Чтение онлайн

Шум города за окном давно уже смолк, и я лежала в полной тишине, слушая, как в темноте тикают настенные часы и в спальне храпит хозяйка. Никаких посторонних звуков больше до моих чутких ушей не доносилось. Я ещё раз удивилась тому, как усыпляюще действует на меня гнетущая атмосфера этой квартиры. Обычно в это время я ещё и не думаю спать. И вообще я способна безболезненно бодрствовать неделю, а тут как назло, будто хозяйка поила меня не кофе, а сильнодействующим снотворным. Мне бы сейчас встать, походить по квартире, размяться, выпить ещё кофейку, но этого делать нельзя. И я принялась вспоминать анекдоты — они всегда сохраняют у меня активную деятельность мозга и вызывают устойчивую бессонницу, бессонницу, бессонницу…

— Доброе утро, Машенька. Просыпайтесь, пора вставать.

Я открыла глаза. Надо мной склонилось доброе лицо Лидии Петровны. Было уже светло, по стенам бегали солнечные зайчики. Значит, я все-таки уснула. От. — стыда я снова закрыла глаза и сипло спросила:

— Ну как, надеюсь, ничего не украли?

— Украли, — тихо проговорила она. Я мгновенно вскочила.

— Не может быть! Что?

— Значит, вы ничего не видели? Я мужественно промолчала. Лидия Петровна расстроенно махнула рукой и отвернулась.

— Ладно, идёмте пить кофе. На кухне все расскажу.

Мне хотелось провалиться сквозь землю, и, если бы не уверенность в том, что это проделки самой хозяйки, я бы непременно так и сделала. Быстро умывшись, я тщательно осмотрела входную дверь, все окна, но ничего подозрительного не обнаружила и пришла на кухню, где за чашкой кофе уже сидела Лидия Петровна.

— Пропали часы, — просто сказала она.

— Какие часы?

— Старинные, от Буре. Те, что висели в гостиной на стене.

Только тут я поняла, что не слышно громкого тиканья. Удручённая, я села за стол и взяла свою чашку.

— Они очень дорогие?

— Какая разница, — пожала она плечами. — Это была семейная реликвия. Хорошо, что картины не взяли — это ведь Коровин, мой дальний родственник, между прочим. Но и это не все. Пропала ваша сумочка. Кажется, вы её оставили в прихожей. Теперь её нигде нет.

— Вы шутите? — недоверчиво пробормотала я, не понимая, зачем кому-то могла понадобиться моя сумочка.

— Какие уж тут шутки, — вздохнула она. — У вас там было что-нибудь ценное?

— Да нет, косметичка, кошелёк, паспорт, ключи и всякие мелочи.

— Все равно жалко. Знаете, только с возрастом начинаешь понимать, что вещи не такая уж большая ценность, как казалось раньше. И вы тоже поймёте. Значит, вы уснули? — печально спросила она.

— Не пойму, как это произошло, — пробормотала я. — Никогда со мной такого не было. Ладно, вы меня извините, Лидия Петровна, я побегу на работу. Босс вам позвонит и скажет, что делать дальше.

— Это вы меня извините за сумочку, — виновато улыбнулась она. — Зря я вас в это дело впутала…

— Не расстраивайтесь, мы их поймаем.

— Не сомневаюсь. Знаете что, возьмите на всякий случай ключи от моей квартиры. Вдруг Родиону Потаповичу понадобится что-то осмотреть, а я в магазин отойду или ещё куда. Так вы приходите сами, не стесняйтесь.

Она опять улыбнулась, и я не могла не поверить её тёплой улыбке и добрым голубым глазам. Переполненная сомнениями, я отправилась в офис, где меня уже с нетерпением поджидал босс.

Выслушав мой рассказ, перемежавшийся виноватыми вздохами, он спросил:

— Часы точно были, ты их видела?

— Не только видела, но и слышала до двенадцати ночи, пока не уснула. Это довольно большие часы в деревянном корпусе, с двойным заводом и колокольным звоном.

— Значит, тяжёлые. Могла бы она сама их снять, как думаешь?

— Ещё не думала. А теперь понимаю, что вряд ли. Для этого ей нужно было притащить стремянку, залезть наверх, снять часы и кому-то их подать. В её возрасте спуститься, держа в обеих руках тяжеленную коробку, практически нереально. И потом, это ведь было совсем рядом со мной, около дивана. Я бы обязательно услышала шум и… — я отвела глаза, — проснулась…

Босс вышел из-за стола и задумчиво прошёлся по кабинету. Я сгорала от стыда в своём кресле.

— Кстати, насчёт сна, — заговорил он. — Не могла она подсыпать тебе снотворного?

— Могла, но зачем? Честно говоря, босс, я уже не думаю, что это она. Зачем ей это? У неё такое доброе лицо…

— Лицо можно любое сделать. Но сама же говоришь, что проникнуть в квартиру невозможно. Значит, есть два варианта: или она впустила кого-то и отдала ему часы и сумочку, или спрятала все это в квартире, пока ты спала. Непонятно, зачем ей все это. Нужно идти к ней и искать, тем более что она дала тебе ключи. — Он посмотрел на часы. — Сейчас туда мы и двинем. Между прочим, где Валентина?

Я чуть с кресла не свалилась.

— Что значит, где Валентина? Разве она не на кухне?

— Нет. Её вообще сегодня ещё не было. — Он усмехнулся. — Может, тоже проспала?

— Валентина?! Да скорее небо на землю упадёт! — взволнованно воскликнула я, предчувствуя недоброе. — Наверняка что-то случилось…

Тут мы услышали, как хлопнула входная дверь и в приёмной послышались знакомые шаги моей подруги. Я облегчённо перевела дух. Она заглянула в кабинет, увидела нас, вошла и бодро проговорила:

— Кранты, дорогие мои! Ночью кто-то обобрал твою комнату, Машуля.

Мы с босом ошалело уставились на неё.

— Как это обобрал? — тупо спросила я.

— Подчистую.

— В милицию заявила? — машинально спросил босс.

— В милицию?! — Валентина вдруг расхохоталась. — Господи, а я-то считала, что работаю с великими сыщиками! В милицию, ха-ха!

— Действительно, что это я. — Босс озадаченно поскрёб в затылке. — Совсем заработался. Ладно, хватит ржать. А ты сама где была в это время?