Чтение онлайн

Я не хочу больше боли. Я едва пережила наше расставание. Не важно кто был прав, а кто виноват, в конечном итоге я себя собирала по кускам, и сейчас мне действительно страшно, потому что раны не срослись и всё еще кровоточат.

— Я не могу. — тихо ответила я убирая свою руку из его ладони. — Не могу Дим, слишком поздно, я привыкла быть одна. — уверенно говорю режущую слух ложь.

— Ты мне врешь. — я чувствую его горячую ладонь на щеке.

— А ты делаешь мне больно. — откланяюсь и делаю шаг назад.

Я вижу, как и ему больно, но моя боль мне ближе.

— Отвези меня домой и уезжай. — я хотела бежать без оглядки, скрыться от его слов, от его взгляда, потому что сдавалась.

Я думала, что пережила, переболела, выплакала, но рядом с ним, всё забывается, размазывается и перестает иметь значение.

— Мы не закончили. — просто сказал он, схватил меня за руку и повел к очередному аттракциону.

Он вёл меня за собой не оборачиваясь, а я не шла, я почти бежала, но молчала, потому что не знала, как сказать, что я не успеваю.

— Пришли. — Дима остановился у аттракциона, который не вызывал у меня никакого доверия.

— Нееет, ты не можешь быть так жесток. — я мотала головой и отказывалась верить в то, что мне предстоит зайти в комнату страха.

— Могу.

Я открыла рот от его наглости, слов не подобрать ка я возмущена, а он опять достал сигарету и прикурил её.

— Всё-таки мне не нравятся твои изменения. — сказала я, скрестив руки на груди.

— Мне тоже.

Я понимала, что Дима был недовольным после нашего разговора, ну а что я могу поделать, он же не думал, что я прыгну к нему в объятья после стольких лет бессонных ночей. Из-за него, между прочим.

— Пошли. — Дима выкинул окурок в урну и потащил меня за собой.

Мамочка, почему я не сопротивлялась, а пошла за ним, почему не стала кусаться, брыкаться, потому что как только мы зашли, свет потух, а я не любила темноту, то слабое освежение от крашеных ламп, сложно было назвать светом, поэтому и сжала Димину руку.

Мне кажется, я поняла его план.

Когда выпрыгнул первый актер, мне кажется вздрогнул даже Дима, а я завизжала и мой крик эхом разносило по пространству создавая еще больше жути. Мы передвигались по пространству, натыкаясь на разные предметы и актеров, в какой-то момент я просто закрыла глаза и шла так держась за Димину руку пока мы не вышли из этого павильона.

— Ты ужасный человек. — сказала я когда по глазам ударил свет.

— Главное, что я тебе нравлюсь. — он усмехнулся, а я закипела от злости.

— Не нравишься, ты мне не нравишься. — я как маленькая девочка почти топнула ногой.

— Правильно, потому что любовь — это что-то большее чем просто нравится. — Дима взял мое лицо в свои руки и чмокнул в нос.

Я пыхтела от злости, но ничего не могла сделать.

— Идём, осталось немного. — Дима опять взял меня за руки, но теперь его шаг был короче, расслабленным и мне не пришлось бежать за ним.

— Ты издеваешься. — я застонала, когда мы остановились у высокого столба, вокруг которого были сиденья.

Я знала, что они крутятся, а еще знала, что это свободное падение сидя.

— Я не пойду туда, у меня остановится сердце. — мотая головой сказала я.

— Либо это, либо то. — Дима пальцем указал на другой аттракцион, об ещё хуже, я видела, как на нём катались другие, и никогда не хотела быть в их числе.

— Нет. — твёрдо сказала я.

— Да. — Дима потащил меня к аттракциону.

— Нет. — я упиралась, схватила его за локоть. — Я не хочу.

— Поцелуй.

— Что поцелуй. — я хлопала глазами не понимая, что от меня хотят.

— Аттракцион или поцелуй, выбор за тобой. — его глаза горели предвкушением, он знал, что я выберу.

— Хорошо, раз аттракцион, значит аттракцион. — я стала проходить мимо него.

Дима схватил меня за руку и развернул лицом к себе, мгновение и я почувствовала его мягкие губы на своих губах.

Мир замер, а моё сердце застучало галопом. Врачи говорят, что ритм галопа — это патология, но моя патология сейчас целовала меня. Он был моим отклонением, но я не хотела лечиться.

Дима провел своим языком по моим губам, прося разрешения, и я позволила, разомкнула губы и впустила его в себя. Дима прижал меня к себе, перемещая руку мне за голову и фиксируя в своих медвежьих объятьях.

Он стал еще больше, еще сильнее, сплошь одни мышце в которых неистовая сила.

Стон вырвался из моего рта, а Дима углубил свой поцелуй. Он не был грубым, но он был властным, захватывающим, и таким знакомым.

Я тосковала по его рукам, губам, по нему.

Он был нужен мне, как бы я не утверждала обратное, потому что что-то остается неизменным.

— Выходи за меня Солнце. — Дима отстранился и прижался ко мне лбом. Его дыхание было неровным, но обжигающим.

— Это глупо. — я помотала головой, но не отходила от него, мы как два магнита, главное найти правильную сторону.

— Глупо то, что мы потеряли три года. — он гладил мою щеку, а я как кошка льнула к ней. — Согласна? — его медовые глаза горели в свете огрей, и в этом огне была я.

— Согласна.

Макар.

Четыре года назад я сомневался, что продолжу заниматься боксом.

Четыре года назад я проиграл.

Но я снова стаю на ринге под яркими прожекторами, вспышками камер и ощущением дикой усталости в теле.

Бой достойный, противник сильный, но я сильнее, потому что знаю, за канатами Она.

Сердце бешено колотится в груди, и я не уверен, что это из-за физической нагрузки. Нет, кровь будоражит мысль, что Василиса здесь, она впервые рядом со мной, впервые видит меня в деле, и я выкладываюсь по полной.