Чтение онлайн

– Давай ко мне, отпразднуем? – предложил Сашка.

– Давай, – не подумавши согласилась Юлька.

Утром, проснувшись в чужом доме, она чувствовала себя паршиво. На столе лежала записка с не самым романтичным посланием – «Еда в холодильнике. Будешь уходить, захлопни дверь». Потом не было ни единого звонка. Юлька тоже не звонила. Ей не хотелось унижаться. С сентября они оба изображали, что ничего не произошло. А потом Юлька узнала, что он нашёл девчонку тоже отличницу только на год старше и засел ей на шею до конца обучения. Лишь изредка они пересекались тоскующими взглядами на лекциях.

«Слава Богу, что учились в разных подгруппах» – радовалась тогда девушка.

На пятом курсе они случайно встретились на каком-то празднике. Он подошёл сзади и обнял за талию. Она не сопротивлялась. Ночь прошла снова у него, но только на утро он не обнаружил её в своей кровати. Запах корицы с молоком из Макдональдса, куда она сбежала от Сашки, до сих пор ассоциировался только с горестями неудачной любви. После всей этой истории она сторонилась парней, боясь снова оказаться в ловушке.

«Сначала я должна стать личностью. Целостной личностью с ремеслом в руках. А потом с обновлённым мироощущением и отыщу свою вторую половинку среди нового круга знакомых» – с этими мыслями под самое утро уснула Юлька.

Она проснулась от звонка будильника. Разбитая и с тяжёлой головой девушка, быстро собравшись без завтрака, побежала к машине. Ехать было не далеко, но её маршрут сегодня должен был стать другим. Она снова появится на своём рыжем Ауди ТТ на универской парковке.

Год назад она приехала на новую работу на папином подарке по случаю получения высшего образования. Её тут же окрестили Золушкой. Она ни с кем не сошлась. Инициативы завистники рубили, поэтому просто подчинилась течению. Чтобы лишний раз никого не нервировать она парковалась в паре кварталов от универа, и с удовольствием прогуливалась пешком по наполненным бурлящей жизнью улицам южного города. Теперь же всё будет по-другому. Она снова будет пользоваться стоянкой, а на явочную квартиру при надобности будет ходить от туда пешком.

Собственно эту работу папа устроил дочке через знакомых, отказать Юлька вовремя не смогла и теперь ждала, удобный случай уволиться. Тем более, как позже выяснилось, на роль помощника проректора планировалась ни кто-нибудь, а дочка Милютина Ивана Петровича, ректора университета. Все бы только вздохнули от облегчения после Юлькиного ухода.

Неделя тянулась бесконечно. Пятница вечер, а ректор к себе так и не пригласил. Юлька посмотрела на часы.

«Пора домой» – грустно подумала она и открыла сумочку в виде милого рюкзака, чтобы удостовериться, что атрибуты новой жизни при ней.

О том, что жить будет иной, напоминала карточка Райффайзенбанка, которую она видела каждый раз, заглядывая в кошелёк, и связка ключей от явочной квартиры.

Выходные прошли на диване. Юлька ждала. И дождалась. Секретарша ректора позвонила вечером воскресенья. По той информации, которую она выспрашивала, Юлька быстро сложила картинку происходящего. Видимо Милютин, получив известие о Юлькином участии в супер проекте, не обрадовался и налегал на свои связи, чтобы всунуть в этот счастливый вагон дочурку, инфантильную, тощую, завистливую блондинку, которая была старше её на год. А теперь секретарша вчерашним днём в срочном порядке строчит приказы.

Так и вышло. Утром её вызвали подписать командировочное удостоверение и приказ. Через две недели университет отправлял её в Белград для перенятия опыта работы одного из высших учебных заведений Сербии. По секрету секретарша, которая имела свой зуб на Ивана Петровича, поведала неугодной сотруднице, что это первая из шестнадцати командировок, запланированных на ближайшие два года.

«Ещё один удачный понедельник» – сияла девушка.

Зависти у коллег поприбавилось. Теперь за спиной она слышала чаще «Синдерелла». Видимо так зовя Золушкой на английский манер, они хотели её задеть. Но Юльке было откровенно плевать.

«Две недели. Немыслимо. Через две недели начнутся приключения. Мои приключения. Такие приключения, в которых может приключиться всё что угодно» – пружинили кроссовки на высокой платформе, от приплясываний хозяйки.

Было ещё кое-что. Ей предстояло посетить ту самую квартиру, покинув которую она уже не была прежней Драгунской Юлией Владимировной. Настроение начинающей шпионки было подобно гордо развевающемуся знамени. Каждую свободную минуту она внутренне прокручивала диалог с Крутижанской. Та предупредила, что ждёт звонка за день до вылета.

«Расписание она знает. Значит, час икс наступит в воскресенье третьего ноября. В понедельник четвёртого на День Согласия и Примирения вылет через Москву в Белград» – смотрела влюблённо в календарь девушка.

Конечно, расстраивало то, что Яночка будет постоянно рядом и стучать отцу по поводу и без.

«Может она подсиживать меня будет специально?» – поехал правый угол Юлькиного рта вверх.

Затем через пару минут она уже улыбалась: «Они же меня в деле не знают. Моя пассионарность раздробит все козни. Я им покажу, как умею работать. Зря они на перфекционистку с красным дипломом наехали!».

У проректоров университета была общая приёмная, где трудились их помощницы. Прыгающая мимика Юльки не проходила бесследно, но отряд полноватых тёток, у которых на уме были одни внуки, снисходительно к ней относился. По принципу: знаем мы этих «летунов», до летается. Сейчас её приметят и в столицу или куда ещё переведут.

Они вряд ли жаждали сидеть в одном помещении с локатором шефа, но Янка всё-таки была своей. Той, которая выросла в стенах университета, той, которая могла быть милой, если хотела, той, которая мечтала наверняка выйти замуж и уйти в декретный отпуск. И тогда на их улице снова будет праздник размеренности и предсказуемости.

Московский куратор проекта Валентин Валентинович Михайлов вышел на неё довольно быстро. Уже во вторник Юлька вместе с Янкой были приглашены для получения по конференцсвязи указаний, касательно подготовки. Когда Янка попыталась умничать, он её довольно-таки жёстко осадил.

– Мы с Юлией Владимировной едем работать. А вы Яна Петровна, пассажир. Собственно вы можете даже не участвовать в наших переговорах. У вас оплачено только присутствие. Не отвлекайте меня, пожалуйста, вашими пустяками.