Чтение онлайн

Сам эльф не стремился сокращать расстояние, держась вместо этого на довольно почтительном. Сдерживая меня лианами, он по-прежнему блокировал мои попытки подняться в воздух.

Обе «имбовых абилки» Бога Кровавого Хаоса были использованы, так что мне осталась лишь повышенная регенерация Бога, его скорость и огромное количество «НР» с «МР». Ну и его опыт, который сейчас помогал мне позорно не слиться.

Вот только «мана» продолжала утекать, словно вода, сквозь широко растопыренные пальцы.

'Мегавайт — Ньютону: мне нужна мана. Фатима может помочь?

Ньютон — Мегавйату: не знаю, сейчас спрошу.

Мегавайт — Ньютону: спрошу? Прикажи ей!!!

Ньютон — Мегавайту: она не хочет тебе помогать.

Мегавайт — Ньютону: вы что там совсем охренели??????'.

Мне захотелось выругаться. Происходящее походило на абсурд. Питомец, обладающим своей собственным мнением и отказывающийся выполнять приказы? Это, конечно, полный «сюр».

Самое дерьмовое было то, что я не мог сейчас деактивировать ипостась Бога Кровавого Хаоса, чтобы иметь возможность использовать призыв Стражей, свои руны и остальные умения. Я был уверен: как только я вернусь в свой первоначальный облик, Инсаэль призовёт Тень Лаэронэля. И тогда мне сразу настанет «амба».

Поэтому я сейчас и изгалялся, стараясь разобрать дендроидов самостоятельно. Ведь только сохранив ипостась Ариэла я смогу что-то противопоставить тому, что придёт на место Инсаэля.

Разрубив ринувшуюся ко мне лиану, удар которой я чуть не пропустил, я рубанул с оттяжкой по ноге дендроида, который, как раз, делал шаг по направлению ко мне. В надежде попытаться одним ударом лишить его конечности, я сделал слишком широкий замах, за что тут же поплатился, подставив правый бок под атаку древесного исполина.

Медлить дендроид не стал, зарядив в мою бочину пудовым кулаком. Мне показалось, что даже в этой ипостаси у меня жалобно треснули рёбра.

«Великий хаос, ты что творишь? — ту же взревел Ариэл. — Твоё главное преимущество — крылья!».

Это я понимал и без него, но непрерывные атаки не давали полностью реализовать это самое преимущество. Проклятый эльф не прекращал призывать всё то растительное, которое вообще, по идее, даже не должно расти на этом засохшем клочке земли, если бы не их эльфийская магия.

Видя сухую растрескавшуюся землю, из которой не прекращали лезть побеги, устремляясь в сторону меня, я заметил, что интенсивность в какой-то момент немного упала. Сейчас он уже не так резво призывает свою пакость.

То ли у него заканчивалась «мана», то ли наоборот — Инсаэль специально прикидывается выдохшимся, чтобы застать меня врасплох. В любом случае, нужно пробовать разрывать дистанцию и подниматься в воздух, иначе долго я не протяну.

Два торопливых росчерка пылающего меча, и я резко подаюсь назад, уже не пытаясь схлестнуться с растительным стражем в ближнем бою. Вместо этого, я незаметно пячусь назад, попутно отмахиваясь от лиан.

Бок, куда пришёлся удар дендроида, начал неметь, будто туда вкололи добрую порцию обезболивающего.

— Вы ещё и ядовитые, — скрипнул зубами я. — Просто прекрасно.

'Мегавайт — Ньютону: Делай что хочешь, но она должна со мной поделиться!

Ньютон — Мегавайту: она говорит, что ты должен справиться сам'.

Отвечать я уже не стал, чувствуя, как гнев медленно обволакивает моё сознание. Мне будет давать напутствие какой-то вшивый питомец, которого ракшас подобрал на таком же вшивом кладбище? Страшица, которая только и могла, что пугать неосторожно туда забредших? Ну нет, тварь, у тебя это не пройдёт! Только не с Богом Кровавого Хаоса.

Хассараг с «иерархами» и птенцами всё-таки ушли порталом, хотя я до последнего надеялся, что «иерархи» смогут оттянуть внимание Инсаэля на себя. Но Хассараг решил по-другому.

За моим противостоянием сейчас с безопасной дистанции наблюдали только Пандорра и Ньютон с Фатимой, которой сейчас я больше всего хотел вырвать из груди её призрачное сердце. Хассараг даже Ворувана с собой забрал зачем-то…

Просить эльфийку с ракшасом помочь — было бесполезным делом, поскольку я прекрасно понимал, что они не продержатся и нескольких секунд, тут же улетев на «респаун».

Отсекая обвившуюся вокруг ноги лиану, я снова отскочил назад. Секундной заминки хватило, чтобы я распахнул крылья. Оттолкнувшись что есть мочи от земли, я взмыл в воздух, закладывая вираж и чувствуя, как от чрезмерной нагрузки крылья выворачивает из суставных сумок.

Выстрелившие лианы лишь бессильно мазнули зелёными отростками далеко внизу, не в силах больше дотянуться. Мелькнувшая мысль вообще развернуться и улететь отсюда была снова прервана яростным рёвом Ариэла, который требовал крови.

Гнев на эту нелепую ситуацию, на закидоны Фатимы, на проклятого Инсаэля клокотали в груди. Подогреваемый чувствами беснующегося Ариэла, этот гнев просто требовал выхода. Взмахнув ещё несколько раз крыльями, я сложил их, проваливаясь в пустоту, метя ровно туда, где мне сейчас надлежало быть, чтобы наказать одно зарвавшееся разумное существо.

Моё приземление ознаменовалось облаком взвившейся в воздух пыли, треснувшим под ногами камнем и испуганными взглядами соратников.

Фатима лишь в последний момент начала что-то понимать, но было уже поздно. Свитая будто из толстых жгутов рука выстрелила в её сторону. И когда узловатые, непропорционально длинные пальцы сомкнулись на её горле, она захрипела, бессильно трепыхаясь.

Захрипела так, будто её тело было материально. Будто она могла дышать, вместо того, чтобы просто существовать бестелесой сущностью.