Чтение онлайн

Она поняла довольно смутно, однако кивнула.

— И сейчас настал момент, когда мои братья решили воспользоваться этой властью. Грубо, мелко, подло. Нет, я не имею права их осуждать, но… В общем, речь идет о низложении правящей династии, прежде всего Ее Величества королевы Каталин Луннорукой.

Мать Эжана, снова кивнула Лили без негодования или страха. Злая-презлая королева… золотое платье с длинной юбкой… что-то далекое, из детства. Взрослый Эжан так и не решился пока представить свою невесту матери…

— …Ее место на троне займете вы, принцесса.

— Почему я?

И тут же покраснела, и сама ответила на собственный нелепый вопрос: потому что королем станет Эжан. Потому что они любят друг друга. Она почувствовала, что краснеет. Неужели нельзя было спросить что-нибудь поумнее, уместнее? Например, о дальнейшей судьбе свергнутой королевы: она ведь не просто властная, пугавшая когда-то девочку Лили недобрая женщина, она его мама…

Стоп. Агатальфеус Отмеченный сказал, что они хотят низложить всю правящую династию.

Эжан?!.

Стабильер вздохнул. Кажется, ее вопрос не показался ему глупым.

— Помните, в ночь нашей первой встречи, принцесса, я сказал вам, что знал ваших родителей? — произнес он. — Может быть, это действительно так, а может, и нет. Но для вас, для вашего любимого, для Великой Сталлы необходимо, чтобы это была правда. Вы — дочь нашей покойной королевы Этелии Хрупкой и ее супруга короля Эммануэла. Помните об этом — а в остальном, повторяю, доверьтесь мне.

Лили остановилась и выпустила его руку.

— Это не может быть правдой, — тихо сказала она. — Я знаю своих родителей. И вы… вы тоже не можете верить в это, вы ведь сами объяснили мне про СОН, про то, что надо идти… — Она сбилась с мысли, смешалась. На глаза навернулись бессмысленные щиплющие слезы. — Зачем?..

Между черными, плоскими стволами деревьев смутно белела мраморная дворцовая стена с невидимыми статуями в темных нишах. Когда мы войдем во дворец, все сомнения останутся позади окончательно и бесповоротно, поняла Лили. Требовать объяснений, взвешивать, решать — нужно прямо сейчас. Она хотела получить ответы на тысячу вопросов. И ни один из них никак не могла облечь в слова.

А маг не стал больше ничего объяснять.

Наклонился и взглянул ей в глаза:

— Вы не предадите меня, принцесса.

Они прошли сквозь стену.

Лили поняла это лишь тогда, когда их шаги гулко отразились от высоких каменных стен коридора, темного и узкого, как мышеловка, — а ведь только что был парк, шелест деревьев и небо с лунными облаками! Самого момента волшебства она не уловила, и это было чуть-чуть обидно. Почему маг не предупредил ее?

На полу через равные промежутки примерно в десять шагов лежали тусклые разноцветные отблески. Назвать это освещением было бы слишком: маленькие цветные пятна только подчеркивали густоту окружающей тьмы. Лили всегда немножко боялась и темноты, и замкнутого пространства. Крепче вцепилась в палец стабильера — сухой, теплый и, кажется, надежный.

«Вы не предадите меня…»

Получается, они теперь сообщники. Она доверилась ему, почти не задавая вопросов, и теперь он может по своему усмотрению распоряжаться ее судьбой… Лили поежилась. Да, но и он, могущественный маг, в чем-то зависит от нее — раз боится предательства. Они накрепко повязаны между собой… а потому могут свободно и откровенно говорить обо всем. Кроме, конечно, их общего заговора — тайны, не предназначенной для ушей дворцовых стен.

Но разве на свете нет других жизненно важных вещей?

Она собралась с духом и с воздухом в легких:

— Господин Агатальфеус. — Его длинное имя оказалось неожиданно легким для произношения; — Я давно хотела у вас спросить… Про Великую Сталлу вне СНА. Про спящую Великую Сгаллу… Там, у нас, говорят, что она такая «на самом деле», но они лишь думают так, они не знают. А вы должны знать.

Стабильер немного замедлил шаги:

— Я ждал, что вы спросите, принцесса. Лили вся подобралась и сильнее стиснула его палец в ожидании ответа. Но услышала — вопрос. Короткий, бесхитростно-простой и непонятный:

— Как там?

Голос мага чуть дрогнул, и он пояснил:

— Я хочу, чтобы вы описали мне как можно подробнее, как выглядит то место, которое вы сейчас имели в виду. Вне СНА… емкое определение. Расскажите, прошу вас.

И теперь уже Лили смешалась, дрогнула, растеряла слова. Он просит ее рассказать… значит, он все-таки тоже не знает… не ВСЁ знает. Конечно: как можно жить, сознавая, что где-то там, в другом мире, ты спишь, привалившись к единственной стене полуразрушенной беседки, а из кончиков твоих пальцев… Лили передернула плечами и отпустила руку стабильера. И никак не могла начать, потому что весь тот мир — мир «на самом деле» — свелся в ее памяти к этим самым тонким пальцам, продолженным еще более тонкими…

— Я расскажу, — поспешно выдохнула она. Принцесса Лилиан старалась говорить тихо, почти шепотом — но гулкие стены коридоров, отражая ее голос, делали его звучным и звенящим. Как будто она не рассказывала — произносила, вещала для многих десятков, сотен людей, для всех, кого скрывали сейчас стены дворца. Но Агатальфеус Отмеченный не останавливал ее: значит, можно; значит, пусть слышат. Пусть прислушиваются, затаив дыхание, к страшной, нездешней сказке…

О том, что где-то далеко-далеко есть земля, которая, возможно, называлась раньше Великой Сталлой — но так давно, что этого никто не помнит. Люди, живущие по соседству, и не подозревают о ее существовании: доступ туда закрыт, запрещен тоже давным-давно. А сами эти люди живут совсем по-другому… долго и трудно объяснять, как именно они живут, да и вы не об этом просили меня рассказать. А Великую Сталлу, ТУ Великую Сталлу кто-то прозвал Замком спящей красавицы… почему? Потому что уже не меньше столетия, как прогнили подъемные мосты, потрескались стены дворцов, разбились витражи, лишились рук и голов мраморные статуи, развалились беседки в парке, а кусты, деревья и трава разрослись в дикий лес, который почти похоронил под собой королевство, спящее беспробудным сном.

Лес… деревья получают все необходимое для жизни из земли и воздуха, правда? Так вот… как бы вам сказать… Люди в той стране, в Великой Сталле-на-самом-деле — тоже. И я не знаю… я очень хотела бы узнать, как это, почему, а главное, насколько это страшно?..

Агатальфеус Отмеченный слушал ее молча и шел все быстрее; Лили едва поспевала за ним, подкладывая под свой рассказ гулкий барабанный перестук дробных шагов. Вопрос мага прозвучал глухо и тихо, она сразу не уловила его, и только через секунду отзвук уже умолкшего хриплого голоса проник в ее сознание: