Чтение онлайн

– Примерно семь серебряных за сутки, ты, кстати, очень переплатила в той забегаловке. Хватило бы и трех серебрушек, - хмыкнул наемник, пристально наблюдая за моей реакцией, я недовольно скривилась, надеюсь, получилось натурально.

– Почему ты хочешь снять домик на пять дней, два-три дня нам вполне хватит?

– Пять дней - это минимальный срок, на который сдаются дома. Те, кому надо на меньшее время, селятся в гостиницах, - объяснил мужчина. Что ж, смысл в этом есть.

***

Следующие два дня мы провели в дороге, ночевали на земле под деревьями. Постоялые дворы попадались все так же регулярно, но и тракт был достаточно оживлен, комнаты придерживали для состоятельных путешественников, а в общей зале я спать отказывалась. Мне хватило одного взгляда на это безобразие, чтобы понять: комары, роса, туалет в кустах для меня предпочтительней комнаты, где вповалку спят люди. Ладно бы люди все были приличные, но чаще попадались грязные, заросшие мужики, как объяснил Сайнур, паломники. Меня, конечно, заинтересовало, куда в таком виде идут люди, в какое святое место их пустят, и почему только мужчины?

Рассказ вышел занимательный. Хотя в их мире главным богом считался Арук, издревле люди большей частью поклонялись Сейбе, богине земли и плодородия, в народе её называют Пресветлая. По преданиям, её явление верующим всегда сопровождается сиянием. Она покровительствует детям, женщинам, и всему остальному, что плодоносит. Считается, что если мужчина плохо обращается с женой, бьет, изменяет, богиня его может наказать, причем с чисто женским чувством юмора. Пресветлая насылает на таких мужчин бесплодие, либо вообще дисфункцию их главного достоинства. Вот чтобы поклониться богине, испросить у неё прощения, и идут паломники.

Сайнур мне это рассказал немного в других выражениях, более почтительно, что ли. Еще он добавил, что более всего богиня не любит насильников, кара для них будет страшна, при этом он многозначительно посмотрел на меня. Хм, я должна это понимать, как намек, почему он ко мне не применил силу? Или вспомнил нашу первую встречу?

Впрочем, неважно, просто приму к сведению. На мой вопрос, почему они все в таком виде, мне ответил Даян одним словом - искупление. Паломники обязаны скитаться, не бриться, не стричься, жить только на подаяния, а по истечению года явиться в храм богини и покаяться в грехах. Внешний же вид будет подтверждением добросовестно выполненного обета. Самое интересное: нигде не сказано, что паломник должен ходить грязным, но как-то так повелось, что ради обретения былой мужской силы, они еще и год не моются.

Вот в компании с такими индивидами мне спать и не хотелось, и пусть Сайнур на пару с Даяном в один голос твердили, что чаще всего паломники - это обеспеченные в миру люди, потому что бедняк не пойдет на такие жертвы ради долгожданного наследника или мужской несостоятельности. Меня это мало волновало, подцепить вшей от какого-нибудь банкира так же безрадостно, как и от обычного бомжа. Кстати, под шумок я узнала о наличии в этом мире венерических болезней, они были, целители за их лечение не брались, потому что это тоже считалось наказанием богини. Все-таки я иногда поражаюсь своей предусмотрительности, жаль, похвастаться некому.

Напоследок этого разговора я решила сделать маленькую "мстю" своему супругу, как бы ненароком спросив: "Мы женаты, а ты мне изменял, получается, богиня тебя накажет?" Сайнур немного спал с лица и задумался, я же продолжила расспросы Даяна, меня очень интересовало, что положено за измену женщине. Оказалось, от богов ничего, потому что Арук заочно наказал всех женщин за измену своей жены (все та же богиня Сейба) муками деторождения. Правда, было одно "но", девушка обязана блюсти свою невинность до брака, в случае обмана, после первой брачной ночи мужчина может расторгнуть брак. На мой законный вопрос, а что мешает мужику соврать, Даян ответил: "Артефакт истины, который есть в каждом храме богини". Ты смотри-ка и у них есть детектор лжи, даже более распространен, чем у нас.

В город мы въехали после обеда, первым делом зашли в общественные конюшни (или хайдакшни), оставили там хайдаков. По словам Сайнура, в городе на них передвигаться нельзя, запрет мэра, а в домике, который мы намереваемся снять, места для них нет. Я не стала спорить, мне главное, чтобы в домике была нормальная ванная и кровать, а еще большая такая щеколда изнутри в моей комнате, хотелось спокойно выспаться. От конюшен, все-таки буду называть их так, далеко идти не пришлось, пройдя буквально пару-тройку поворотов, вышли к весьма миленькому местечку. Кованый заборчик огораживал немаленькую площадь тенистого сада, с тропинками, клумбами и аккуратными домиками. Даже в нашем мире остановиться в таком месте было бы дорого, что говорить об их средневековье.

– Ты куда нас привел, Сусанин?

– Эрин, я тебя иногда не понимаю, ты используешь незнакомые мне слова, - прикинулся веником Сайнур.

– Все ты понял. Я так подозреваю, что это самое дорогое обиталище в городе? Каким местом ты думал, когда тащил нас сюда, мы же здесь, как бельмо.

– Наоборот, хозяину глубоко плевать на тех, кто снимает у него жилье, главное, чтобы платили регулярно. Плюс к тому домики отдельные, охрана поместья надежная, кого попало, не пропустят. А еще хозяин мой должник и я знаю, как покинуть территорию в обход главного входа.

– Веди уж, а то скоро на нас коситься начнут, - толку было спорить, тратить еще два часа на поиски гостиницы желания не было.

Домик состоял из трех комнат, гостиная и две спальни, ванна в наличии имелась. Сервис тоже был на уровне, в оплату домика входило питание. Служанка, которая проводила нас, показала, как пользоваться ванной, пообещав, что горячая вода будет через час, записала пожелания к ужину и ушла. Я первым делом заняла спальню с большой постелью, оставив мужчинам ту, что поменьше, там как раз две кровати. На прозрачный намек Сайнура, что он тоже не прочь понежиться на этом ложе в обнимку со мной, ответила: "Кто платит, тот и пользуется благами цивилизации". И что я тотчас уступлю ему спальню, как только он мне вернет тридцать пять серебряных монет. На этом наш разговор закончился, Сайнур быстренько ретировался в выделенную им с Даяном комнату.

Час прошел незаметно, я только и успела перебрать все имеющиеся в наличие вещи, старательно вспоминая, что же у меня было еще. Самая большая сложность была с продуктами, я плохо помнила, что именно туда уложила. Тем интереснее было запускать руку в сумку и вытаскивать наугад, например, мысленно представляешь сыр и гадаешь, есть он там или нет. Сыр был, и колбаса, и лепешки, даже копченый окорок, и бутылка вина, и еще масса съестного, большую часть которого я спрятала обратно вместе с вином, как-нибудь потом его выпью в приятной компании. Пить с Сайнуром было опасно. Шанс проснуться в одной постели с ним оставался большим, а спаивать Даяна мне не позволяла совесть и воспитание. Отложенные продукты я отнесла в гостиную, где уже сидели мои спутники, дав им задание что-нибудь сообразить из этого на поздний обед, отправилась в ванну.