Чтение онлайн

— К сожалению, подобный исход представляется мне наиболее вероятным. Вряд ли мсье Кория неожиданно решил взять незапланированный отпуск, да и сообщников в попытке убийства не принято оставлять в живых.

Фарька никак не отреагировал на мою последнюю фразу, из чего однозначно следовало, что скрытный оцелот в курсе моих вчерашних злоключений и, скорее всего, присутствовал при разговоре Зенедина с мсье Бьореком. Интересные дела творятся за моей спиной, нечего сказать.

— И как давно ты завел дружбу с драконом и привидением? — совершенно бесстрастно поинтересовалась я.

Зверек понуро хмыкнул и принялся оправдываться:

— А'ли, я пере'ивал за те'я. Пони'аешь...

— Понимаю, не волнуйся ты так, — ласково потрепала я светлую шкурку. — Я целыми днями шляюсь бес разберет где, а тебе одному скучно.

Уверившись, что я не сержусь, оцелот обвился вокруг моей шеи, превратившись в шикарный воротник, и благодарно мурлыкнул. Я расплылась в блаженной улыбке, но, быстро вспомнив, что улыбаться в настоящий момент нечему, мгновенно посерьезнела, пешком добралась до ближайшей площади и, усевшись в свободную повозку, отправилась на бульвар Ньюбарри, в гости к мсье Руаппи.

В пансионе, в котором обитал детектив на пенсии, меня поджидала та же самая картина, что и в квартире привратника, — со вчерашнего вечера мсье Руаппи никто не видел. В полной прострации я вышла на улицу, больше всего на свете желая немедленно посоветоваться с драконом. Ведь если исчезновение мсье Кории я худо-бедно могла объяснить, то куда подевался детектив, не имела ни малейшего понятия. Уж тут Антей точно ни при чем. Хотя... а что, если все время он исподтишка за мной наблюдал и знает, что я несколько раз общалась с мсье Руаппи? Последняя мысль мне очень не понравилась, поскольку из этого допущения следовал простой вывод, что и мадам Габриэлла в таком случае попадалась Антею на глаза, а значит, маскировкой его не проведешь и моя жизнь по-прежнему в опасности.

— Нет! — категорично сообщила я деревьям на бульваре. — Так дело не пойдет. Я не настолько плохо разбираюсь в людях и готова утверждать, что ради клада, пусть даже очень ценного, Антей самолично никого убивать не будет. Я могу даже согласиться с драконом, что он виновен в смерти дяди и в нашем крушении, но еще двух человек на тот свет отправить? Не может такого быть. Тем более в его вчерашнем состоянии.

Несколько приободрившись, я зашагала в сторону почты, чтобы забрать сумки перед триумфальной премьерой в роли мадам Габриэллы. По пути я решила, что самый простой вариант избавиться от подозрений в адрес Антея — это проверить его алиби на ночь. Он точно не настолько глуп, чтобы убивать одного сообщника руками другого, следовательно, известие о том, что всю ночь после падения Антей мирно провел в собственной кровати, снимет с меркантильного мсье Фау все подозрения.

Вскоре я в полной боевой готовности стояла перед дверью особняка, ради покупки которого ввязалась в очередную историю, уже обернувшуюся крупными неприятностями, и дрожала как осиновый лист. Изображать пожилую мадам перед посторонними людьми у меня получалось неплохо, но сейчас предстояло выступить перед отлично знающей свою тетушку аудиторией, и моя уверенность в собственных силах таяла.

— А'ли, — попытался привлечь мое внимание Фарь.

— Так... — с угрозой в голосе протянула я. — Как меня зовут?

Оцелот съежился в комок и виновато фыркнул:

— Габи.

— Правильно. Да не бойся ты, никто тебя не съест, даю слово.

Похоже, Фарь мне не слишком поверил, но выбора у него не оставалось. Сделав над собой усилие, зверек храбро кивнул.

— Вот и молодец, — похвалила я. — Осталось мне взять с тебя пример. — И, глубоко вздохнув, как пловец, собирающийся нырнуть в ледяную воду Каппы, я шагнула на крыльцо и нажала на панель звонка.

Как обычно, ждать пришлось довольно долго, но в итоге дверь распахнулась и на меня уставилась удивленная экономка, за спиной которой маячил невесть зачем вышедший в холл домовой.

Улыбнувшись, я смело перешагнула через порог.

— Добрый день, Мари, очень рада тебя видеть. О, да ты почти не постарела за этот год, не больше двух новых морщинок. Молодец, так держать. Шэмми, дружочек, — махнула я в сторону своей сумки, — будь любезен, позаботься о моем багаже.

Прервав льющуюся ровным потоком речь, я прошла до середины холла и огляделась по сторонам.

— А где остальные? Почему меня никто не встречает? Только не говорите, что не получали моей записки.

Экономка, так и не обретя дар речи, помотала головой.

— Это никуда не годится. Надеюсь, Надаль не в отъезде? У меня к нему дело.

Домовой, который к этому моменту втащил мой багаж внутрь, неожиданно отшвырнул сумку и кинулся ловить падающую на пол хозяйку.

— Мсье Энниль умер, — непослушным языком выговорила экономка.

Услышав это известие, я издала вой, лишь немного не дотягивающий до брачной песни ихтиандра, и повторила маневр мадам Джоннси с опаданием на пол, так что бедный Шэмми, не очень понимая, что ему делать, заметался между нами. Не знаю, как разрешилась бы ситуация, но в этот момент на площадке второго этажа как по команде появились все остальные обитатели дома.

Антей, оценив обстановку, едва удержался от смеха, на лице его сестры тоже появилась улыбка, тем более что Акси единственная была в курсе дела и знала о визите подставной тетушки, и только мадам Фау, пыхтя, словно ожиревший медведь, спустилась вниз отнюдь не в радужном расположении духа. Опершись на предложенную Антеем руку и в очередной раз восхитившись безупречностью его воспитания, я встала и кинулась на шею моему несостоявшемуся принцу (а заодно и убийце).

Не знаю уж как, но Антею удавалось держать себя в руках, да еще и дружелюбно улыбаться. Я тем временем продолжала:

— Акси, девочка моя, я так понимаю, ты теперь в доме за главную? — Оглядевшись, я не услышала возражений. — Дорогая, проводи меня в свободную комнату, если не сложно, по соседству с твоей. Представляю, как тебе плохо после смерти папы, но старая тетя Габриэлла успокоит свою любимую племянницу. Надеюсь, увидимся за обедом, — резюмировала я и, крепко ухватив совершенно растерявшуюся Акси под локоть, потащила девушку вверх по злосчастной лестнице, погубившей ее отца.

Когда я втолкнула спутницу в комнату, Акси рухнула в кресло и разревелась навзрыд. Понимая, что любые попытки ее успокоить будут лишними и только повредят, я спокойно опустилась на ближайший стул и принялась терпеливо ждать. Действительно, поток слез вскоре иссяк, и, всхлипнув в последний раз, девушка виновато улыбнулась.