Чтение онлайн

Я раскрыл книгу…

– Итак, у меня не будет больше друзей, – сказал д’Артаньян, – и, увы, не останется ничего больше, кроме горестных воспоминаний!

Он поник головой, и две крупные слезы скатились по его щекам.

– Вы молоды, – ответил Атос, – и ваши горестные воспоминания ещё успеют смениться отрадными…

«Эх!.. – подумал я. – Через месяц я буду жить в большом, очень большом городе… Но там я не увижу ни одного родного лица… Конечно, если не считать мамы, папы и дяди Гриши… Ни одного знакомого…»

Тоскливые мысли прервал звонок телефона.

Я схватил трубку, закричал:

– Алё! Алё! Кто это?! Я слушаю!

В трубке откашлялись.

– Простите, – произнёс незнакомый голос. – А можно Георгия Георгиевича?

Голос был такой, словно человек жуёт горячую картошку.

– Его нет дома, – ответил я. – Он скоро придёт. А что передать?

В трубке помолчали.

– Алё? – спросил я. – Кто это?

– Это Баранов, – ответил голос. – Я хотел бы поблагодарить Георгия Георгиевича.

– Его нет, – повторил я. – Он будет через полчаса.

В трубке снова помолчали.

– Алё? – спросил я. – Вы меня слышите?

– Я позвоню через полчаса, – сказал Баранов и повесил трубку.

– Ну и ну… – сказал я. – Барану до брата далеко! Баран по сравнению с ним профессор!

– Что? – крикнула из кухни мама.

Я пошёл к маме.

Мама мне очень обрадовалась.

– Гошенька! – улыбнулась она.

Я застеснялся. Надо же! Собственной мамы.

– Какой ты большой! – проговорила мама.

А потом прослезилась.

– Мам, – сказал я. – Ты что?

Мама прижала меня к себе и сказала:

– Я тебя очень люблю!

Я прижался к маме покрепче.

– Мне так хочется, – сказала мама, – чтобы ты был счастлив…

Тут вернулся папа и крикнул из коридора:

– Я всё слышу! Вы говорите обо мне!

Мы не успели ответить. Снова зазвонил телефон. Сегодня он будет трезвонить целый день!

Папа поднял трубку.

– Да, – сказал папа. – Это я.

Я подошёл к нему и взял из руки пакеты с пепси-колой и «Колокольчиком».

– Кто это? – спросил я.

Папа ничего не ответил. Он слушал своего телефонного собеседника с невероятно озадаченным видом. У папы приподнялась правая бровь. Это говорит о том, что он очень удивлён и не знает, что сказать.

Потом папа положил трубку на место.

– Кто это был? – спросил я.

– Баранов, – ответил папа, пожевав губами. – У него появился отец.

– Что? – удивился я. – Он же умер!

– Нет, – сказал папа. – Он жив. Это я.

– Что?! – спросил я.

– Да, – сказал папа. – Этот Баранов горячо поблагодарил меня за то, что я раструбил всему миру о его невиновности, и за то, что я вытащил его из тюрьмы, а потом горячо заверил, что никогда этого не забудет, и я ему теперь «заместо родного отца»!

Папа прошёл на кухню и сел на стул.

– У нас появился взрослый сын-уголовник, – сообщил папа маме. – С днём рождения!

– Да я слышала, – вздохнула мама.

Она поцеловала папу в макушку.

Папа обнял маму и поцеловал её в подбородок.

– А знаете что?! – вдруг воскликнула мама.

– Что? – спросили мы с папой.

– Что-то я давно не видела, как вы играете в футбол! – ответила мама.

– Кто? – спросили мы.

– Да вы! Вы! – сказала мама. – Бегите на поле, а я на вас из окна посмотрю. Я очень люблю, когда вы играете в футбол!

Папа снова поцеловал маму в подбородок и закричал:

– Где мои кроссовки?!

Мы переоделись, подхватили новый мяч, и через пять минут выбежали на пустырь.

На поле ещё никого не было. В нашем распоряжении был целый час.

Мы помахали маме. Мама помахала нам.

Даже сюда доносился вкусный запах яблочного пирога, который дозревал в маминой духовке.

Через пятнадцать минут папа плюхнулся на тёплую зелёную травку и пропыхтел:

– Перерыв! Какой счёт?

– Четыре – один! В мою пользу! – ответил я.

– Не может быть! – удивился папа. – Я же забил три гола.

– Когда?! – возмутился я.

– Значит, показалось… – сказал папа и лёг на спину.

Я лёг рядом.

– Посмотри! – папа кивнул на облако, которое проплывало над нами. – Оно похоже на футбольный мяч.

– Да, – сказал я. – А теперь на утюг.

– На утюг? – переспросил папа. – Точно! А теперь на кенгуру.

Облако быстро растаяло.

– Представляешь, – сказал папа, – какой там, наверху, сильный ветер!

– Да, – ответил я. – Представляю…

Я закрыл глаза. Я представил синее небо. Вот я лечу по нему. Дует ветер. Внизу лежит папа на зелёной траве. Мама печёт яблочный пирог. И аромат пирога доносится до меня, несмотря на сильный ветер. А папа кричит:

– Го-оша-а! Проснись! Проспишь день рождения… Го-оша-а!

Папа кричит и смеётся. И смех у него какой-то странный. Словно смеётся не папа, а целая толпа мальчишек…

Папа растолкал меня:

– Гоша!

Над нами стояли все мои друзья и смущённо посмеивались.

Ух ты, сколько их! Все собрались! И Жанка, и Баран, и Гоша, и Алик, и Женька-Пузырь, и Вася, и Серёга, и Эдик, и Икар, и Петя, и Жора, и Арик. И все они – мои друзья! Друзья! Как хорошо, когда у тебя много друзей. И, наверное, как плохо, когда их нет…

Мы сыграли в чудесный футбол. В самый настоящий: с двумя таймами по сорок пять минут и с перерывом. И были счастливы, даже тогда, когда кубарем летели в пыль и сшибались носами.