Я - убийца
Шрифт:
– Быстрее, – остановил ее Антоненко. – Попроси мужиков... Позови. Пусть двумя домкратами осторожно поднимут одну сторону.
– А ты кто?
– Быстрее! Я задыхаюсь!
Застучали удаляющиеся каблучки.
И снова Борис остался один.
– Борис! – через минуту раздался голос Поломаева. – Ты там? Держись. Сейчас все будет! Стой! Стой, зараза!
Взвизгнули тормоза – кто-то остановился.
– Тут человек под машиной. Нужен домкрат, чтоб поднять. Видишь? – командует Поломаев. – Ставь на эту сторону. Тут повыше будет. Ему легче выбраться.
– Как это его? Что случилось?
– Потом расскажу. У вас телефон есть в машине? Мне давай домкрат, а сам срочно вызывай милицию.
– Зачем?
– Не трать время на глупые вопросы. Вот, хозяйке машины нужно получить страховку за колеса? Составим протокол. А вы, барышня, пока доставайте свой домкрат из багажника. Только осторожненько, чтоб не сдвинуть машину, – ласково воркует Поломаев. И вдруг заорал благим матом: – Да шевелись ты, сонная сучка!
– Я же не знала, что это человек. Я думала, хулиган что-то с машины ворует. Отключила сигнализацию.
Хлопнул багажник, какие-то причитания... Кто-то сопит.
Что-то заскрипело. И машина немножко приподнялась. Борис вздохнул:
– Спасибо, Толя! Жив буду – не забуду!
– А я, честно, думал, что это за мной, – с облегчением засмеялся Поломаев. – Ты прости меня, Борис. Это я по глупости радуюсь.
– Я тоже радуюсь. Честно!
– Четыре домкрата нельзя ставить, – сказал мужской голос. – Может повалиться. Давайте на двух поднимем и попробуем вытащить.
Понемножку, полегоньку они тянут Бориса.
А когда подъехала милиция, Антоненко уже почти полностью выкарабкался.
Составили акт, поохали, посочувствовали. Вызвали «Ангела», чтоб помочь бедной хозяйке.
– А вас куда? Можем подбросить. В таком виде лучше не расхаживать по улице, – милицейский капитан пригласил перепачканного Антоненко в «канарейку».
Спасителя Поломаева довезли и высадили у подземного перехода на Сухаревке.
– Мне ничего, я тут рядом живу. На Грохольского. Давай, Борис! Чтоб ничего не случалось! Пока!
– Спасибо тебе, Толик! Ты меня спас. – Они крепко пожали друг другу руки.
– А вас куда? – спросил капитан.
– Разрешите, я сперва позвоню? – задумался Антоненко. – Знаете ли... Не каждый день меня так круто выпугивают.
Он позвонил домой, убедился, что жена в порядке. Потом набрал номер мобильного телефона Гордеева:
– Юра, это Антоненко. Да, Борис. Нет, еще не изменил имя. Короче, ты дома? Можно я к тебе заеду? Очень нужно. Честно. Нет, не шучу. У меня плохие новости.
– Жду.
В покачивающейся клетке милицейского «газика» Борис расслабился и чуть не заснул.
А минут через тридцать он, уже бодрый и свежий, стоял под душем в ванной Гордеева.
Усталый хозяин, пораженный случившимся, подпирал плечом косяк двери.
– Вот оно как, – закончил рассказ Антоненко. – Убивать не хотят. Хотят заставить. Где у тебя полотенце?
– Вон то, малиновое.
– Ну все! Цацкаться больше с ними некогда! Я их теперь в два счета всех передушу. Пока они меня не достали. Как говорит мой спаситель Толя Поломаев, финита ля комедия! Начинается трагедия! Для всякой сволочи!
– Возьми халат. А тряпки свои затолкай в стиралку. Умеешь пользоваться?
– Юра, посмотри на меня! Я ведь женатый человек. Стираю сам, готовлю сам. Порошок как дозируется? Вот только гладить ненавижу! А жена...
Борис грамотно загрузил, включил стиральную машину.
От шума они ушли – прошли на кухню и уселись за столом.
– Что ты там обнаружил по армии? – Гордеев разлил чай по чашкам. – Слушай, недостреляный друг мой... А давай-ка мы коньячку хлопнем? Для релаксации и активизации мозговой деятельности?
– Нет возражений. Наливай! А по армии... Ну, во-первых, мне показалось странным, что все они по состоянию здоровья уволились из рядов Вооруженных сил. И почти в одно время. Вскоре после того, как ныне покойный Бирюков Эльдар Васильевич, который тогда был военным прокурором по их делу о хищениях оружия и медикаментов, был отстранен от дела. И знаешь как? Очень странно!
– Шоколад? Лимон? – Гордеев выбирал закуску для армянского коньяка.
– Его перевели с повышением! Но служить все-таки не стал, подал на медкомиссию. И оказался полковником юстиции. А за ним потянулись и все остальные.
– Вся часть?
– Не вся, конечно. Но список комиссованных офицеров странно совпадает со списком погибших.
– Весь до конца?
– Нет! Остался еще один человек. Некий подполковник Попов, заместитель командира по тылу.
– Где он?
– Представляешь, простой подполкан комиссуется, покупает в Москве роскошную квартиру, дачу. Машину крутую. Кстати, они все тут очень круто обосновались.
– Давай за тебя выпьем! Будь здоров!
– Чтоб пули пролетали мимо! – Борис чокнулся и залпом выпил первую рюмку.
– Мало того, этот Попов выкупил ни мало ни много – целую автозаправку! Ты представляешь, сколько это стоит?
– Даже не догадываюсь.
– Вот. Между первой и второй перерывчик небольшой. Наливай! У тебя нормально пожрать ничего нету?
– Пельмени сегодня купил.
– Сиди, я сам сварю. – Борис, запахнув халат, стал хозяйничать у плиты.
– Значит, они связаны через бензин?
– Нет! Все чисто! По данным оперативной проверки – все чисто. Никаких дел, встреч. Если и работают, то очень, очень...