Чтение онлайн

– Кристиан! – она оборачивается, и кухню поражает испуганный вскрик, на лице Аны что-то такое, что напоминает даже ужас.
– Ты так напугал меня!

– Я просто любовался твоими танцами, - пробегаюсь взглядом по неприкрытым бедрам, явно показывая, куда смотрю. Ана закатывает глаза, но улыбается, снова поворачиваясь ко мне спиной и одергивая рубашку.

– Там рядом с тобой мой телефон, посмотри, нет пропущенных от Евы или Тедди?

– Только твой любимый, умоляющий тебя пообедать с ним в «вашем кафе». Я надеюсь, ты догадываешься, что единственным человеком с фамилией Эпсон, которого ты сможешь видеть без моего присутствия, будет только твоя дочь?

– Я не…

– Не надо, Ана, - мягко перебиваю ее, и она оборачивается ко мне с явным возмущением на лице.
– Ты знаешь, что я прав. Оценив ситуацию, сама решай, слушаться меня или нет.

– Я хотела сказать, что и не собиралась, Кристиан, - она так очевидно злится, нахмурившись, что не выдерживаю и подхожу к ней, обнимая.

– Я научусь тебя слушать. Извини. Но это единственное, что я хочу от тебя пока: чтобы ты пообещала, что ты будешь беречь себя. Пожалуйста.

– Ты такой…

– Тряпка?

– Нет!
– она даже вспыхивает, крепче сжимая меня.
– Ты пытаешься казаться таким холодным, но ты заботливый. И я знаю, что так делать нельзя, это неправильно, и времени-то не прошло, но…

– Ты хочешь сравнить нас?

– Майкл по-настоящему холодный. Да, он улыбнется, проявит учтивость, но нет таких мелочей, которые бы обжигали, да хотя бы просто напоминали, что я важна ему.

– Анастейша, - подавляю в себе ярость на ее мужа, приподнимая ее и усаживая на кухонную тумбу. Черт возьми, если так посмотреть, я теперь любовник. Собственно, не впервые уже я любовник взрослой женщины, которая еще и пытается командовать мной…

– Знаешь, у меня давно не было секса за завтраком, - она лохматит мои волосы и пытается прижать к себе еще ближе, переводя тему.

Дерьмо. У меня тоже, но не сейчас, Ана…

– Я бы хотел принять душ, - попытка возразить выходит слабая, но Ана выпускает меня из своей стальной хватки настоящей женщины.

– Почему бы и нет? Можно и в душ, - она подтягивает рубашку еще выше по бедру, и мой взгляд неосознанно следит за движениям. Как подросток, который никогда и женщин не видел.
– Ну, так что?

– Думаю, после завтрака что-то можно придумать… - делаю шаг назад, но на этот раз Ана хватает меня за штаны и подтягивает к себе, опуская руку под резинку.

– Я должна тебя уговаривать?
– она лишь приподнимает бровь, а я уже отрицательно качаю головой. Ее теплая ладошка накрывает меня и поглаживает через тонкую ткань белья.
– Я хочу тебя.

– Ты ненасытная.

– Ты слишком аппетитный, - она пожимает плечами, крепче обхватывая меня. Проклятие.

– С тебя достаточно главенства, - стягиваю ее на пол, не позволяя заиграться, и поворачиваю к себе спиной, но она резко вырывается. На лице страх, и лишь через пару мгновений она приходит в себя.
– Ана?

– Только не в этой позе. Пожалуйста, я хочу видеть тебя.

– Боже, - снова притягиваю ее в свои объятия, будто мои руки смогут спасти ее от всего мира, и легко укачиваю, успокаивающе поглаживая по спине.

Уолтер прилетает сегодня, он должен организовать слежку за этим ублюдком и привести мне увесистую папку компромата на него, как он сказал. Особенно важно и нужно сделать так, чтобы ни одно подозрение не упало на Ану. Жалею, что сказал ей о своих планах вчера… С остальным я справлюсь. Какие слова надо было ей говорить, чтобы она так замкнулась? Чтобы она помогала и поддерживала жертв домашнего насилия, совершенно не обращая внимания на то, что у нее дома творится то же самое?
– Ты должна будешь рассказать мне об этом.

– Знаю.

– Можем продолжить?
– она кивает, и я сладко целую ее, поместив свою ладонь ей на шею, чтобы большим пальцем ласкать щеку. Каждое прикосновение к ней сладкое. Другая рука под рубашкой, я тискаю ее аппетитную задницу, поймав себя на мысли, что хочу укусить ее. Новый фетиш, отлично. Ана хихикает, кусая меня за подбородок, будто прочитав мои мысли.

– Столешница слишком холодная, Кристиан.

– Тебе придется потерпеть, - буквально тащу ее и подсаживаю на обеденный стол. Столешница неудобная, мало места. А на столе… интересная картина для жильцов дома напротив, да и для меня тоже. – Ложись.

– Холодно.

– Ана!

– Тиран, - она шепчет, но ложится. Ей действительно холодно, соски так красиво прорисовываются под рубашкой, а я по-настоящему сожалею, что не имею под рукой зажимов. Ей бы понравилось, учитывая, какие они чувствительные у нее. Расстегиваю ее одеяние и кладу обе ладони на грудь, сжимая. Черт возьми, нереально быть такой… - Я хочу…

– Тишина, - сильно щиплю ее правый сосок, вытягивая, и она смиренно кивает, зашипев от боли. Эти огромные голубые глаза смотрят на меня с восторгом, язык облизывает пересохшие губы, на щеках легкий румянец. Сложно лежать так перед кем-то, даже если ты принимаешь себя. А она разучилась принимать себя. Глажу ее тело, руки, бедра и даже пальчики на ногах, которые она сжимает от каждого моего прикосновения. – Мне нравится твое тело, Анастейша. Не смей стесняться его при мне. Ты ухоженная, даже слишком. Если тебе нравится твоя фигура – поддерживай ее, но я не был бы против, если бы ты немного поправилась. Мне нравится натуральность. Я хочу, чтобы ты слушалась меня в этом вопросе. Понятно?

– Да, сэр.

– Умница. А теперь я хочу посмотреть то, что приобрел вчера, - спускаюсь с поцелуями от шеи до груди, оставляя небольшие засосы, которые вызывают у Аны трепет. Целую живот, каждый ее шрам, которые абсолютно ее не портят, недолго поигрываю с пупком, и пытаюсь спуститься ниже, но встречаю сильное сопротивление, когда пытаюсь хоть немного развести ее ножки. – Анастейша?

– Нет.

– Почему?

– Я не была в душе. Нет, даже не вздумай…

– Я считаю до трех. Раз.

– Кристиан!

– Два.

– Черт возьми, не смей манипулировать мной!

– Два с половиной.

– Грей!

– Три, - побагровев, Ана разводит ноги, но совсем немного. – Итак, он отказывался принимать тебя естественной?

– Это неправильно…

– Это и есть правильно. К тому же, я никогда не скрывал, что вишенкой на торте моих извращений является фетишизм, - Ана хихикает, немного расслабившись. – Но я не собираюсь на тебя давить.

Делаю несколько шагов назад, наслаждаясь этим шоком на лице Аны. Она должна знать, что любое мое действие может быть прекращено, если она не хочет или ей не нравится.