Чтение онлайн

Роби промолчал.

— Дай-ка подумать, что еще? — Она уже расхаживала по палубе, горячилась, и сдавленный голос, исходивший из голосовой трубки Жанет, звучал незнакомо. — Он тебе сказал, что я извращенка, так ведь? Паршивая овца в своем роде. Инцест и скотоложество в чистых высях ноосферы!

Роби не знал, что ему делать. Женщина явно испытывала сильную боль, и причиной ее, кажется, был он.

— Пожалуйста, не плачь, — попросил Роби. — Пожалуйста. Она подняла к нему залитое слезами лицо:

— А какого хрена не плакать? Я думала, после вознесения что-то изменится. Думала, в небесах мне, бессмертной и бесконечной, будет лучше. Но я все та же Кейт Эфиам, какой была в две тысячи девятнадцатом, неудачница, неспособная познакомиться с парнем даже ради спасения жизни, все свое время провожу на сайтах, где тусуются неудачники, а скачивают меня разве что при благотворительных акциях. И остаток вечности пройдет так же, понимаешь? Как бы тебе понравилось витать по всей Вселенной, оставаясь… никем?

Роби молчал. Жалобы, конечно, были ему знакомы. Стоит только подключиться к клубу азимовистов, чтобы найти там те же жалобы от миллионов ИИ. Он положительно перегревался, пытаясь найти выход и смягчить ситуацию.

Кейт что было силы пнула босой ногой палубу и взвыла от боли. У Роби невольно вырвался стон.

— Пожалуйста, не причиняй себе вреда! — взмолился он.

— А с чего бы это? Кому какое дело, что станет с этой мясной куклой? На кой бес нужен этот дурацкий корабль и эти дурацкие мясные куклы? Зачем все это?

Роби знал ответ. Задача была записана в его программе, и та же задача была выгравирована на медной дощечке в каюте.

— «Назначение „Свободного духа" — сохранение подлинно человеческих радостей плоти и моря, из древних времен, когда человечество познавало неведомое. „Свободный дух" открыт для всех, и каждый, кто воспользуется им, возвратится в прошлое и вспомнит радости ограниченного плотью существования».

Она потерла глаза:

— Это еще что? Роби объяснил.

— Кто выдумал эту чушь?

— Группа борцов за сохранение моря, — ответил Роби, сознавая, что звучит это несколько высокопарно. — Они проделали все работы по нормализации температуры воды с помощью гомеостатических термоэлементов и в заключение, прежде чем перезагрузиться, объединились в «Свободный дух».

Кейт села на палубу и всхлипнула.

— У всех есть важные дела. У всех, кроме меня.

Роби сгорал от стыда. Что бы он ни говорил и ни делал, все нарушало первый закон. Насколько же проще быть азимовистом, когда рядом нет людей!

— Ну-ну, — сказал он со всей сердечностью, на какую был способен.

Тут по трапу поднялся риф и уставился на плачущую Кейт.

— Давай займемся сексом, — сказал он. — Это было здорово, надо повторить.

Кейт плакала.

— Идем, — позвали полипы, потянув ее за плечо. Кейт отмахнулась.

— Оставьте ее в покое! — велел Роби. — Не видите, что она расстроена?

— Чего ей расстраиваться? Ее род переделал мир и подчинил его своей воле. Они создали тебя и меня. Не о чем ей плакать. Идем, — повторили они, — пойдем в каюту.

Кейт поднялась и горящим взглядом уставилась на море.

— Давай поныряем, — предложила она. — Отправляемся на риф!

Роби беспокойно кружил на одном месте и встревоженно следил за показаниями датчиков. Риф сильно переменился с последнего раза. Большая его часть теперь выступала над водой: костная структура в оболочке тяжелых металлов, экстрагированных из морской воды, причудливой формы спутниковая антенна, радиотелескопы, микроволновые излучатели. Под ними неряшливый органический риф порос геометрически правильными ячейками, пульсировавшими электромагнитной энергией, — риф надстраивал себе новые компьютерные мощности.

Роби сканировал глубину и обнаружил, что компьютерные узлы простираются и туда, до тысячи метров вниз. Риф стал сплошным мозгом, и вода уже заметно нагрелась от теплового излучения его неповоротливой логической схемы.

Риф, тот, что в человеческой оболочке, а не подводный, пришел в полный восторг от преображения своего первоначального тела. Он даже заплясал по Роби, отчего тот чуть не опрокинулся, — такого с ним еще не бывало! Мрачная, с заплаканными глазами, Кейт силой заставила его сесть на место и сурово отчитала, приказав не подвергать ее опасности.

Они нырнули по счету «три» и снова показались на датчиках Роби. Погружались быстро: оболочки Жанет и Айзек обладали оптимизированными евстахиевыми трубами, в которых легче выравнивалось давление при уходе на глубину. Кейт плыла второй и с любопытством вертела головой.

Снова загудел сигнал вызова. Соединение устанавливалось медленнее, потому что Роби пришлось выйти на радиосвязь с кораблем, а уже через него на широкополосный спутниковый канал связи. В открытом море все происходит медленнее: сенсорные передачи пловцов идут в узкой полосе частот и связь с Сетью тоже, поэтому Роби завел привычку замедлять и собственные реакции, так что реальный мир воспринимался в десяти- или двадцатикратном ускорении.

— Алло?

— Извини, дружище, что бросил трубку.

— Привет, Тонкер.

— Где Кейт? Я хотел с ней связаться и получил ответ, что она недоступна.

Роби объяснил.

Голос Тонкера, невнятный и замедленный, сорвался на визг.

— Ты отпустил ее с этойтварью? На риф? Ты чокнутый? Ты хоть читал его открытые сообщения? Он же фанатик. Объявил священную войну всему человечеству!

Весла Роби замерли.

— Что?!

— Риф, он объявил войну человеческому роду и всем, кто ему служит. Поклялся захватить планету и передать ее под суверенитет кораллов.