Ядовитые цветы
Шрифт:
– Ты не поверишь, Коля, но он не требует от меня платить за завтраки. Пока, во всяком случае.
– А если потребует? И я уверен, это произойдет в ближайшее время, – сказал Николай, подумав про себя: «Если уже не произошло…»
– Значит, я буду платить. Только не за тряпки, а за то, что я с ним понимаю, вот за что. И за это мне платить не жалко.
– Что-то ты расфилософствовалась, Лиза! – возмутился Николай. – С такой гордостью говоришь, что собираешься с ним спать, – слушать тошно! И что уж он тебе такого сообщает нового, из-за чего ты на все согласна?
– Он не сообщает, в том-то все и дело! – Лиза заговорила торопливо, пытаясь объяснить брату то, что совсем недавно поняла сама. – Он просто показывает – все мне показывает, чего я без него никогда бы не увидела, и смотрит: понимаю я что-нибудь или нет? Меняюсь я, или не в коня корм?
– По-моему, ты выдумываешь, – усомнился Николай. – Нашла просветителя! Он просто таскает тебя за собой, потому что ты красивая – ты хоть понимаешь, какая ты красивая стала? – и пыжится, что все на него смотрят: какую отхватил девочку! А что он тебя в постель еще не потащил, так это…
– Это – что?
– Ничего.
Николай не стал продолжать, чтобы не обидеть сестру. Скорее всего дело простое: этот ее бизнесмен всем уже объелся по горло, вот и придерживает на будущее неиспорченную провинциалочку. Не с кем ему, что ли, переспать, если приспичит? А тут – подождать немного, не спугнуть, и получит вскоре такую женщину – ни за какие деньги не купишь.
Но Николай понимал, что его соображения слишком циничны, чтобы сообщать их Лизе. В конце концов, раз ей все это нравится – пусть и дальше постигает жизнь. Могло быть хуже… Но как же она повзрослела, и как быстро! Он-то считал, сестра – дитя наивное, а она думает о чем-то, что и ему не совсем понятно…
– Что ж, Лиза, дело твое, я вмешиваться не буду, – вздохнул Николай. – Смотри только, поосторожнее будь. У них компании слишком веселые бывают, да и ходить с ними небезопасно: не дай бог, с конкурентами повздорят…
– А он меня завтра приглашает день рожденья отметить. Приехать к нему на дачу на выходные. – Лиза произнесла это вопросительным и слегка извиняющимся тоном.
– Вот она и плата за завтраки. Ну, ладно! – Николай встал из-за стола. – Да, кстати, Наташка звонила. Говорит, надо бы тебе немецким заняться, ты ведь все небось забыла, что и знала. Или ты уже передумала ехать?
– Что ты, нет, конечно! – горячо возразила Лиза. – Думаешь, он для меня теперь один свет в окошке?
– Да ты его любишь хотя бы? – спросил Николай.
Лиза промолчала. Если бы она сама знала ответ!
Глава 9
Впервые за все время, что она жила в Москве, Лиза выходила из дому так рано: еще не было шести. В руках она держала одну из больших орловских коробок.
Субботним утром никто не спешил на работу, во дворе стояла сонная тишина. Солнце еще только поблескивало первыми ясными лучами в окнах, воздух медленно наливался теплом.
Лиза вздохнула глубоко и радостно. Пожалуй, такое счастливое чувство необыкновенного дня бывало у нее только в детстве, когда каждый день рождения казался особенным праздником. Конечно, ей далеко было до тоски по еще одному ушедшему году, но и детский восторг остался в прошлом.
После долгих раздумий над драгоценными коробками Лиза выбрала для этого утра крепдешиновое платье до колен. Нежно-сиреневый фон, причудливый разреженный рисунок по подолу, широкое и неглубокое декольте, слегка открывающее плечи, – все это выглядело на ней так необычно, как будто она не новое платье надела, а что-то переменила в себе.
Ей, как всегда, не пришлось ждать. У подъезда стоял внушительного вида темно-зеленый джип; его она еще не видела. Виктор вышел из машины, как только Лиза показалась в дверях подъезда.
– Ну-у, дорогая Елизавета, в день своего двадцатилетия вы неотразимы! – весело протянул он.
Виктор выглядел в этот ранний час так же свежо и элегантно, как и вечером, когда собирался в ресторан. Разве что костюм на нем был другой – из плотной, кремового цвета, ткани, похожей на лен.
– Это ваша заслуга, Виктор, – сказала Лиза.
– Это в первую очередь заслуга природы, которая создала вас такой, – возразил тот. – Но дело не в этом. Я вас поздравляю и желаю счастья!
С этими словами он извлек из машины огромный букет роз – белых, лимонно-желтых и нежно-розовых – и протянул Лизе. В их саду в Новополоцке росли прекрасные цветы, но таких она не видела никогда. В чашечке каждой розы, точно бриллиант, дрожала серебристая капля росы, и пахли они так, что у Лизы закружилась голова.
Она благодарно взглянула на Виктора. Видно было, что букет выбран тщательно, а не куплен по дороге у метро.
– А почему вы не спросите меня, Лизонька, куда мы едем? – спросил Виктор, когда мощный джип уже несся по Рублевскому шоссе, оставляя позади Москву.
– Я думаю, вы сами мне скажете, когда придет время.
– Ох, как торжественно, точно в сказке! Романтичное вы существо, Лизонька. Ну, вам и положено – в такой-то день рождения!
Вечно Виктор ее поддразнивал – и никогда она не успевала обидеться: он сразу же заводил разговор о чем-нибудь интересном, что тут же увлекало Лизу. На этот раз он спросил:
– Вы лошадей любите?
– Лошадей? – удивилась Лиза. – Не знаю… А что?
– Да просто есть люди, которые их боятся, вот я и спросил, – произнес он загадочно.
– Нет, я их, наверное, не боюсь, – сказала Лиза. – Но я ведь мало видела лошадей…
Ехали они недолго. Или просто джип несся по полупустому шоссе так стремительно, что Лиза не заметила пути? Вскоре шофер свернул с шоссе на узкую – впрочем, асфальтированную – дорогу и, проехав по ней немного, остановился перед забором со шлагбаумом, рядом с которым сидел в небольшой караулке военный. Шлагбаум сразу поднялся, и машина въехала в густой лиственный лес. Это было так странно – что лес начинается прямо за шлагбаумом, точно по команде!