Чтение онлайн

— Пошли! — взяла меня за локоть тетя Вика.

Я сделал три шага вперед и ступил на землю. Огляделся. Обернулся. Вокруг нас расстилалась бескрайняя горная страна: утесы и ущелья, пики и пропасти, горы и долины. Мы стояли на небольшой плоской площадке. Перед нами находился сад камней. Слева — скала. Справа — убегающая вниз узкая тропинка. Позади — пропасть. И никакого намека на возможность вернуться в родную московскую квартиру.

— А где?… — я помахал рукой в воздухе, пытаясь изобразить дверной проем.

Тетя Вика меня поняла:

— Дверь закрылась, когда ты прошел через нее. Насколько я знаю, таково свойство магии. Ты создал проход, а за тобой он закрылся сам собой. Оборотни никогда не поймут, куда мы исчезли… Подожди-ка… Если оборотни нашли нас на Земле, то им, наверняка, помогает какой-нибудь маг. А маг может узнать, куда открывалась дверь. Так что собирай вещи, и поспешим отсюда!

Мы собрали разбросанные вещи и запихнули их в сумки. Свои ножи тетя Вика положила сверху, так что могла выхватить их в одно мгновение.

— Куда мы идем? — спросил я.

— К одному другу твоих родителей. Его зовут Отшельник. Он нам обязательно поможет.

Я еще раз осмотрелся и решился на главный вопрос:

— Мы все еще на Земле?

Тетя Вика отрицательно покачала головой:

— Нет. Это Изначальный мир. Но не Колоссия. Там нам появляться опасно, а у Отшельника мы узнаем все последние новости.

— И про моих родителей?

Тетя Вика опустила голову:

— Боюсь, что и про них…

Мы подняли сумки и зашагали вниз по тропинке.

— Тетя Вика, как тебя зовут на самом деле?

— Виктрикс Валерия.

— Похоже на латынь.

— Это и есть латынь. Скоро ты сам увидишь, как много общего между Изначальным миром и Землей.

— А можно я буду по-прежнему звать тебя тетей Викой?

— Конечно, можно. А я теперь буду называть тебя Калки. Тебе надо привыкать к настоящему имени.

— Хорошо.

Мы начали преодолевать довольно крутой и опасный спуск, поэтому разговоры на некоторое время прекратились. Мелкие камни осыпались под нашим весом, что на узкой тропинке, извивавшейся по крутому склону, было довольно опасно. Правда, горный склон был сплошь покрыт ползучими ветвистыми кустами, так что при падении за них было легко ухватиться. Но все равно срываться вниз никому не хотелось.

Потом тропинка опять стала немного шире и положе. Я спросил:

— Тетя Вика, меня и правда приняли бы в Университет?

— Правда.

— А дальше?

— Что дальше?

— Ну, после окончания Университета. Что бы я делал дальше?

— В Университете ты получил бы знания по истории, философии, логике. Они помогли бы тебе стать хорошим магом.

Я фыркнул:

— Что-то я раньше не слышал, чтобы в МГУ учили волшебству!

— Там этому и не учат. Ты бы развивался интеллектуально и духовно. Тренировал мозги, короче говоря.

— А, понятно.

— После окончания Университета я познакомила бы тебя с Зайкиным. Или даже еще во время обучения.

— Зайкин — это тот, кто знает о нас правду?

— Да. У него тоже есть магический талант. Правда, небольшой. Но для жителя Земли вполне приличный.

— Он что, экстрасенс?

— Нет, нет! — тетя Вика рассмеялась. — Если ты имеешь в виду, что он дает объявления в газеты: «Сниму порчу, приворожу, помогу в бизнесе», то это все не про него. Он настоящий маг, а не шарлатан, собирающий деньги с легковерных простаков. Его клиенты — люди здравомыслящие. Они могут отличить настоящую магию от дешевых подделок. Кстати, один из клиентов Зайкина — декан МГУ.

— Понял. У вас целая подпольная организация. И каждый подпольщик по мере своих сил и возможностей помогает другим.

— Ты почти прав. Но мы не подпольщики, а группа единомышленников. Мы стараемся противодействовать злу.

— Что-то не очень хорошо у вас это получается.

— Увы! Что толку исправлять Отражение под названием Земля, если в Изначальном мире торжествует несправедливость?

— А она тут точно торжествует? Мне кажется, что тут очень красиво!

— Это потому, что в Изначальном мире краски ярче, звуки отчетливее, а запахи острее.

Тетя Вика была права. Вначале я не обратил внимания на то, что мир вокруг меня немного отличается от Земли. Он был больше похож на яркую открытку или картинку в журнале.

Но на всякий случай я решил уточнить:

— Я думал, что тут так красиво из-за того, что после московского смога и пыли мы оказались в местности с чистым горным воздухом.

— Изначальный мир везде одинаков. Ты скоро привыкнешь к нему, и другие Отражения будут казаться тебе серыми и тусклыми.

Чем ниже мы спускались в долину, тем шире и удобнее становилась тропа. Вскоре мы уже могли идти рядом, и нам не мешали даже объемистые дорожные сумки. К этому времени мой желудок начал напоминать, что после школы я так и не успел пообедать. Тетя Вика тоже услышала эти сигналы.

— Подожди немного, — сказала она. — Вскоре мы дойдем до ручья. Там и передохнем.

— Ты уже бывала здесь раньше?

— Три раза. Вместе с твоей матерью. Твои родители знали, что скоро придут тяжелые времена, и заранее готовили безопасные базы.

— Что же они сами не сумели спастись?

— Вот об этом мы и спросим у Отшельника. Об этом, и о многом другом…

— А какими были мои родители? — спросил я. Никогда раньше я не задавал тете Вике такого вопроса.

Она мягко ответила:

— Не торопись, Калки. Это очень долгий и серьезный разговор. Мы продолжим его в доме Отшельника.

Некоторое время мы шли молча. Но у меня накопилось столько вопросов, что я не мог держать язык за зубами:

— Тетя Вика, как ты думаешь, что случилось с тетей Дарьей?

— Ты хочешь знать, не убили ли ее оборотни? Не знаю. Оборотни совершенно равнодушны к чужой жизни. Могли и убить. Копия Дарьи была очень хорошей. Несомненно, они рассмотрели ее вблизи.

— Как ты узнала, что это был оборотень?