Чтение онлайн

– Вы здесь вообще о чем? – нахмурил брови Борис, не понимая ситуации…

Глава 9

День Х

Субботний день выдался солнечным, как по заказу, что не могло не радовать организаторов скачек, жакеев и зрителей, которым понадобились зонты для защиты от солнца, а не от дождя, поскольку, всю неделю до этого всю Воронежскую область погрузил в слякоть грозовой фронт. Разморенные пеклом дамы, обмахивались веерами и благодарили бога, за традицию надевать на скачки шляпки. Ипподром гудел. Борис, был напряжен до придела, и еще до начала забега, то и дело поглядывал на жюри, нервно теребя свой ус. Когда же на поле вывели лошадей с восседающим на их спинах жокеями, гул на минуту стих, и вновь обрушился на ипподром с большей силой.

Всеволод взялся вывести Буяна на поле. Всю дорогу до стартовых кабинок, он давал сыну ценные советы.

– Я все понял, – не выдержал Алексей, – мы же не раз проходили этот поворот.

– Да, – не успокаивался Всеволод, – но тогда не было столько конкурентов.

Другие жокеи, при виде Алексея, посмеивались над ним, прогнозируя ему слететь с лошади на которой не было жесткой уздечки с удилами. Но, Алексей не обращал на них внимания. Он понимал, что вольная лошадь может выжать из себя куда больше, чем забитая и испытывающая постоянную боль.

Старт был дан, и взоры всего ипподрома устремились на вырвавшихся из кабинок лошадей. Ликование зрителей волной прокатилось по трибунам.

Ирина, молча, сидела по правую руку от отца. В отличии от сдержанной дочери, Борис, как и его друг, не сдерживали своих эмоций, то и дело соскакивая с трибун.

После прохождения первого круга в лидеры вырвались три лошади. Они шли впритирку, и порой казалось, столкновение неминуемо. Переживая за свою пару, Ирина опускала глаза, и вновь возвращалась на поле, поддаваясь на эмоции своего отца.

На последнем круге, рыжий жеребец, начал уступать свои позиции, и в лидерах осталось два непримиримых гнедых конкурента.

– Уступи дорогу! – крикнул разъяренно жокей, не проигравший не единой скачки за сезон.

Алексей не удостоил его своим ответом, на что тот хлестнул в порыве гнева лошадь конкурента. Буян, от неожиданной боли, чуть не встал на дыбы, потеряв в скорости. Но поняв, кто его обидчик, вновь поравнялся с лидером. Возмущенный скорым возвращением конкурента, жокей передернул удела своей лошади. Волна нестерпимой боли, мелкой дрожью прокатилась по мускулистому телу жеребца, от чего он присел на задние ноги, уступив конкуренту победу в забеге .

– А, это была твоя бо-о-ль-шущая ошибка! – крикнул Алексей, резко вырвавшись вперед.

Наблюдая как Буян, гордо без надрыва пересекает финишную черту, Борис и Всеволод вскочили со своих мест и, протискиваясь сквозь «живые» трибуны, поспешили на поле. Распихав толпу изумленной публики, они подбежали к ошарашенному своей победой Алексею, все еще восседающем на Буяне.

– Поздравляю сын! – пожал Всеволод его взмокшую ладонь, только, что вынутую из перчатки.

К поздравлению присоединился и Борис.

– Ну, и чего ты ждешь? – улыбнулся он, – беги, пока моя дочь не смылась с ипподрома.

Плотное кольцо людей расступилось и Алексей направил Буяна к трибуне.

Ирина, в строгом белом платье-футляре до колен с синей каймой по подолу и в шляпке в цвет, сидела в окружении мамаш двух семейств, выглядевшими не менее элегантно. При виде приближающегося Алексея, они с облегчением вздохнули и отстранились, отсев от девушки на соседние места. Ирина подняла голову и вопросительно взглянула на седока из-под полей шляпки. Парень спешился и, пробившись сквозь толпу зевак, поднялся к ним. Его планам сделать предложение по всем правилам – встав на одно колено, не суждено было сбыться – на узком проходе трибуны для этого не было места. Поэтому он просто взял Ирину за руку и потянул вверх. Она встала, и их глаза поравнялись. В зеленых глазах девушки читалось недоумение.

– Ирина Борисовна, – сам не понимая, к чему такой официоз, произнес Алексей, – Вы согласны стать моей женой?

– Что? – отступила назад Ирина, чуть не отдавив ноги Вере, сидящей позади нее.

Девушка взглянула на свою маму и по ее восторженному взгляду поняла, что она находится в курсе происходящего. Нервный ком, подкативший к горлу, затруднив дыхание.

– Что скажешь? – настаивал неожиданный жених, продолжая сжимать ее руку, обтянутую короткой перчаткой из белоснежного шелка.

Ирина, не желая выставлять свои чувства на показ, держала паузу.

– Что происходит?! – вмешался запыхавшийся Борис, подойдя к трибуне. – Мы что-то пропустили? Он уже сделал ей предложение?

Оператор, снимавший коня-победителя, уловив последнюю фразу, зависшую в воздухе, перевел свой объектив на стоящую на трибуне пару. Увидев в объектив камеры известное лицо, он даже присвистнул, от сенсационного репортажа, свалившегося на него, как снег на голову. Поняв, что невеста не в восторге от происходящего, он ухмыльнулся, но продолжал снимать. Ира, увидев камеру, машинально отвернула лицо. Давление нарастало и нужно было действовать. Убедив себя в том, что ипподром не лучшее место для выяснения отношений, она пошла на хитрость…

Оператор, пристально наблюдая за ней, был поражен, когда из-за полей шляпки появилось прекрасное, озаренное белоснежной улыбкой лицо девушки.

Глава 10

Побег

Играя на публику, Ирина всем телом прильнула к Алексею и нежно поцеловала его. Но на этом удивление парня не закончилось… Оторвавшись от его губ, ее губы скользнули к уху и слегка коснувшись гладко выбритой щеки, остановились у самой мочки. Словно обдумывая дальнейшие действия, девушка замерла, обжигая его ухо своим дыханием, чем вызвала у своего оппонента легкую дрожь. Но дальнейшей ласки, в ожидании которых парень затаив дыхание, прикусил губу – не последовало. Вместо этого, отстранившись от него ровно на ширину полей своей шляпки, она на секунду убрала с лица лживую улыбку, и одарив его пристальным, полным гнева, взглядом, буквально прошипела:

– Не расслабляйся, дорогой. Дома договорим. И улыбайся. Нас снимают, – добавила она заметно сникшему парню, вновь облачившись в образ «Счастливой невесты».

Решив, что пора сворачивать весь этот маскарад, она подхватив Алексея под руку, потянула с трибун под довольное улюлюканье мамаш, утешая себя собственным самообладанием и находчивостью, позволившей одурачить всех своим поведением.

Всю дорогу, Борис со своим другом планировали дальнейшую жизнь молодоженов, на перебой выкрикивая свои виденья на свадьбу, при этом, не давая и малейшей возможности своим супругам вставить и слово. В «лексусе» же стояла гробовая тишина. Алексей понимал, что его ждет по приезду домой и проклинал себя за поспешность. И стоило, им только подъехать к крыльцу, сбросив скорость, как он буквально «на ходу» выпрыгнул из салона, чем вызвал у девушки победную ухмылку.