Чтение онлайн

— Алло, — сказала девушка, чувствуя, как образ положительной, уверенной в себе женщины рассыпается в прах.

— Джесс, вы имели хорошую неделю? — зазвучал приятный баритон.

У девушки захватило дух.

— Ох… да, — заикаясь, ответила она.

— Ничто вас не беспокоило?

— Нет. Ничто. — Хотелось сказать что-нибудь серьезное и солидное, соответствующее ее новой роли, но ничего не приходило в голову.

— С лошадьми все хорошо?

— Да. Да, конечно… — Слова не желали произноситься.

— Тогда не буду задерживать вас.

Ее мозги лихорадочно крутились.

— Вы приедете завтра? — торопливо спросила она.

Последовало молчание. Затем Шарль спросил:

— А вы желаете видеть меня? — И Джессика ужасно смутилась, словно просила его приехать.

— Нет, — резко ответила она. Какого черта ей понадобилось задавать этот дурацкий вопрос? Еще немного она мучительно боролась со смущением, не зная, как взять обратно свое отрывистое «нет», пока Шарль размышлял, стоит ли ему уезжать из Парижа.

Кажется, он решил, все же не стоит, и наконец ответил:

— Тогда, если у вас нет проблем, я буду оставаться в Париже. О'ревуар, Джесс.

— Пока, — ответила девушка и положила трубку, чувствуя себя неуклюжей и неловкой, но в то же время радуясь, что не увидит деверя в эти выходные.

Вновь обретенная уверенность в себе частично вернулась лишь в понедельник. В четверг Джессика снова съездила в город, а в пятницу добралась-таки до Национальной школы конного спорта и с замиранием сердца следила, как курсанты занимались выездкой своих великолепных лошадей.

Вечером она с удовольствием вспоминала увиденное на ипподроме. Но как только девушка встала, чтобы принять ванну и переодеться к обеду, мысли о лошадях разом вылетели из головы. Внезапно Джессика тревожно уставилась на телефон. Неделю назад Шарль позвонил именно в это время. Может, позвонит и сегодня? Что, если Каран снова спросит, желает ли она его приезда. Честно говоря, она сама не знала, хочет видеть деверя или нет.

Джессика переоделась. Шарль все еще не звонил. Не позвонил он и во время обеда. Вернувшись в свою комнату, Джесс уже знала — сегодня звонка не будет. Да и с какой стати он должен предупреждать о своем приезде конюха? Это его дом; Каран мог приезжать сюда когда угодно. К тому же, припомнила девушка, в прошлую пятницу Шарль соблаговолил сказать, что если лошади здоровы, то он больше не станет ее задерживать. Стало быть, он хотел знать, все ли в порядке с Сэнди и Адмиралом…

В эту ночь Джессика спала очень плохо. Утром она поднялась ни свет ни заря, приняла душ и второпях, словно пыталась спастись бегством от преследовавших неприятных мыслей, спустилась в столовую. Там на скорую руку позавтракала и быстро одолела расстояние, отделявшее ее от конюшни.

И Сэнди, и Адмирал, существа добродушные, обрадовались своему конюху. Впрочем, Джесс всегда была им рада тоже, погладила, похлопала, протянула каждому по яблоку, но впервые ощутила — общение с лошадьми не приносит желанного успокоения.

Часто Джессика брала с собой на прогулку обеих лошадей и по очереди занималась с каждой, но в то утро девушку переполняла какая-то беспокойная энергия. Она лихорадочно переделала всю тяжелую подсобную работу, а затем принялась седлать Сэнди, решив вернуться за Адмиралом потом.

Когда копыто Сэнди угодило в кротовью нору, Джессика находилась в двух милях от дома и думала о чем угодно, только не о верховой езде. Естественно, девушка пулей вылетела из седла. Сидя на земле, Джесс недоверчиво таращилась на Сэнди и с досадой посмеивалась над своим приключением. Но больше всего ее удивило, когда всегда благонравная и послушная Сэнди, то ли решив поиграть, то ли подумав, что чем скорее она вернется домой, тем скорее ее накормят, не спеша потрусила прочь.

— Вот тебе раз! — воскликнула Джессика, беспомощно глядя вслед кобыле, которая рысью поскакала к конюшне.

Надо было вставать с земли и отправляться в двухмильное путешествие. Тут девушка услышала над головой гул маленького самолетика. Откинувшись на локти, несколько секунд Джесс смотрела в небо, но внезапно, видимо после приступа лихорадочной энергии, ее разморило. Вместо того чтобы встать, Джессика улеглась навзничь, словно всему телу передалась царившая вокруг безмятежность. Кроме того, она могла держать пари: как только Сэнди вернется в конюшню одна, либо Анри, либо Максим примчатся сюда узнать, что случилось со всадницей.

Лицо ласково пригревало солнце. На несколько минут Джессика закрыла глаза, пытаясь ни о чем не думать, но оказалось, что это невозможно. Само собой пришло воспоминание о Жане. Милый Жан… ей не следовало выходить за него. Девушку захлестнуло чувство вины. Вины нечаянной, но от этого не менее нестерпимой. Надо думать о чем-то другом.

Тут перед ней возник образ отца, и лицо Джесс исказилось от злобы. Когда она изгнала и это воспоминание, пришли мысли о Шарле Каране. Но думать о девере тоже почему-то не хотелось. Девушка понимала, образ Шарля раздражает ее, и поскорее представила Лилиан. Добрая, ласковая Лилиан… Девушка начала успокаиваться… Глаза закрылись сами собой.

— Джессика! Джесс! — Было так хорошо, что не хотелось просыпаться.

Но все же пришлось. Удивленная и испуганная, Джессика очнулась не сразу, соображая, почему лежит на земле. Нет, ей не показалось! Кто-то действительно громко звал ее по имени. Едва успев сообразить что к чему, Джессика услышала над ухом залп французской скороговорки и открыла глаза в тот момент, когда чья-то рука прикоснулась к воротнику рубашки.

И, уже понимая, что рядом с ней непонятно откуда возник Шарль, она бешено оттолкнула руку и выкрикнула:

— Отойдите от меня!

— Я искал пульс! — удивился он.

— Не прикасайтесь ко мне! — завопила девушка, вскочила на ноги и отпрянула в сторону, не сводя глаз с его лица. Ей смутно показалось, что Шарль намного бледнее обычного.

— Я думал, вы умерли! — дрогнувшим голосом сказал Шарль.

— Ничего подобного! — бросила девушка. Страх начинал слабеть. Нет, похоже, она ошиблась — цвет лица у Шарля был нормальный.

— Теперь вижу, — парировал мужчина, отвел душу, пробормотав какую-то длинную фразу по-французски, и добавил: — Бог мой, сколько в вас страсти, Джессика Деберль!