Чтение онлайн

Песнь клинка позволила ему произнести еще одно защитное заклинание. Через мгновение магические слова окружили Тэгана, разноцветными всполохами переливаясь в воздухе. Мираж, вызванный заклинанием, сбил противников с толку, им казалось, будто Тэган находится на один-два фута дальше, чем на самом деле. Это мешало змею разорвать его в клочья и препятствовало действию магии седока.

Когтистая, призрачная рука, отделившисьот тела всадника, стремительно понеслась к Тэгану. Тот, сменив курс, увернулся от удара. Рука уперлась в пустое пространство и испарилась.

Пока все шло хорошо, но везение не могло длиться вечно. Надо было подлететь к противнику на длину шпаги, а Тэган понимал, что, несмотря на скрывающий его мираж, это будет самоубийством. Он стал петлять в воздухе, заставляя гнавшегося за ним змея повторять свои движения. Драконообразные летали быстрее авариэлей, но сильно уступали им в маневренности.

Змей был совсем близко. Тэган сделал вираж и со всего разгону налетел на него, свободной рукой схватившись за чешуйчатую шкуру, чтобы зацепиться и повиснуть у змея под брюхом. Чудовищу было трудно изогнуться, чтобы достать Тэгана клыками или жалом. Всадник же вообще не мог дотянуться до непрошеного попутчика.

И все-таки положение было слишком опасным. Змей нацелил на Тэгана огромную когтистую лапу. Глаза с узкими зрачками горели яростью, дракон разевал огромную пасть и пытался поразить врага ядовитым жалом на кончике хвоста, а потом стал бить хвостом, пытаясь стряхнуть с себя авариэля. Тэган же старался удержаться, уворачиваясь от ударов и все глубже вонзая в змея шпагу.

Наконец дракон содрогнулся и стал падать, увлекая за собой Тэгана. Тот понял, что вот-вот разобьется вместе со змеем, и отцепился от чудовища, хлопая крыльями. Дракон, бившийся в агонии, задел Тэгана своим ядовитым жалом, и авариэль кувырком полетел вниз. Жало прошлось по перьям левого крыла, но не причинило вреда.

Теперь чудовище было далеко и не представляло опасности. Седок завопил, и Тэган возликовал, глядя на его искаженное ужасом лицо. Потом авариэль взглянул вниз и увидел людей и зомби, приближавшихся кГорстагу. Да когда же это кончится, подумалон и нырнул вниз.

К счастью, с жутким грохотом рухнув на землю, змей так напугал людей, что те застыли на месте. Зомби не обратили на это внимания, но они были гораздо медлительнее своих живых двойников. Поэтому Тэган приземлился как раз вовремя, чтобы отрезать Горстага от убийц. Он проткнул шпагой голову зомби, отразил нападение с другой стороны и нанес одному из противников сильный удар в солнечное сплетение. Другой зомби попытался нанести ему удар по голове тяжелой булавой, но Тэган нырнул вниз и с силой нанес ответный удар. Еще один ходячий труп был сражен.

Выжившие люди бросились прочь, оставив двух зомби прикрывать свое отступление. Тэган прикончил и их, огляделся и, убедившись, что опасности нет, склонился над Горстагом.

– Сейчас все будет хорошо, – сказал маэстро.

– Не думаю, – покачал головой Горстаг.

Тэган видел, что раны у его ученика нешуточные, и все-таки настаивал:

– Мы найдем жреца, который тебя заштопает.

– Нет времени. Просто послушайте, – прошептал Горстаг.

Он возился, пытаясь вытащить что-то из-под своего пропитанного кровью плаща, но был слишком слаб для такого усилия.

Эльф помог ему, и из складок плаща появилась книга с напечатанным на корешке странным знаком, в фолиант были вложены листы.

– Что это?

– Книга, – сказал Горстаг, – и заметки Оракула.

– Оракула?

Горстаг сдавленно рассмеялся.

– Вы правы, – сказал умирающий, – Я продолжаю называть его Оракулом даже после того, как нашел вот это. Я боюсь называть его настоящее имя даже мысленно. Но вы должны знать. Это Саммастер.

Тэган решил, что его ученик бредит. Саммастер – это злодей из старинных легенд. И даже если и жил такой человек, то сейчас он уже точно превратился в пыль.

– Не понимаю, – сказал маэстро. – Что, какой-то жулик решил назваться именем монстра?

– Нет, – ответил Горстаг, – это он сам. Он вернулся. Он снова во главе Культа, и на этот раз пророчества должны сбыться. Он нашел способ заставить всех делать то, что ему надо.

Тэган совсем запутался. Он смутно помнил, что Саммастер основал тайное общество под названием Культ Дракона, которое, как считали некоторые, существовало до сих пор. Но он ничего не понял из того, что пытался сказать ему Горстаг.

– Кого заставил делать то, что ему надо?

– Вот почему мы должны были похищать драгоценности, – ответил Горстаг.

– Так это был ты?

– Не только я. Мне пришлось подчиниться, чтобы они не заподозрили, что я шпион. – Горстаг рассмеялся жутким булькающим смехом. Из уголков рта потекла кровь, но он продолжал: – Не такой уж я хороший шпион. Они все-таки разоблачили меня. Я думал, что смогу. Думал, смогу что-нибудь сам… Не важно. Это уже не имеет значения. Сохраните эти записи, пока Арфисты не придут за ними. Они найдут вас. Никому не доверяйте. Даже рыцарям. Даже королеве.

– Если фолиант нужно кому-то передать, скажи, как его найти.

Вместо ответа Горстаг вдруг уставился в небо. Возможно, наблюдая за тем, как возносится его душа.

Тэган, будь его воля, отправил бы душу этого молодого идиота в адские королевства. Он и вправду поощрял учеников в их благоговении, ему было приятно, что они считают его своим наставником и лучшим собеседником. Это было полезно для дела. Но это не значило, что он жаждет выполнять их опасные, хлопотные предсмертные просьбы. Ему это решительно не нравилось.

– Проклятие, – сказал он, – ты так и не понял, что мне до тебя нет дела, ты просто вовремя попался мне под руку. И мне абсолютно наплевать на твои чертовы бумаги. Ты должен был попросить помощи у рыцарей. А я просто авариэль.

Горстагу уже нечего было на это ответить.

Тэган вздохнул, собрал листы и, почувствовав резкую боль в ноге, вспомнил о полученной ране. Он осмотрел ее и с облегчением понял, что она неглубокая.

Следовало обдумать все сказанное Горстагом. И постараться не быть обнаруженным здесь рыцарями и другими королевскими чиновниками. Как-никак на нем было убийство нескольких человек. Трупы змея и зомби могли бы послужить ему оправданием. Но уверенности в этом не было, учитывая презрение, с которым относились к его занятию власти. Тэган расправил крылья и взмыл вверх.