Чтение онлайн

По сетке девушка добралась до меня и сжала в медвежьих объятиях так, что я только тихо пискнула.

Пока она, согнувшись и продолжая сверкать, перехватила за руку Эстер, я обернулась и встретилась взглядом с Олафом.

— Моя девочка, — пророкотал он и, повторяя за Адой, заключил меня в объятия, — Спасибо.

— Ополоумели?! Нашли время тискаться, голубки, — рявкнул Рай, его глаза почернели от ярости, — уводите людей.

— Олаф, прекращай немедленно, — зашипела я, внутренне впервые соглашаясь с белоголовым. Я же в цепочке, не шелохнуться, ни оттолкнуть, — выводи людей.

Но в глубине души все равно было приятно. Хоть один испытывает человеческую, нормальную, не отмороженную благодарность.

Здоровяк нахмурился, но все же отпустил. И четко, уверенно принялся за дело. Еще трое отправились по цепочке в относительную безопасность, а я обнаружила, что наша тонкая нить из людей пополнились новыми студентами. В шейных платках разных расцветок, они выстроили дополнительную связку до стены и укрепили изначальную цепь крепкими мужскими блоками. Кто-то в цепочке засветился инициацией, но удостоился только похлопывания от стоящего позади. Даже парни уже выстаивали с трудом. Девочки падали под ветром, их удерживали, предлагали вернуться к стене, но мои соседки поднимались и стояли.

Вдруг нас резко качнуло. Я повернула голову и застыла, не веря увиденному. Это как нечто ужасное происходит на твоих глазах, а ты упрямо шепчешь «Нет-Нет», отказываясь верить.

Тонкие черные щупальца дотянулись до сетки и принялись рвать ее как бумагу. Под могучим вдохом твари мы, почти обессиленные от усталости, начали падать. Прямо к ней в объятия.

Я почувствовала, как влажная тонкая ладонь Эстер пробует вцепиться в меня крепче, но оглянулась и отрицательно качнув головой, разжала пальцы. Нет. Я не буду тащить за собой остальных.

И взлетела. Поплыла в воздухе, как легкий пух. Удерживаемая за талию черным отростком твари Хаоса.

Рядом парили остальные. Ругался и молотил кулаками по схватившему его щупальцу Олаф. Стрелял рунами Рай. Дергались или пытались сражаться еще двое, так и не успевших уйти Альфы.

А у меня, сквозь странный шорох, который издавала тварь, все пробивалась одна и та же мысль. Как могли в первый день отбора так рискнуть риторы академии?

Я внимательно посмотрела на монстра. Прямо из амебоподобного тела с чпоканьем выскочили на поверхность дополнительные глаза. Такой же нежной голубизны и с золотистой каймой, как и остальные. Глупые и сонные глаза чудовища.

— Его держали спящим. В темноте, — выпалила я.

— Что?! — резко развернулся в черном, сжавшем его кольце Райден. Обычно лежащая единой волной грива белых волос распалась прядями, на виске пульсировала голубая жилка. Он пошарил глазами по полу и уставился на плотную тряпку, когда-то прикрывавшую клетку, а теперь скомкано валяющуюся внизу.

Набрав воздуха, он скорее захрипел, чем закричал.

— Всем! Тварь заснет в темноте. Немедленно выключайте светильники.

Не прошло и пары минут, как мы оказались в полной темноте. Только тяжелое дыхание людей и мелодичное затихающее фырчание монстра.

Щупальца медленно спланировали на пол и, отпустив схваченные жертвы, втянулись в клетку. Дальше нам осталось только натянуть плотную ткань тента за золотой куб.

Когда распахнулись двери и в зал зашли старшекурсники с риторами, я все еще стояла, одна из немногих. Моим скромным секретом стала золотая клетка за спиной, на которую я упиралась и даже чуть-чуть висела. А еще мне не давал упасть один вид парней рядом, они-то удерживались на ногах.

Ну не могла, не могла я упасть им под ботинки. Даже если бы еще одного монстра на нас спустили, я все равно рухнула бы только после парней.

Зато остальные лежали. Как были в цепи, так и осели вниз, продолжая касаться, держаться друг за друга.

— Ничего себе тест, — выдохнула я, оглядывая комнату, — а если бы кто-то умер от страха?

— Это Мамба, — раздался откуда-то сверху визгливый голосок. На мгновение уши заложило, — Мамба не кусает, Мамба только смотрит. Хех.

Я посмотрела на соседей, но они двинулись к выходу. Будто противный голосок слышала только я. Осторожно подняв голову, я обнаружила чистый и пустой потолок, выкрашенный в золото. Как же я теперь ненавижу этот цвет.

*здесь и далее псионикой будет называться присущие этому миру технологии преобразования силы разума в магическую управляемую энергию.

Это был непростой день. Нас измеряли, изучали, просили «дышать не-дышать» целый день. Кормили тоже не останавливаясь. И все в шуме, любопытных взглядах отовсюду.

В итоге к вечеру я уже не могла никого видеть. Даже Моника, приободрившаяся и неостановимо стрекочущая, жутко раздражала. Непривычная ткань одежды вызвала зуд на коже, врач выдал вонючую, но бесполезную мазь.

Скорее всего перенервничала из-за странного голоса с потолка. На мои расспросы Мартин упорно утверждал, что создания Хаоса не умеют говорить. Кого же я слышала?

Схватив полотенце и белье, второй раз за день, я отправилась в душевые. После жуткой мамбы искупались все, соблюдая очередь и уже не пропуская девушек первыми. А значит, я смогу спокойно постоять под горячей водой, не торопясь, расслабляясь в одиночестве.

Длинная душевая с крючками для одежды вдоль одной стены и небольшими нишами со шлангами с другой, как я и предполагала, оказалась совершенно пуста. Помахивая полотенцем, я двигалась к дальнему краю, чтобы в случае появления других желающих искупаться, вовремя успеть прикрыться.

Интересно, сколько девушек учатся на старших курсах и как они решают вопрос гигиены в таких неудобных условиях. Насколько знаю, учеба у них начнется как раз через месяц, когда у нас завершится испытательный отбор.

Потерла лоб. Никак не пойму, почему мои силы не хотят восстанавливаться. Уже все соседки бегают как сайгаки, словно и не было безумного утра, а я все не в себе.

Несколько метров до тупика, я уже начала расстегивать сорочку, как с правой стороны звучным потоком полилась включенная вода.