Чтение онлайн

– Ваша светлость!

Презрительно оттопыренная нижняя губа Ольстина и злобное выражение на его заплывшей жиром физиономии плохо сочетались с приторно любезным тоном, но Грейс уже не обращала на него внимания. Опустившись на колени рядом с пострадавшей девушкой, она быстрыми профессиональными движениями хирурга ощупала ее лицо.

– Когда я тебя трогаю, где-нибудь болит?

– Нет... Нет, миледи, - в последний раз всхлипнула служанка, глядя на нее расширенными от удивления глазами.
– Щека только ноет.

Грейс рассеянно кивнула. Переломов лицевых костей осмотр не выявил, хотя на месте полученной оплеухи, безусловно, образуется внушительный и очень болезненный синяк. Она подала девушке руку и помогла подняться. Та разгладила складки на платье и поправила серый полотняный чепчик на голове. Грейс повернулась к Ольстину.

– За что вы ее ударили, милорд?
– спросила она звенящим от гнева голосом.

Лорд-сенешаль Брелегонда аж подпрыгнул от неожиданности. Немного опомнившись, он пустился в объяснения, возмущенно пыхтя и размахивая руками.

– Я приказал этой... этой обнаглевшей девке принести кувшин козьего молока для моего повелителя, короля Лизандира. Его величество неважно себя чувствует, а козье молоко благотворно влияет на его желудок. Но эта... эта тварь осмелилась принести скисшее молоко! Естественно, я не мог оставить без последствий нанесенное моему монарху оскорбление.

Служанка замотала головой:

– Я не виновата, милорд! Я же вам рассказала, как все было! Когда я наливала кувшин, молоко было свежим. И я всего на минуточку оставила его без присмотра, но этого оказалось достаточно, чтобы Маленький Народец навел на него порчу. Они постоянно такие штуки вытворяют - бывает, по нескольку раз на дню.

– Ах ты маленькая дрянь!
– взревел Ольстин, брызжа во все стороны слюной, как разъяренный верблюд.
– Не существует никакого Маленького Народца, зато везде хватает бестолковой прислуги. Ничего, сейчас я тебя сам сведу на конюшню, где тебе ввалят пару дюжин горячих, чтоб впредь закаялась так нахально лгать благородным особам!

С этими словами Ольстин шагнул к отпрянувшей в страхе служанке, но на пути его встала Грейс.

– Уходите, милорд, - спокойно сказала она. Ольстин зарычал. Грейс не сдвинулась с места.

– Немедленно!

Сенешаль заколебался, облизал губы, в нерешительности взглянул на нее и отступил.

– Будьте уверены, миледи, король Бореас сегодня же об этом узнает!
– с угрозой в голосе проворчал брелегондец.

– Несомненно, - небрежно парировала Грейс.
– Я лично намерена поставить его величество в известность о недостойном поведении кое-кого из его гостей.

Метнув напоследок ядовитый взгляд, толстяк развернулся на каблуках и поспешно ретировался. Грейс без сил прижалась спиной к стене. Можно было не сомневаться, что в лице Ольстина она приобрела сегодня смертельного врага.

Ощутив мягкое прикосновение к руке, Грейс повернула голову. Вырванная из лап самодура служанка робко улыбнулась ей.

– Благодарю вас, миледи. От всей души!

Грейс взяла себя в руки и даже смогла улыбнуться в ответ.

– Как тебя зовут?

– Адира, миледи.

– Очень жаль, Адира, что я не свернула за угол минутой раньше. Кстати, меня зовут...

– Леди Грейс из Беккетта!
– воскликнула, оживившись, девушка.
– Я вас знаю и часто вижу, миледи. И вчера тоже видела - на рынке вместе с королевой Иволейной.
– В глазах Адиры вспыхнуло жадное любопытство.
– А вы знаете, что она колдунья, как и леди Кайрен, только гораздо более могущественная? Вы тоже собираетесь стать колдуньей, миледи?

Грейс так оторопела, как будто ей нанесли пощечину.

– А я бы не отказалась сделаться колдуньей, - мечтательно вздохнула девушка.
– Брошусь королеве в ноги: пусть меня научит!
– Хитро прищурившись, Адира мстительно добавила: - Ох и попляшет тогда у меня этот противный лорд Ольстин!

Быстренько собрав разбитую посуду, она еще раз поблагодарила спасительницу и убежала. Грейс едва заметила ее отсутствие. Опираясь ладонью о холодный камень стены, она невидящим взором всматривалась в сумрак коридора.

Стать колдуньей? Неужели это и есть та участь, которую уготовила ей Иволейна?

60

Минуло еще четыре дня. С утра моросил занудный мерзкий дождик, временами переходящий в мокрый снег. Грейс и Эйрин, плотно закутавшись в плащи, вновь торчали на смотровой площадке южного бастиона, наблюдая за въездом в Кейлавер последнего из приглашенных на Совет монархов. Близился к концу месяц синдат - такой же сырой и промозглый, как ноябрь в Денвере, только еще более холодный.

Накануне на закате прибыл король Персард Перридонский, а рано утром явилась Эминда Эриданская. И вот теперь, спустя всего несколько часов, обитатели цитадели встречали Кайлара, правителя Голта, чья свита оказалась еще скромнее, чем кортеж аскетичного короля Эмбара. Верховых среди них насчитывалось меньше дюжины, да и у тех добрая половина коней заметно прихрамывала. Остальные, в заляпанных дорожной грязью одеждах преимущественно темных или серых тонов, тащились пешком, больше напоминая толпу оборванцев, нежели королевских придворных.

Грейс в недоумении обратилась к подруге:

– Ничего не понимаю! Ты, кажется, говорила, что Голт находится ближе всех остальных доминионов к Кейлавану?

– Так оно и есть, - кивнула Эйрин.

– Почему же тогда король Кайлар приехал последним? И почему его свита выглядит столь... столь неприглядно? Баронесса вздохнула и развела руками.

– Что я могу сказать? Честно признаться, от них никто другого и не ожидал. Всем известно, что Голт - самый невезучий из Семи доминионов, а Кайлар - самый невезучий из голтцев, что, надо полагать, делает его самым несчастливым человеком во всем Фаленгарте.

Последние из арьергарда унылой процессии втянулись в ворота крепости, и сразу, будто в насмешку, дождь прекратился, а в голубом просвете меж туч показалось солнце, покрывшее праздничной позолотой макушки всех девяти башен Кейлавера.

– А ведь ты не шутишь, правда?
– потрясенно прошептала Грейс.

– Какие уж тут шутки!
– вздохнула баронесса.

Они спустились вниз и направились к покоям Грейс. Та в очередной раз попыталась набраться смелости, чтобы рассказать подруге о происшествии с Адирой. Все это казалось настолько смехотворным... Ну разве может быть колдуньей королева? Да еще такая прекрасная и величественная, как Иволейна Толорийская? Вот Кайрен - та точно ведьма! И стерва в придачу! С другой стороны, невозможно отрицать наличие у графини определенных паранормальных способностей, позволяющих ей добиваться власти над окружающими. Очевидно также, что Иволейна служит в глазах Кайрен неким эталоном и примером для подражания. Но не менее очевидно, что в этом мире существует множество вещей, пока еще недоступных пониманию Грейс. Она все-таки собралась с духом и уже хотела заговорить, чтобы поделиться своими сомнениями с баронессой, но в это момент ее кто-то окликнул: