Чтение онлайн

Я снова это делаю, не так ли? Тону в своих собственных мыслях.

Выдохнув, я стягиваю оставшуюся часть штанов с ног и откидываю их куда-то в сторону, а затем перекатываюсь на бок. Смотрю на ярко-красные цифры на будильнике, стоящем на тумбочке. Уже восемь утра? Затем запах атакует мои ноздри, отчего сжимается желудок. Еще одно новое пристрастие нового Джоэла, которое ненавидел прежний — это жирная жареная еда на завтрак. Если бы два года назад мне сказали, что я буду завтракать с нюхающим кокаин, любящим завтраки и тату братом, то я бы рассмеялся. Ох, но как быстро невозможное становится возможным.

Звук струй душа, ударяющихся о плитку, заставляет меня спихнуть свою голую задницу с кровати и встать на ноги. Пока иду, чувствую, что мое тело принимает пассивную позу — плечи сутулятся, подбородок опущен, ноги волочатся. Не могу избавиться от нее. Я дрался, трахался и бегал до изнеможения, но внутри меня — горечь и злость — она затаилась, как раковая опухоль, и растет так же быстро и агрессивно.

И я не могу поговорить с братом об этом, потому что разговаривать обо всей этой ситуации — все равно, что стоять слишком близко к зажженной петарде, зная, что она может взорваться в любую секунду.

Я ступаю на плюшевый ковер и приближаюсь к двери ванной. Когда дотрагиваюсь рукой до изогнутой ручки из нержавеющей стали, замираю. Что я скажу? Эмили никогда не уходила от меня раньше, так что, предполагаю, «прости» на этот раз ничего не исправит.

Не хочу говорить ей, что мне стыдно. Я так долго работал над воссоединением с Джоэлом, и в моем представлении это должно было пройти по-другому. И уж точно не должен задаваться вопросом, почему я вообще утруждался спасти его.

Я нажимаю на ручку и открываю дверь. Пар устремляется навстречу моему обнаженному телу и налипает к коже, посылая мурашки по всему телу. Эмили стоит спиной и приглаживает свои темные мокрые волосы, когда я проскальзываю в комнату и закрываю дверь.

Ненавижу ссориться с Эмили. Конечно, она не самая простая женщина и иногда может злиться несколько дней, и если сейчас не исправить ситуацию, будет игнорировать меня до конца времен.

Когда открываю дверцу душа, клубы густого пара вырываются наружу, а Эмили так и не поворачивается ко мне. Дрожа, я захожу внутрь и закрываю за собой дверь. Тепло поглощает меня, уничтожая мурашки на коже одну за другой, и я становлюсь таким же теплым, как асфальт под утренним солнцем.

— Ты меня игнорируешь? — спрашиваю я и тянусь за отшелушивающей розовой мочалкой, которую Эмили попросила Тэда привезти из магазина два дня назад. Видимо, она все еще чувствует грязь из туннелей на своей коже и ощущает необходимость вычистить ее из своих пор.

Эмили выходит из-под струи воды и проводит мыльными руками по животу.

Ответа нет.

Я беру ягодный гель для душа, наливаю его на мочалку и взбиваю пену. Эмили откидывает длинные темные волосы в сторону, обнажая для меня изгиб плеча.

Держа мочалку в руке, я отказываюсь тереть ее кожу.

— Эмили?

Она оглядывается через плечо, ее темные глаза источают тот самый сексуальный пристальный взгляд, что так мне понравился, когда я встретил ее.

— Да. Я тебя игнорирую.

Неожиданно, Эмили резко разворачивается, отчего пена с мочалки размазывается о ее голую грудь. Ее глаза широко открыты, а кончик острого тонкого носика такой же красный, как и румяные щечки.

— Это из-за меня?

Я убираю мочалку от ее груди и сжимаю в руке. От давления пена стекает на мою ногу.

Я сдерживаю смех.

— Что?

Она избегает меня, ее обеспокоенный взгляд направлен на плитку.

— Это из-за меня?

— Я думал, это ты меня игнорируешь.

Эмили раздраженно выдыхает.

— Джай...

Я роняю мочалку и протягиваю к Эмили мыльные руки. Скольжу ладонями вверх по ее хрупким рукам и сжимаю маленькие бицепсы обеими руками.

— Из-за тебя что?

Эмили отодвигается, вырываясь из моей хватки. Если бы кто-то становился бездомным каждый раз, когда эта девушка сбивает меня с толку, то, скорее всего, каждый дом в мире бы пустовал.

— О чем ты говоришь?

Она жестом показывает на меня.

— Ты! Ты на все десять, почти одиннадцать, а я что? На четверку в лучшем случае?

Я в замешательстве хмурюсь. Если бы Эмили прямо ответила на мой вопрос, то сейчас мы были бы на одной волне. И с каких это пор люди оценивают внешность других людей по шкале от одного до десяти? Это самое нелепое, что я когда-либо слышал, учитывая, что вкусы у всех разные. Я, может быть, для Эмили и десять баллов, но для кого-то другого на троечку. То же самое и с Эмили. Для одного парня она может быть на четыре, но для меня на миллион. Все просто.

— Четыре? Что за…

Эмили поджимает губы и прикусывает их.

— Я что-то сделала? Из-за меня?

— Нет. Нет. Не из-за тебя.

Черт, она такая милая, даже когда ее волосы зализаны назад. Улыбка растягивает уголки моих губ, и я не могу ее сдержать. Мне нравится шар счастья, который раздувается у меня в груди при мысли, что ей не похер.

— Котенок, детка, расслабься. — Делаю шаг к ней, пока она смахивает каплю воды, стекающую по кончику ее носа.

— Я слишком агрессивна? Слишком обыкновенная? — Эмили оглядывает свое тело. — Может быть, слишком худая? — Смотрит на меня широко раскрытыми глазами. — Или, может быть, слишком жирная… Предполагаю, что в прошлом ты встречался с крошечными моделями. Или может… Почему ты улыбаешься?

— Потому что ты сумасшедшая.

— Сумасшедшая?

Я киваю.

— Да. Сумасшедшая

Как будто Эмили есть о чем переживать. В ней все, что я хочу в женщине. Она умная, сильная, с чувством юмора, красивая и верная. Форма и вес ее тела для меня не имеет значения. Я глажу руками стройный изгиб ее бедер и останавливаюсь на округлой попке, грубо притягивая к себе. У Эмили перехватывает дыхание, когда трусь голым телом об нее. Прохожусь пальцами вдоль позвоночника, и она начинает дрожать.