Чтение онлайн

— Пока что все логично.

Ева кивнула, расхаживая по кабинету.

— Бумер выходит из отдельной комнаты с Хеттой Моппет и видит Джерри. Ему хватает чутья понять, что он в беде, а значит — нужно немедленно исчезнуть. Внимание Джерри переключается на Хетту. Ее надо убрать, потому что она может что-то знать: чтобы произвести впечатление на женщину, Бумер вполне мог распустить язык. Следует скорая и жестокая расправа, причем все выглядит так, будто орудовал случайный маньяк. Джерри превращает лицо убитой в кровавое месиво, чтобы нельзя было быстро ее опознать, связать с клубом и с Бумером. Да и сомнительно, чтобы кому-то приспичило так глубоко копать.

— Конечно, она же не рассчитывала, что за дело возьмешься ты.

— Перестань, мне сейчас не до шуток. Так или иначе, скоро настал черед Бумера. То ли Джерри решила подстраховаться, то ли узнала, что у него есть образец и рецепт «Бессмертия». При желании он умел быть шустрым, а вором просто родился. Голова — вот его слабое место. Возможно, он пытался шантажировать ее, требовал увеличить его долю… Я уверена: Джерри не знала, что он осведомитель. Этого никто не знал, за исключением считанных людей, связанных с полицией.

Рорк склонил голову набок.

— Вот видишь! Я же говорю: если бы не ты, его гибель сочли бы обычной разборкой среди наркоторговцев или местью сообщников.

— Скорее всего. Но Джерри замешкалась. Мы нашли в ночлежке у Бумера порошок и задумались. Одновременно я занялась делом Пандоры. Ты знаешь, как сложились обстоятельства в ночь ее гибели. Шанс повесить убийство на Мевис показался Джерри счастливой случайностью: она могла выиграть время и обзавестись козлом отпущения.

— Козой. Где ей было знать, что эта козочка так дорога следователю?

— Да, не повезло. Господи, Рорк, сколько еще раз мне предстоит расследовать дела, зная, что очевиднейший подозреваемый совершенно не виноват?! Как бы на него ни указывали все улики.

— Ты имеешь в виду прошлое расследование?

— Ну конечно. Правда, тогда я не знала, а чувствовала. Уверенность пришла потом. — Ева засунула руки в карманы и снова прошлась по кабинету. — А невиновность Мевис была мне ясна с первой минуты. Поэтому я подошла к делу с других позиций и в конечном итоге добралась до Джерри Фитцджеральд. У нее были мотивы, возможности и средства совершить эти преступления. Кроме того, она употребляла тот самый наркотик, из-за которого все и закрутилось. Казалось бы, выводы напрашивались сами собой — но тут убирают торговца наркотиками из Ист-Энда. Зачем? Вот где я застряла, Рорк! Таракан ей совершенно не мешал. Почти невозможно себе представить, чтобы Бумер откровенничал и с ним. Однако его убирают. В его крови присутствует тот же наркотик.

— Отвлекающий маневр? — предположил Рорк, и Ева впервые за несколько часов усмехнулась.

— Вот это мне в тебе и нравится — криминальный склад ума. Спутать все карты, заставить полицию ломать голову, при чем тут Таракан… Тем временем Редфорд производит собственное «Бессмертие» и подсовывает его Джерри. Очень предприимчивый бизнесмен! Даже рискнул заказать экземпляр растения в лаборатории «Эден» на Гаити.

— Два, — уточнил Рорк и добился своего: Ева недоуменно расширила глаза.

— Что — «два»?

— Два экземпляра. Видишь ли, мне пришло в голову самому связаться с Энгрейв-младшей и кое-что уточнить. Первый заказ от Редфорда поступил девять месяцев назад. Правда, тогда он прибег к чужому имени, но номер лицензии был тот же… Оказалось, что первый экземпляр растения он не стал переправлять в Нью-Йорк, а передал в некую лабораторию в Сен-Марке, которая якобы занимается научными исследованиями. — Рорк сделал паузу, чтобы затушить окурок в мраморной пепельнице. — Держу пари, именно в этой лаборатории был выделен пресловутый нектар.

— Почему ты не говорил об этом раньше?

— Потому что не мог. Подтверждение пришло пять минут назад. Можешь связаться со службой безопасности в Сен-Марке и потребовать допросить владельца лаборатории.

— Разумеется, я так и сделаю! Но даже если он расколется, пройдет не одна неделя, прежде чем удастся преодолеть все бюрократические рогатки и переправить его сюда, ко мне в объятия. — Это было сказано недовольным тоном, однако Ева уже потирала руки, предвкушая новый поворот. — Мог бы заранее меня предупредить.

— Я решил, что не стоит тебя преждевременно обнадеживать. Зато теперь ты должна быть мне благодарна, хотя я пока особенной благодарности не вижу. — Его взгляд снова стал серьезным. — Впрочем, это все равно не меняет ситуацию.

— Нет, меняет! Из этого следует, что Редфорд действовал самостоятельно дольше, чем говорит. — Ева упала в кресло с расстроенным видом. — Рорк, я все равно не верю, что она могла сделать все это сама! Пожалуй, кроме случая с Пандорой. Вполне возможно, что Джерри незаметно вышла из квартиры Янга, когда он спал, а потом так же незаметно вернулась и успела привести себя в порядок. Впрочем, не исключено, что он все знал: ради нее он готов на все, к тому же он — актер. Он бы преспокойно выдал Редфорда со всеми потрохами, но, если замешана Джерри, он набирает в рот воды.

Ева опустила голову, закрыла лицо руками, потерла лоб.

— Да, она могла бы воспользоваться открывшейся возможностью. Я даже допускаю, что она могла покончить с собой — это соответствует ее натуре. Но все равно что-то тут не так…

— Ты не должна винить себя в ее гибели, — тихо сказал Рорк. — Во-первых, и слепой увидит, что ты действовала единственно возможным образом. А во-вторых, тебе ли объяснять, что чувство вины затмевает логику?

— Все правильно. — Ева встала и опять беспокойно зашагала по кабинету. — Но пойми, Рорк, в этом деле я изменила себе! Страх за Мевис, воспоминания об отце… То я упускала какие-то детали, то без нужды все усложняла. И потом, мне все время что-то мешало. Столько лишних мелочей.

— Например, свадьба? — предположил Рорк. Ева постаралась улыбнуться, но у нее это плохо получилось.

— Признаться, я стараюсь о ней не думать. Только не обижайся.

— Ты опять все усложняешь. Относись к этому как к простой формальности. Ничего особенного: самый обычный контракт.

— Обычный?! А ты хоть раз думал о том, что еще год назад мы не были знакомы? Что живем под одной крышей, но большую часть времени заняты каждый своим?

Что все это.., все, что мы друг к другу испытываем, возможно, не продлится долго?