Чтение онлайн

Зона поисков, которые вели натовцы, все время расширялась, но лошадь вывезла Сарацина намного дальше пределов их досягаемости. Через два дня он наткнулся на племя пастухов-кочевников и днем ехал вместе с ними, а по ночам укладывался спать между их палатками.

Однажды рано утром Сарацин увидел с высокого гребня горы шоссе, которое делило пополам долину внизу, и направился к нему, покинув кочевников.

Через два часа он уже влился в поток стареньких грузовиков, быстроходных пикапов «тойота» и переполненных автобусов, исчезнув в хаосе современного Афганистана.

Люди в белых костюмах РХБЗ (радиационной, химической и биологической защиты) методично работали внутри полупрозрачного серебристого купола. Передвижные генераторы и хитроумные фильтры разгоняли запах сырой земли и негашеной извести, нагнетая очищенный воздух с постоянной температурой в двадцать градусов Цельсия.

Несмотря на медленный ход работ, техникам и их руководителям потребовалось всего несколько часов, чтобы установить: на вершине горы радиоактивных материалов нет.

Это открытие нанесло удар по репутации Китинга и перспективам его карьерного роста. «Паникер» – это было еще самое мягкое слово среди тех, которыми наградили его офицеры, составлявшие иерархическую цепочку. Очень скоро они утратили интерес к процессу эксгумации. Члены команды противохимической защиты сошлись во мнении, что некий наркокурьер захоронил здесь пару лошадей – своих или, что даже более вероятно, принадлежавших конкуренту. Когда дело доходит до междоусобиц, отдельные афганские кланы объединяются в борьбе друг против друга.

Но имелось одно обстоятельство, от которого нельзя было презрительно отмахнуться, – негашеная известь. И оно поддерживало Китинга на протяжении всех этих трудных дней: он упрямо продолжал верить, что в скоплении заброшенных домов кроется нечто зловещее, глубоко порочное. А учитывая уединенное расположение деревни и окружавший ее живописный пейзаж, лейтенант даже придумал для нее название – Отель «Вид сверху».

И вот наконец был обнаружен первый обугленный труп, вернее, то, что не смогли уничтожить огонь и негашеная известь. Специалисты определили, что это останки женщины, и вполне резонно предположили, что глубже в этом захоронении обнаружат еще двух мертвецов – японца и голландца. Что же это был за похититель, если он бросил свою добычу в яму, заполненную негашеной известью, даже не попытавшись назначить сумму выкупа?

Рядом с трупом, в густом месиве химических реагентов, были обнаружены два квадратных дюйма некоей ткани, по всей видимости седельного одеяла. Хотя специалисты-химики не знали этого наверняка, но могли предположить, что в последнюю ночь своей жизни женщина прижимала его к лицу, пытаясь удушить себя, чтобы прекратить невыносимые муки. На одеяле остались следы ее слюны, крови, нити органической ткани и полный спектр генетического материала из волдырей, образовавшихся у нее во рту и в горле.

Итальянка инстинктивно пыталась защитить себя от сильного пламени: одеяло было все еще зажато в ее частично сгоревшей руке, когда Сарацин с помощью лошадей затащил несчастную в яму. Если бы труп пролежал в ней еще час, негашеная известь уничтожила бы его полностью.

И тогда обеспокоенные люди из команды РХБЗ были вынуждены признать, что никакое это не похищение с целью выкупа. Репутация Китинга была мгновенно восстановлена, и перед лейтенантом вновь открылись перспективы карьерного роста. Темпы работ ускорились. Главной задачей было установить, с чем они имеют дело, поэтому маленький квадратик одеяла был запечатан в герметичный контейнер биозащиты. А тот в свою очередь поместили внутрь свинцовой коробки и отправили сначала вертолетом, а потом – реактивным самолетом, специальным ночным рейсом, в Форт-Детрик, штат Мэриленд.

Форт-Детрик, входящий в систему медицинской службы армии США, располагается за чертой города Фредерик и состоит из совокупности зданий и кампусов на строго охраняемой территории площадью в тысячу двести акров.

В одном из самых больших кампусов размещается ведущая американская организация, специализирующаяся на биологическом оружии, – Научно-исследовательский институт инфекционных заболеваний, заведение столь секретное, что многие конспирологи утверждают: там находится лаборатория, где по заказу правительства США был создан вирус иммунодефицита человека.

Если сторонники теории заговора правы, то, возможно, низкое длинное здание неподалеку от так называемой Башни сибирской язвы – именно то место, где НАСА разработало программу высадки на Луну. Но об этом мало кто знает: даже людям со столь высоким допуском к государственным секретам, как у меня, никогда не разрешалось посещать этот объект.

В одну из лабораторий биологической безопасности Форт-Детрика и прибыла воскресным утром запечатанная коробка из Афганистана. Она не была помечена как объект первостепенной важности, поскольку никто в Отеле «Вид сверху» не знал, с чем имеет дело.

По этой причине коробка ждала своей очереди, и открыли ее только в девять часов вечера. Единственным микробиологом, остававшимся к этому времени на работе, был некий Уолтер Дрэкс, недалекий обидчивый человек лет сорока с лишним, который предпочитал трудиться в ночную смену, когда нет необходимости терпеть общество всяких кривляк и кретинов. Уолтер считал, что тайные недоброжелатели, к которым он относил большинство своих коллег и, безусловно, всех начальников, постоянно ставят ему палки в колеса, препятствуя продвижению по службе и увеличению жалованья.

Сейчас он в одиночестве работал в условиях биозащиты четвертого уровня, в лаборатории с отрицательным давлением воздуха, в костюме, похожем на тот, которым пользовался Сарацин, с регулятором воздуха, подаваемого из баллона у него над головой. Дрэкс распечатал коробку в специальном шкафу, вытащил маленький кусочек ткани седельного одеяла и подготовил его для анализа.

Взглянув на экран электронного микроскопа, Дрэкс в первый момент не поверил своим глазам. Сердце его бешено колотилось, он сильно вспотел. Микробиолог трижды проверил результаты, даже заменил микроскоп и, вернувшись на рабочее место, пролистал на всякий случай специальную литературу и заглянул в имевшее гриф «ДСП» руководство для сотрудников института. Сомнений больше не было.