несколько дней орден превратился из бронзового в золотой, а потом мы уже просто не знали, как тебя благодарить.
— Спасибо… — Агнесса провела пальцем по четким граням драгоценного камня. — Это честь для меня.
— Прими от всех нас. И… подкинуть до замка?
…
Замок по-прежнему был мрачен, суров и, казалось, чем-то недоволен. Темные башни склонились над женщиной, прислушиваясь к тому, как ее каблучки храбрятся, решительно постукивая по каменной заколдованной лестнице. Женщина шла без злого умысла, к тому же теперь она принадлежала ему, замку, а потому серые камни молча дремали в рассветных сумерках.
Однако сонное спокойствие стен обманчиво, ни в коем случае не верьте — они всегда на чеку, на страже, ибо во всем должен быть порядок. Порядок и покой.
— Добро пожаловать, — поприветствовал стражник женщину в изумрудном костюме. Несмотря на доброжелательные слова, охранник смотрел на нее строго, внимательно, будто она не на работу явилась, а доставлена под арест по распоряжению лично его величества как особо опасный преступник, и теперь этот самый стражник раздумывал — в каком из подземелий вверенной ему территории решетки прочнее и строже охрана.
Черные ведьмы знают, что такое!
Агнесса хотела даже спросить — в чем, собственно, дело, но мысленно махнула рукой — мало ли, какой женоненавистник принял ее назначение как крушение мира и его окрестностей. Теперь — она вспомнила Керри — такие будут рьяно ее обсуждать. Ну и пусть.
Выдохнуть, распрямиться — хотя куда уж больше, и уверенно шагнуть во внутренний двор неуютного замка. Она шла, стараясь не обращать внимания на ноющую пустоту в душе и глупую надежду увидеть Генриха. Глупую. Да. Конечно, глупую! Его здесь нет. Нет и быть не может, маг уехал, ему, как выразился вчера Рихор «здесь больше нечего делать». Действительно! Что ему здесь делать? Тайный советник короля, должно быть, уже и думать забыл и о Лидоре, и о скоротечном романе…
Он забыл — и она сможет!
Будет счастлива, принесет пользу Лидору и всему королевству.
Узкая лестница, высокие пролеты. Как в тот день…
Не думать. Не. Думать. О. Нем…
— Добрый день!
Да что же такое!
Секретарша. Безупречно уложенные золотистые локоны, чуть курносый припудренный носик, подергивающийся от любопытства из стороны в сторону, как у лисички, сочные, густо напомаженные губы цвета переспелой вишни.
Вишня. Запах вишни. Наверное, он ударит в лицо, как только она войдет в его кабинет. Нахлынут воспоминания…
Черные ведьмы…!
Агнесса уже встречалась с этой девушкой, когда была на собеседовании у лорда Реллера. Тогда от ее огненного взгляда летели искры ненависти, ревности и неприязни. Теперь же…
Ничего не изменилось. Что ж. Вполне ожидаемо. Во всяком случае, ей, как психологу вполне все понятно. Вот если бы девушка вдруг прониклась к ней искренней симпатией — это, действительно, было бы странно.
— Что вы тут делаете? — Агнесса смотрела ей прямо в глаза, до тех пор, пока секретарша сама не отвела взгляд.
— Лорд Реллер распорядился, чтобы я осталась. На случай, если буду вам нужна.
— Спасибо. Думаю, вы свободны.
– Согласно договору, я могу уйти не ранее, чем через две недели с того момента, как вы приступите к своим обязанностям.
— Замечательно.
— Какие будут распоряжения, госпожа Пресци? Может быть… кофе?
Предложение угоститься бодрящим напитком сопровождалось такой язвительной улыбкой, словно девица предлагала яду, а у Агнессы не было ни малейшего шанса отказаться…
Ей вдруг захотелось закричать. Затопать ногами. Устроить истерику. Эта девица… Да она просто издевается! Знает ли она, что произошло? Спал ли Реллер с этой девицей? А может, он даже обсуждал ее, Агнессу, при ней…
Спокойно. Дышать! Дышать… Она — снежинка. Она парит высоко-высоко в небе. Тихо. Холодно. Спокойно…
— … Помочь с документами…?
— Что? — Агнесса отвлеклась от дыхательной гимнастики, но, почувствовав, что все еще нервничает, закрыла глаза и продолжила, не обращая на секретаршу внимания.
Вдох-выдох. Вдох-выдох. Вдох…
Она не позволит какому-то там лорду вывести ее из себя.
Вдох-выдох. Вдох-выдох. Вдох…
Тем более не позволит вывести из себя какой-то нелепой секретарше.
Вдох-выдох. Вдох…
— Вызвать врача?
Агнесса медленно покачала головой. Зачем врача? Она — снежинка. И ей хорошо. Все проблемы она решит. И никто ей в этом не помешает.
Закончив, психолог посмотрела на девицу, которая теперь уже выглядела не столько нагло, сколько испуганно.
— Просто дыхательная гимнастика, — решила просветить ее Агнесса. — Рекомендую.
Девица растерянно кивнула.
— Вас как зовут? — психолог пристально смотрела жертве в глаза, дабы закрепить успех.
— Викки.
— Отлично, Викки. Надеюсь, в эти две недели мы с вами сработаемся. А затем расстанемся, без взаимных претензий. Надеюсь.
И Агнесса прошла в кабинет.
— Бооооом! Бооооом! Боооооом! — поприветствовали ее часы.
Сердце сжалось. Как тогда. Когда она первый раз вошла в этот кабинет. Он сидел вон там, за столом, а она…