Шрифт:
«… 16 апреля . Это самый лучший день в моей жизни! Сегодня Вовка посмотрел в мою сторону и улыбнулся мне. Какой же он красивый, как бы было здорово с ним встречаться! Все девчонки из класса бы обзавидовались и больше никогда не посмели бы смеяться и обзывать меня «жирной уродиной»! А еще, дорогой дневник, моя подруга Ирка сказала, что заметила во время урока, как Вовка Малышев иногда поглядывал в мою сторону. Эх, жаль я как всегда была полностью погружена изучением предмета, так как в будущем мечтаю добиться в жизни чего-то стоящего.
20 апреля. Ещё один прекрасный день! Вова сказал мне «Привет!», и я чуть с ума не сошла от счастья. После этого «Барби» нашего класса шептались и недовольно смотрели на меня. А после уроков парень подошёл ко мне и сказал, что ему нравятся мои волосы. Волосы! Теперь ни за что не остригу их и не покрашу.
30 апреля. Дорогой дневник, я просто на седьмом небе от счастья. Сегодня впервые смотрелась в зеркало без ненависти к себе, потому что мой Вова пригласил меня на школьный бал и сказал, что я буду там самая красивая девушка. Меня всю трясёт и я не могу подолгу уснуть ночью, потому что очень волнуюсь перед праздником, ведь скорее всего именно там произойдёт наш первый поцелуй…».
Отбрасываю прочь старую, потрёпанную тетрадь и мысленно ругаю себя за то, что полезла в этот дурацкий ящик. Нужно было просто вывалить всё на заднем дворе и сжечь, не вороша прошлое, которое отдаётся болью в душе.
Поднимаю свой дневник и возвращаю его на законное место, затем снова залепляю коробку скотчем и несу обратно в подвал. Ненавижу эти свои приступы ностальгии, когда хочется поплакать и поковырять больную рану ржавым гвоздём. Хотя сегодня я прямо умничка, не стала читать самое интересное, а лишь вспомнила, какая я была наивная, глупая дура в школе.
Решаю не изменять давно установленным правилам и провести редкий выходной перед просмотром какого-нибудь мультфильма или лёгкой безобидной комедии. Выбрать как обычно сложно, потому что, как не крути, сюжет так или иначе завязан на взаимоотношениях и любви, в которую я перестала верить 18 лет назад. Тогда, на школьном балу, который должен был стать моим самым приятным и трепетным воспоминанием, во мне что-то сломалось. Глупо отрицать, этот вечер я не забыла, он действительно навсегда останется в моей памяти самым мощным и ярким воспоминанием, только вот совсем не хорошим.
Как бы психиатр не старалась убедить меня в том, что я должна забыть всё и просто отпустить ситуацию, у неё ничего не вышло. Наверное потому, что не хотела этого я. Чтобы снова не поддаться, чтобы не поверить в очередную ложь и не упасть в лужу дерьма, из которой я вылезала почти год.
Хорошо, что сестра матери на тот момент уже переехала в другой город и обустроилась на новом месте. Она жила одна и поэтому уговорила родителей отпустить меня жить к ней, потому что в родном городе я уже бы не смогла нормально существовать. Да, именно существовать. Спустя 18 лет ничего не изменилось, я всё так же существую. Хожу на работу, общаюсь с людьми исключительно по работе. У меня нет друзей, нет подруг. У меня нет даже кота или попугая, потому что это всё равно какого-то рода привязанность, а я не хочу.
***
Подъезжая к работе раздражённо бью кулаками об руль, понимая, что моё место снова занял этот Максим. Мужчина работает в нашей клинике всего пару недель, но уже до невыносимости раздражает меня. Такой весь из себя павлин, который купается в лучах женского внимания и считает себя пупом земли. Нет, несомненно специалист из него хороший, пациенты от него без ума и всегда выходят из его кабинета с улыбкой, но это совершенно не меняет того, что он мужик. Обычный мужик, который ничего и никого не любит кроме себя и своего члена, который по словам нашей Катеньки, способен просто творить чудеса.
Морщусь от своих мыслей и глушу мотор. Решаю не обращать внимание на то, что скорее всего этот индюк специально занял моё место, потому что я уже высказывала своё возмущение по поводу этого.
Захожу в помещение, здороваюсь с Аркадием – охранником и поднимаюсь на второй этаж. Накидываю халат и поправляю причёску перед зеркалом. От своих длинных густых волос каштанового цвета я давно избавилась, теперь ношу исключительно короткую стрижку «каре» и выкрашиваю волосы в ярко-рыжий цвет.
– Доброе утро, Мариночка. – слышу противно-приторный голос Максима и еле сдерживаюсь, чтобы не скривить лицо.
– Доброе утро, Максим Александрович . Мне далеко не 20 лет, чтобы быть Мариночкой. Или вы забыли моё отчество? – помешивая свой кофе, резко отвечаю и иду на своё рабочее место.
Мне глубоко плевать, если некоторые меня посчитают грубиянкой. Люди, которые давно работают со мной привыкли и не суются ко мне со своей любезностью и вопросами. Главному врачу нашей частной клиники главное, что я отличный специалист и знаю своё дело, остальное ему не важно, да и не обязана я быть любезной со всеми, исключительно только с пациентами.
– Вы как всегда в отличном настроении, Марина Сергеевна . – усмехается мужчина и тоже, налив себе кофе, идёт следом. Наши кабинеты находятся почти рядом, поэтому неизбежно приходится терпеть его общество, пока я иду по коридору.
– Моё настроение всегда такое ХОРОШЕЕ, когда приходится наматывать круги вокруг здания в поисках места для парковки, а потом словить порывы ветра и всю прелесть холодной осенней погоды.
– Только не надо говорить, что я занял Ваше парковочное место. Насколько я знаю оно общее. Кто успел, тот и занял. Некоторые вполне прекрасно передвигаются на общественном транспорте и не жалуются. – продолжает выводить меня из себя коллега.
– Вот и ездили бы на автобусе, а не на своём дурацком БМВ. – вставляю ключ в замок и облегчённо выдыхаю, потому что скоро окажусь в своём кабинете и погружусь в работу, забыв об этом придурке.
– Мне так нравится беседовать с Вами, может пообедаем сегодня где-нибудь? – слышу в спину, когда уже практически закрываю дверь.
На мгновение замираю и теряю дар речи от такого неожиданного и неприятного предложения. Он что издевается сейчас надо мной? Я не участвую в жизни коллектива и не сплетничаю по углам, но знаю, что это делают другие, поэтому точно уверена, что Максим прекрасно осведомлён о моем весьма специфичном поведении в обществе.