Юный бастард. Книга вторая

Пролог

— … я тебя дожидался. Две декады!!! Я едва с ума не сошёл. Мать девочки, моей дочки волосы на себе рвёт. Помоги. Забудь на время о наших разногласиях, всё в прошлом. Помоги, Кэт! Помоги Катюша…

— Старое-то я, может быть, и забуду, но ты ведь и в настоящем, Тимоша, накосячить успел. Давай, как на духу… на что грешишь? Что такого с твоей девочкой случилось? — задаёт вопрос мама Константина.

— Накопитель… будь он не ладен — морщится торговец.

— Но ты же его у моего мальчика через магию крови отжать умудрился. К нему претензий не может быть. — удивляется Катерина.

— Я и не грешу на твоего Костю. — отвечает бывший, отрядный каптенармус — Понимаю, что просто магию накопителя моя внучка не смогла перебороть. И вот результат. Куда-то везти уже поздно. Не довезём. А я тут слышал у Вассерманах, с внучкой, что-то подобное было и именно ты им помогла. Да и в дороге вы сопровождали семейство наших аристократов, когда девочку они отвозили. Помоги, заклинаю!!!

— Э нет, подожди, дорогуша. Вначале с делами моего мальца разберёмся. Ну, и насколько ты его нагрел? — спрашивает Тимофея, Катерина, мама Константина. — Накопитель уже пристроил? Или просто прицениваешься. Ну-ка, как на духу, за сколько у тебя его покупают? Тысяч двадцать, как с куста стряс с покупашек, наверное???

— Двадцать пять, вообще-то — обижается Тим. — Ты меня вечно недооценивала.

— О, как!!! — Смеётся довольная Катерина — Отличный результат. И как делить будем? По-честному или, по справедливости.

— Побойся бога, Кэт… — всплеснул руками Тим — договор был, он сам согласился…

— Не ссы мне в уши, каптёр… — отбривает его бывшая боевик и лекарь их наёмного отряда — Я простила тебе твои старые косяки и мои ответки. Теперь я тебе ничего за прошлое не должна, ты сам это сказал, вербально вызвав меня на помощь своей внучке. Но ты успел сейчас, в настоящее время, на косом проехаться, причём, через моего сына ты ограбил меня. Потому и спрашиваю, как делиться будем? Что выбираешь справедливость или, мою честность? Признай, что поступил с парнем по-свински…

Тим вздыхает, и глаза на Катерину не поднимает. Мнётся… Но у него безвыходная ситуация.

— Я верну парню половину. И дела с ним, честно вести буду. — говорит он через силу.

— Э, нет! — останавливает его душевные самоистязания, Катерина — Нашару ему денег хочешь отсыпать? Не стоит, Тим. Пускай он сам на своих ошибках учится… и ты ему в этом, отличный учитель. Так и продолжай, но… половину того, что вымутишь, ты отдаёшь мне на содержание семьи парня. Сколько ты там сказал, за накопитель дают покупашки?? Двадцать пять? Моему парню ты и медяка за это не дал, значит, двенадцать тысяч империалов прошу мне отдать, причём, налом. Мне связываться с кулонами банков не хочется. А что там по другим его делам? Что он тебе из Пустоши уже принёс и на продажу предложил? Давай по-чесноку… и тебе хорошо, и мне хорошо. Насколько по каждому пункту ты моего оболтуса нагрел, рассказывай…

— Но девочка моя… — блеет торговец.

— Вначале мы свои с тобой дела обговорим, а потом скажу, что с ней делать. Я с этим сталкивалась и знаю, как помочь, и чем. Не жмись. Говори, что там Котя тебе на реализацию скинул…

Тяжкий вздох торговца.

— Пошли уже ко мне в кабинет, там всё и расскажу, и покажу, за что такие деньги мне платят…

… Через некоторое время в рабочем кабинете торговца Тимофея, в прошлом, каптенармуса боевого отряда наёмников «Дельта».

— … эта подсушенная шкура обладает какими-то безумными свойствами. Понять не могу, почему такая разница. — взволновано рассказывает Тим — Вот, к примеру, такая же шкура от того же животного, но она мягкая и всё… Можно ножны неплохие делать или ещё что-то простое. А вот такая же шкура, но немного присушенная, каким-то невообразимым образом. И она не пропускает через себя ментальные удары. Я по кусочку, нашим местным артефакторщикам показал их. Не целиком. Я же не идиот. Так по кусочку отрезал от шкур и вперёд, напоказ спецам. Все в шоке… У нас тут, в нашем захолустье, простую мягкую шкуру берут за пару империалов.

— Я понимаю, моему, за сколько её толкнул, вернее, выкупаешь? — уточняет Катя.

— Мягкую, за золотой — кривится Тим.

— Какой ты у нас молодец! Отлично!!! А, что по за сушеной шкуре???
– спрашивает она.

Молчание… Тим собирается с мыслями и храбростью.

— Десять империалов. — выдаёт он на гора, цену за товар.

— А Костя сколько получает? — хмыкает Катерина.

— Империал. — прячет взгляд Тим. — Я ещё в столицу губернии образцы отправил. Есть там у меня знакомцы. Ожидаю увеличение цены, как бы не вдвое.

— Интересно. Что ещё? — интересуется мама мальчика.

— Бульбоны… от тех же шкур. — вздыхает очередной раз торговец — На них и так спрос великоват, мало предложений, даже у нас, в местах рядом с Пустошью, чего уж говорить о ценах на эту красоту поближе к столице.

— И что по бульбонам? — напирает на него Катерина.

— Он их тут сам продавал за империал. — говорит Тим.

— Сильно. — улыбается Катерина — А ты ему, сколько предложил и за сколько сам собираешься сей товар продать?

Мнётся Тим, не хочется ему очень честно отвечать на вопросы Катерины. Но…

— Всё, как и со шкурами. От мягкой шкуры… за пять империалов соглашаются покупать. А вот от подсушенной… — пауза, собирает волю в кулак торговец — двадцать империалов, двести золотых. Товар штучный… ну и не было никогда такого. Никогда!!! Потому и ценник такой. И это у нас. Что предложат в столице, боюсь даже подумать.

— Есть ещё, что интересного? — Спрашивает мама, Константина.

— Приправы и набор алхимика, как я понял, из растений Пустоши он сдал. — махнув рукой на всё говорит Тимофей.

— Ну-ка, покажи-ка… — делает стойку Катерина. — Ах, ты ж засранец! — испуганный взгляд на знакомую лекарку кидает прожжённый торгаш. Трясёт его при Катерине неслабо… — А мне рассказывал, что со сбором трав у него затык. А он на продажу пустил достояние семейных секретов. А по приправе, это что реально есть можно?

— Вкус блюд улучшает, причём, разы. — расслаблено улыбается Тим. Пронесло… — Разбирают трактирщики приправу по высокой цене, как горячие пирожки народ на ярмарке и на гуляниях. Приправа в среднем идёт за три империала. А вот алхимическая смесь, усиливающая действие любого, считай, эликсира, до десяти империалов за пакетик. Редкость, если и вовсе не эксклюзив.