Чтение онлайн

– Самое страшное, когда твердая рука…

– …только чтоб мы не сбились на беседу двух демократов…

– Нет-нет. К тому же я ничего не имею против твердой руки. Когда она действительно твердая. Я значительную часть своего менталитета приобрел в Чили. Нам там передавали опыт министры, которые входили в правительство Пиночета.

– А кто вас возил?

– Виталик Найшуль, умный, глубокий парень.

– Знаю. Мы с ним ездили по зонам Пермской области.

– А… Ну, про Чили – это длинная история… Когда мы дойдем до 91-го года, на этом подробней остановимся. Твердая рука, которая по-настоящему тверда, – это гармонично, это диктатура в полном, завершенном варианте. Пиночет не пытался мимикрировать, не изображал из себя демократа, которым не был. Он знал: нужно строить либеральную экономику – он ее строил, надо душить оппозицию – он ее душил. Все, как положено.

– Ситуация как у китайцев с компартией.

– Да.

– Там вон взяточников расстреливают и экономика на подъеме.

В 1983-м исполнилось десятилетие прихода к власти Пиночета. Я писал про это так: «Тогда, в 73-м, я б с удовольствием поехал воевать в Чили – против Пиночета. С каким пронзительным чувством клацал бы я родным „калашниковым“, с каким бы трепетом учил испанские словечки типа „venceremos“ или „no pasaran“! Как бы я лез в бой, как не страшно было б умирать под простеньким самодельным красным флагом без опознавательных знаков! Как были б волнительны встречи с левыми девицами, которые туда небось тогда понаехали! Не успев еще остыть, отдышаться после 68-го парижского года! О-о-о… Казалось, это прекрасно, легко и красиво – быть левым и убивать тех, кто мешает установлению справедливости – в том виде, который тебе удобней. Да… Кто не был леваком в 20 лет, у того нет сердца. Кто не стал консерватором к 30, у того нет ума. Как же это замечательно, что иногда Бог не дает сбыться нашим глупым мечтам!»

А дальше: «Мне больно было думать, что нам в отличие от чилийцев не довелось в каком-нибудь 1973-м забрать власть у своих левых. Лишних 18 лет русские коммунисты у нас в стране, да и в половине остального мира, лезли навязывать чужим свои примитивные понятия, ненавидели всех, кто богаче и умнее, грабили и делили награбленное, засылали диверсантов и убийц в приличные страны, подстрекали к войнам африканцев и афганцев, давили танками мадьяр и чехов… В общем, творили свои обычные мерзости. Могучий старик Пиночет избавил свою страну от унижений, неизбежных при коммунистической власти. Власть эту он сверг тогда, когда она его достала, когда ему противно стало терпеть. В отличие от восточных европейцев, которые дожидались разрешения от доброго иностранца Горбачева, дедушка Пиночет поступил по-мужски и рубанул сплеча.

А у нас не нашлось никого, кто б в те же годы привел страну в соответствие со здравым смыслом. Кому сил не хватило, кому ума, кому совести. Так как-то получилось…»

– А вот гораздо хуже и опаснее для нации в целом, особенно для такой незаконопослушной нации, как русские, когда твердая рука не является твердой. И в глубине души, сам перед собой, человек это понимает.

– Это ты про Андропова?

– Я сейчас говорю о другом человеке.

– А, есть такой человек, и вы его знаете?

– Да-да. И наверняка он в глубине души понимает, что никакая он не твердая рука. Что это свита играет твердую руку. А свитой он не управляет.

– Твердая рука – типа рукопожатие твердое, как никогда.

– А в свите есть твердые люди. Пускай они не шибко умные, но твердые… Знаешь, такая у них непреклонность, как у Николая Палкина была… И тогда, чтоб не упасть лицом в грязь перед свитой, нетвердая рука начинает играть твердую руку. И обычно переигрывает. Как тот прокурор у Войновича, который боялся, что все узнают, что он добрый, – и, чтоб не узнали, всем выносил смертные приговоры. А сильный человек, который точно знает, что он сильный, – ему не нужно казаться сильным. Понимаешь?

– Это как пидарас, который демонстративно ходит по блядям.

– Ну, это латентный пидарас. А настоящие пидарасы не скрывают, что они пидарасы.

– О чем мы и говорим – твердая рука, нетвердая.

– Так вот в этом смысле Андропов был сбалансированной личностью. Сильный мужик. Сбил корейский лайнер…

Зарубежные медиа говорили – уже тогда – про террористов и взрыв. Но вскоре начальник Генерального штаба маршал Николай Огарков признал, что советские истребители «остановили» авиалайнер двумя ракетами класса «воздух – воздух», и, как известно, обвинил южнокорейский самолет в шпионаже в пользу Соединенных Штатов. Никто в это не поверил, и дошло до того, что одиннадцать западных государств прекратили воздушное сообщение с Советским Союзом – правда, всего на два месяца.

Любопытно, что во время визита в ноябре 1992 года в Сеул президент Российской Федерации Борис Ельцин назвал ошибочными действия советского военного командования и выразил глубокое сожаление по поводу трагедии, разыгравшейся над Сахалином. А вскоре – в 1997 году – появились сообщения о том, что один из бывших высокопоставленных чинов японской военной разведки признался, что южнокорейский самолет выполнял-таки задание американских спецслужб: залетел к нам, чтоб привести в действие советскую систему ПВО и засечь радиолокационные станции. Настоящим самолетам-разведчикам это не удавалось – система их вычисляла с полоборота, не раскрывая себя.

Кроме самолета, был еще и теплоход. Пошли, пошли техногенные катастрофы – ни с того ни с сего. Спецы тогда в прессе блажили, что это только начало, но никто их не слушал.

7 июня 1983 года ТАСС передал сообщение: «От Центрального Комитета КПСС и Совета Министров СССР. 5 июня с. г. на Волге, вблизи г. Ульяновска, произошла авария пассажирского теплохода „Александр Суворов“, повлекшая за собой человеческие жертвы. Центральный Комитет КПСС и Совет Министров СССР выражают глубокое соболезнование семьям и родственникам погибших».

Случилось следующее. Теплоход пошел почему-то не в высокий пролет железнодорожного моста, как следовало, а в низкий. Верхняя палуба не вписалась по габаритам, и ее срезало – вместе с ходовой рубкой и кинозалом, до отказа набитым людьми. Как назло, именно в этот момент по мосту шел товарняк. Его так тряхануло, что на теплоход посыпались бревна и уголь.

В итоге погибло 176 человек.

После начали разбираться. Поскольку у поварихи как раз был день рождения, решили, что все по пьянке и вышло. Но потом подняли со дна Волги тела штурмана и рулевого, а алкоголя у них в крови не нашли. Свидетели после вспомнили, что штурман вроде был поглощен чтением дефицитного детектива. А пьянка, наоборот, спасла в тот вечер немало людей, которые выпивали в каютах, вместо того чтоб пойти в кино или дышать свежим воздухом на палубе. В прессе сообщалось о двух семьях, путешествовавших на том теплоходе, – обе жены отказались от водки и в итоге погибли в кинозале в страшных мучениях.