Ясырь
Шрифт:
Не гони коня.
Там забудешь дом,
Братьев и меня.
Сын хана резко махнул рукой:
– Довольно, Шуву. Займи свое место.
Почувствовав, как изменилось настроение Салхи, десятник Зоригтой воздел над головой кубок:
– Великий вождь, не пора ли устроить забаву? Мои воины пригнали дюжину смельчаков, готовых расстаться с жизнями ради твоего увеселения!
Салхи взял с блюда горсть изюма:
– Хорошо. Поглядим, кто из них сбережет свою шкуру.
В шатер втолкнули первого невольника и брови ханского сына поползли вверх. Это был худощавый темноволосый северянин лет сорока, от скудного кормления превратившийся в тощего призрака со впалыми щеками. На обнаженной груди мужчины блестел пот, виднелись свежие шрамы и застарелые рубцы. Тонкие штаны пленника прохудились, но другой одежды ему не полагалось.
– Склонись перед великим вождем и назови себя, – приказал Зоригтой.
Маслянистые глаза мужчины недобро блеснули, однако он без возражений исполнил требуемое:
– Варга Руто, ясырь воина по имени Шуд. Пасу его табун.
С недоверчивой миной Салхи быстро глянул на сотника:
– Ты обещал выбрать крепких рабов, а притащил какого-то заморыша.
– Я говорил с его хозяином, – мигом откликнулся Зоригтой. – Цена невольника – пятнадцать овец.
– Крысиный хвост – его цена! – рассердился наследник хана. – Гони в шею и давай сюда другого!
Два совсем юных воина грубо выпроводили Варгу и его место занял парнишка лет восемнадцати на трясущихся от страха ногах. Стуча зубами, раб назвался Лаго Росли. Противником северянина стал кряжистый бородач из горного народа по имени Файф Гнутый Нос.
Степняки начали перешептываться, делая ставки и заключая пари. Бесспорным фаворитом признали широкоплечего Файфа. Он пыхтел и сопел, как бык, угрожающе сжимая крепкие кулаки. Лаго кусал губы, напряженно обдумывая, где у этого грубого, похожего на ожившую скалу, горца слабое место. Решив не торопить события, северянин предоставил сопернику право атаковать первым.
Файф исподлобья осмотрел площадку для ристалища – циновку шириной в два и длиной в четыре шага – как тут покажешь молодецкую удаль, если места издевательски мало – не повернуться толком, не развернуться. Справа – очаг с бурлящим над ним котлом, слева – застывшие в ожидании зрители.
– Хо-хор! – горец издал боевой клич и набросился на противника.
Первый удар Файфа согнул трусоватого Лаго, второй – отшвырнул в сторону. Он заколыхался, словно былинка на ветру, но не устоял – рухнул перед равнодушно взирающим на поединок Салхи.
Конец ознакомительного фрагмента.