Шрифт:
Маргаритка, или как Вольдемар «Камасутру» изучал
Вольдемар Заботкин был обыкновенным сорокалетним мужчиной. Успевшим к этому времени трижды жениться и трижды развестись. Была у него одна слабость – он очень любил разных женщин. Ему нравились худые и не очень, блондинки и шатенки, кареглазые и синеглазые. И женщины отвечали ему взаимностью. Правда, иногда вместе со взаимностью награждали его нехорошими болячками. Но на такие случаи у него была знакомая врач-венеролог – дама пятидесяти пяти лет Софья Марковна Клидман, которая его по-матерински называла «сынок» и всегда принимала без очереди. Когда сидящие в очереди мужчины – любители женских тел начинали возмущаться по этому поводу, то она говорила, что это её сын. И тогда сидящие начинали роптать, что мать – порядочная женщина, врач-венеролог, а сын – гулёна. Потом Вольдемар понял такую благосклонность к своей персоне, когда после очередного успешного лечения она сказала, что не против, чтобы он иногда приходил к ней домой для профилактики. И сунула ему номер домашнего телефона. Но идти к доктору в гости он как-то не решался.
Работая начальником отдела в налоговой инспекции, он был окружён вниманием двух десятков прекрасных созданий. За глаза дамы его называли «Голова». А почему «Голова», он и сам не мог понять. Но в душе думал, что такое прозвище он получил за то, что окончил два института: один политехнический – по специальности «ракетостроение», а другой экономический по специальности «бухучёт». Если сначала многие женщины в отделе хотели покорить сердце одинокого мужчины, то потом поняли, что он ко всем на работе относится одинаково, и это занятие бросили – кроме одной. Это была Анна Мусина, сорокалетняя старая дева. Чтобы чаще видеть объект своего желания, она начала носить Вольдемару информацию о том, что творится в отделе. И действительно – начальник отдела узнал много нового о своих подчинённых: кто развёлся, кто вышел замуж, у кого муж пьёт…
Он долго не мог понять, почему по пятницам после обеда к нему приходят женщины и отпрашиваются с работы – как правило, к врачу – и при этом они в коротких юбках и в блузках с глубоким вырезом. Он начал думать, что женщины посещают мужчину-гинеколога. Но когда к нему в короткой юбке зашла Авдотья Никодимовна Передкова, пенсионерка пятидесяти семи лет, мать троих детей, бабушка пяти внуков, Заботкин не выдержал и вызвал Мусину. Прямо с порога задал вопрос:
– Куда это пенсионерка собралась?
– Она любовника-студента завела.
– Он что, заочник?
– Нет, очник.
– А сколько ему лет?
– Двадцать шесть.
Заботкин уставился на Мусину, как на инопланетянку. Но она, выдержав взгляд начальника, добавила:
– Любви все возрасты покорны.
– А остальные чего в коротких юбках приходят отпрашиваться?
– Так если к вам в короткой юбке заходят отпрашиваться, значит у неё свидание с любовником в рабочее время. Чтобы вовремя прийти домой к мужу.
– Так ко мне за последний месяц пол отдела приходило отпрашиваться в коротких юбках.
– Видите, Вольдемар Семёнович, как вам повезло, среди каких прекрасных женщин вы работаете.
На эти слова ему нечего было возразить.
После ухода подчинённой он начал рассуждать: выходит, не он один такой любвеобильный, трижды женатый, а по выходным занимающийся сексом с разными женщинами. На минуту он представил, что все десять женщин, включая пенсионерку Передкову, сразу забеременели, и мужья пришли к нему выяснять отношения, не от него ли они ждут ребёнка. От этих мрачных мыслей его отвлёк телефонный звонок. Звонила начальник налоговой инспекции Белла Моисеевна Беднова. Она попросила зайти. Женщиной Белла Моисеевна была волевой, решительной, быстро сделала карьеру, а вот в личной жизни ей не везло. Все три её мужа умерли, и даже ходили слухи, что все они ушли в мир иной в постели от передозировки секса. Она не раз предлагала Вольдемару жить вместе, рисуя прекрасную перспективу сорокалетнему начальнику отдела
В Центральном районе начальник налоговой инспекции Богомолов собирался на пенсию, и она могла бы где надо за него словечко замолвить. Но он, помня, как умерли её мужья, решил, что ему в свои сорок лет умирать рано. Да и менять свободную жизнь, полную романтики и приключений, на размеренную семейную он был не готов. Поэтому после звонка подумал, что Беднова опять будет уговаривать жениться.
Когда он вошёл к начальнице, понял: что-то случилось. Белла Моисеевна официальным голосом сказала:
– Вольдемар Семёнович! Разберитесь, – и протянула два конверта.
Один конверт был адресован в КПРФ товарищу Зюганову, а другой в правительство товарищу Медведеву. В письме на имя Зюганова была жалоба от жены на коммуниста сантехника Василия Задкова, что он в рабочее время участвует в заседаниях партийной ячейки, в то время как у сотни людей засоры в унитазах, и просила принять меры воспитательного характера. В письме на имя Медведева была жалоба от коммуниста сантехника Задкова на свою жену Зосю, что ей, простому налоговому инспектору, выделили охрану. И приводился расчёт, в какую сумму обходится эта охрана, а в то же время у сантехников нет денег даже на прокладки. Было требование эту охрану отменить. От прочитанного у начальника отдела глаза округлились. Какая может быть охрана у Задковой, у простого инспектора? Видя, что подчинённый сидит в раздумьях, Белла Моисеевна сказала по-матерински:
– Ты уж, Вольдемар, разберись со своими бабами.
Вызвав к себе Задкову, он услышал интересный рассказ тридцатилетней дамы. Ей надоела однообразная жизнь с правильным мужем Васей, членом КПРФ, отвечающим в партийной ячейке за финансы, поэтому она завела себе любовника – врача-проктолога Петю. И вот, отпросившись в очередной раз у Заботкина для встречи с любовником, она нарвалась на мужа, который тоже выходил из соседней квартиры с дамой лет шестидесяти. И между ними состоялся разговор. Первый вопрос задал муж Вася:
– Почему ты не на рабочем месте?
Женская смекалка подсказала:
– Недоимку собирала.
– А это кто?
На обдумывание времени не было. И она выпалила:
– Моя охрана.
– А почему помада размазана?
– Арбуз ела.
– Какой арбуз?
– Китайский.
Зося вспомнила, что лучшая защита – это нападение, и тоже начала задавать вопросы.
– Женщина в красном – это кто?
– Познакомься, это секретарь нашей партийной ячейки Надежда Константиновна.
– А фамилия её Крупская?
Вася уставился на жену, как на Вангу.
– А ты откуда знаешь её фамилию?
– Да только Крупская может ходить в красном платье со значком Ленина. А ширинка почему расстёгнута?
– Не успел.
– Что не успел?
– Застегнуть, только из туалета вышел.
– А помада почему на щеке?
– Так мы, когда расходимся, нас боевые подруги всегда целуют. Сама знаешь, демократы нас не любят, а вдруг снова нас запретят, и нам опять в подполье нужно будет уходить. Вот и мы и прощаемся, как в последний раз. Иногда по несколько раз целуемся.