Чтение онлайн

— Лейтенант Даллас, майор Уитни просит вас к себе. Миновав несколько дверей с хитрыми запорами, Ева свернула налево и очутилась в кабинете Уитни.

— Здравствуйте, лейтенант.

— Спасибо, что нашли возможным меня принять, сэр.

— Садитесь.

— Нет, благодарю. Я ненадолго. Я только что опознала утопленника. Это Картер Йоханнсен, один из моих осведомителей.

Уитни, крупный мужчина с суровым лицом и усталыми глазами, откинулся в кресле.

— Бумер? Тот самый, что когда-то устраивал взрывы по поручению уличных воров? Ему еще оторвало указательный палец правой руки.

— Левой, сэр, — поправила Ева.

— Левой, так левой.

Уитни сложил руки на столе и устремил на Еву мрачный взгляд. Недавно он допустил ошибку в деле, касавшемся его лично. Дело расследовала Ева. Он понимал, что она еще не отошла от пережитого. Она по-прежнему повиновалась ему, уважала его, но в их отношениях появилась напряженность, которая очень огорчала Уитни.

— Насколько я понимаю, причина смерти — умышленное убийство?

— Я еще не имею данных вскрытия, но, похоже, прежде чем швырнуть в реку, его здорово отколошматили и для верности удушили. Я хотела бы разобраться в этом до конца.

— Он помогал вам в одном из текущих расследований?

— В текущем — нет, сэр. Время от времени он снабжал информацией отдел по борьбе с наркотиками. Хочу выяснить, с кем конкретно в этом отделе он сотрудничал.

— Текущие дела вам не помешают, лейтенант?

— Справлюсь.

— Боюсь, что у вас будет слишком много работы. — Он постучал пальцами по столу. — Не мне вам объяснять, Даллас, что люди вроде Йоханнсена обречены на несчастье. Рано или поздно оно их настигает. Мы с вами знаем, как в такую жару возрастает число убийств. Я не могу допустить, чтобы мои лучшие детективы отвлекались на второстепенные дела.

Ева стиснула зубы.

— Он был моим человеком. Прежде всего моим, потом — все остальное.

Уитни понимал, что именно преданность отличает Еву от большинства его сотрудников. Пожалуй, это качество он ценил в ней больше всего.

— Ладно Можете считать это дело своей первоочередной задачей на протяжении суток Еще двое суток оно будет числиться среди первостепенных Но на четвертые сутки я передам дело кому-нибудь из менее опытных детективов.

Ни на что большее Ева и не рассчитывала.

— Не могли бы вы выделить мне в помощь сержанта Пибоди?

Майор нахмурился.

— Хотите, чтобы с вами этим пустяком занимался кто-то еще?

— Да, и именно Пибоди, — невозмутимо отчеканила Ева. — Она проявила себя отличным полицейским. Пусть приобретает следственный опыт.

— Она ваша на три дня Но помните: если возникнет что-то погорячее, я отберу у вас дело.

— Слушаюсь, сэр.

— Даллас! — позвал Уитни, видя, что она повернулась, чтобы уйти. Он был готов забыть о гордости. — Ева… Мне еще не представилось случая выразить вам свои наилучшие пожелания в связи с предстоящим замужеством.

Ева удивленно расширила глаза: он застал ее врасплох.

— Благодарю, сэр.

— Надеюсь, вы обретете счастье.

— Я тоже на это надеюсь.

Пробравшись сквозь столпотворение коллег, Ева достигла наконец своего кабинета. Разговор с Уитни сильно ее смутил, теперь ей хотелось уединиться. Но как только она закрыла дверь, раздался звонок телефона. Это был капитан Райан Фини из отдела электронного слежения. Услышав его хрипловатый голос, Ева с облегчением улыбнулась.

— Рано ты пожаловал на рабочее место.

— Не то слово! Даже позавтракать не успел. — Он чем-то захрустел. — Тут кое-что поломалось, и, конечно, никто, кроме меня, не может устранить поломку.

— Быть незаменимым — тяжкий труд! Послушай, можешь срочно провести поиск? Неофициально, для меня?

— Мое любимое занятие. Выкладывай.

— Кто-то прикончил Бумера.

— Грустно слышать. Кстати, чудесный бисквит. — В трубке снова раздался хруст. — Тот еще был тип, но с заданиями справлялся. Когда это случилось?

— Точно не знаю. Сегодня на рассвете его вытащили из Ист-ривер. Мне известно, что он иногда снабжал информацией отдел по борьбе с наркотиками. Можешь узнать поточнее?

— Установление связи между осведомителями и потребителями доносов — хитрая задача, Даллас. Сама понимаешь, какая тут соблюдается секретность. Это только у тебя все на виду…

— Так да или нет?

— Сделаем, сделаем! — проворчал Фини. — Только ты уж меня не выдавай. Копы страшно не любят, когда роются у них за пазухой.

— Он еще будет мне рассказывать! Заранее спасибо, Фини. Видел бы ты, как его отделали! Мне ясно одно: если он и знал что-то такое, за что его следовало бы угробить, то это были не мои дела.

— Не твои — значит, чьи-то еще. Я с тобой свяжусь. Уставившись в экран компьютера, Ева попыталась привести в порядок свои мысли. Перед ее глазами все еще стояло изуродованное лицо Бумера. Служащий морга сказал, что удары наносили обрезком трубы или битой… Возможно, но без кулаков тоже не обошлось. Уж она-то знала, какие следы способны оставить на человеческой физиономии костяшки пальцев. И что чувствует человек, которого беспощадно колотят… У ее папаши были очень сильные руки. Долгие годы Ева пыталась обмануть себя, притвориться, будто ничего не помнит. Но все напрасно: она прекрасно помнила это ощущение, помнила, как потрясает удар еще до того, как даст о себе знать боль.

Что страшнее — побои или надругательства? У нее не было на это ответа. Одно и другое было слишком тесно переплетено в ее памяти, в ее ночных кошмарах…

Под каким невероятным углом была вывернута рука у Бумера! Там не только перелом, но и вывих. В голове у нее прозвучал отвратительный хруст, с которым ломается человеческая кость. Она почувствовала тошноту, услышала чей-то истошный визг. Это должен был быть крик отчаяния, но смрадная ладонь, зажимающая рот, превращала крик в постыдный визг…