Я – радость
Шрифт:
– А с мамой-то ты зачем его познакомила?
– Это случайно вышло. Она вернулась домой раньше, чем я думала, и застала нас вдвоем. Она такой красивой была, так что я не виню его, никто бы не устоял.
– Ох, Лара… – выдохнула я.
К горлу подкатил ком.
– Не переживай, – сказала она, – это все давно уже в прошлом.
– Как у тебя так получается, а? Они тебя предали… практически два самых близких человека испортили тебе жизнь, потом тебе еще и со мной пришлось возиться, и ты же еще меня утешаешь!
– Потому что всегда все к лучшему. Мне не о чем жалеть, и ты не жалей.
Я замолчала, переживая нахлынувшие эмоции.
– Ладно, Дашуня, – сказала Лара наконец, – мне пора, я же все еще на работе.
– Да, – отозвалась я, – да, конечно. Конечно, иди… Ты прости меня, – добавила я после секундной паузы, – я иногда вела себя просто как… Ужасно себя вела.
– Ничего, – отозвалась она. – Все мы когда-то были молоды и чего-то не понимали. Ну все, я побежала, поговорим дома!
– Пока!
Я постояла какое-то время на крыльце бизнес-центра, пытаясь успокоиться. Мимо сновали симпатичные девушки и молодые люди в костюмах и галстуках. А здесь, кажется, неплохо, даже приятно ощутить себя некоторой частью всего этого. И видимо, пора наконец посмотреть, как это все выглядит изнутри.
В стеклянно-металлическом холле я постаралась не слишком откровенно озираться по сторонам, хотя очень хотелось. Все вокруг блестело, сверкало, отливало новизной и ощущением сытого благополучия. Неужели часть всего этого теперь принадлежит и мне?
Поднявшись на шестой этаж, я пошла искать свой офис. Обойдя чуть ли не весь этаж и заглянув во все открытые двери, где вовсю шел ремонт или, устраиваясь, суетились новоселы, я недоумевая вернулась к лифту и только тогда увидела нужную дверь. Виктор не зря говорил, что он хоть и маленький, но расположение у него очень хорошее – выходит практически в холл: если повесить грамотную вывеску, будет видно прямо от лифта.
Достав ключи, я уже собиралась войти внутрь, но тут зазвонил мобильный. Посмотрев на окошко дисплея, я не поверила своим глазам – Тиша. Удивительно было хотя бы даже то, что она не стерла мой номер еще тогда, когда я не захотела продолжать у нее работать. Сердце забилось быстрее, и я, забыв про ключ, решила ответить.
– Да.
– Даша? Это ты, пусик?
– Я.
– Привет, это Тиша.
– Я поняла.
Она помолчала несколько секунд, и я молчала тоже.
– Ты, наверное, все еще злишься на меня? – наконец спросила она.
Ее голос звучал виновато и немного смущенно – так непохоже на нее.
– Да нет, – ответила я. – И никогда в общем-то не злилась.
– Ты прости, что так получилось, я так расстроилась из-за того, что ты бросаешь меня, наговорила тебе всего – дурацкий характер… Потом жалела долго. На самом деле мне тебя так не хватает!
– Я тоже скучала по тебе, Анюта, очень-очень.
– А сейчас? – тут же вскинулась она. – Больше не скучаешь?
– Ну что ты! Я так рада тебя слышать!
– Правда?
– Конечно! И я, между прочим, тебя не бросала, мы могли бы видеться, если бы ты захотела, я же говорила тебе.
– Да-да, я помню, что ты предлагала это, но ты же знаешь, когда на меня находит, я не могу остановиться. Я очень расстроилась тогда.
– Я тоже.
– Как ты думаешь, может, нам попробовать снова?
Я радость, чистая, светлая, я свет, я любовь, я так всех люблю, Боже, как же я всех люблю…
– Конечно, Тиша, конечно, давай попробуем. Я только «за».
– Правда? Тогда, может, встретимся? Ты где сейчас?
– В центре. – Я назвала улицу.
– Ты там долго еще будешь? Я могла бы подъехать минут через пятнадцать – двадцать, дождешься меня?
– Обязательно! Приезжай.
– Все, уже мчусь!
– До встречи!
– Пока, пусик!
Положив трубку, я неверными руками все-таки достала ключ и открыла офис. Как хорошо, как все хорошо! Чудесное помещение. Вместо окна полностью застекленная стена; это так непривычно, кажется, одно неверное движение – и вывалишься наружу, но очень красиво. Внизу снуют машины, куда-то спешат люди, а у меня так все хорошо. Будет не проблема сдать этот офис, лично мне он уже нравится. Сегодня же подам объявление, и наверняка клиенты не заставят себя долго ждать.
Я стояла у окна и смотрела вниз – на деревья, на людей и автомобили. Мне было без разницы, куда смотреть, надо же, Тиша позвонила. Я была уверена, что она никогда этого не сделает.
Мы с ней встретились в кофейне. Она зашла в зал, и сразу все обернулись на нее. На ней были короткий топ, открывающий смуглый плоский живот, легкие летние брюки на бедрах, босоножки, как всегда, на высоченной шпильке, темные волосы обрамляли лицо, наполовину спрятанное за большими темными очками. Она так хороша – просто дыхание перехватывает.
– Привет, Дашунчик! – воскликнула Тиша, увидев меня, чем еще больше привлекла к себе внимания. – Ну встань же, я тебя обниму!
Она, кинув на диванчик пакет, который принесла с собой, потянула меня за руку, и под любопытные взгляды окружающих мы крепко обнялись и расцеловались.
– Как хорошо, что ты пришла, – сказала Тиша, когда мы сели за столик. – Если честно, я сомневалась, захочешь ли ты хотя бы говорить со мной, но ты все-таки всегда была какая-то странная, – улыбнулась она.
– Почему? – улыбнулась я в ответ.
– Не знаю. Просто я бы никому не позвонила после такого, а тебе вот позвонила. Мне почему-то казалось, что ты… поймешь меня, что ли.
Подошла официантка и спросила, выбрали ли мы что-нибудь. Я заказала кофе с корицей, Тиша – морковный сок.
– Я же теперь почти не пью, – поделилась она со мной, – и даже пробую бросить курить – всего пять сигарет в день теперь выкуриваю.
– Что же ты так? – улыбнулась я. – Решила прожить двести лет?
– Нет, просто у нас с Ромой все так изменилось после того, как мы снова сошлись, он же почти сразу сделал мне предложение.