Чтение онлайн

Эмберли улыбнулась:

– Даже более, чем вы думаете. – Что-то в тоне ее голоса насторожило меня, и я стал внимательнее прислушиваться к ее словам. Это уже была не просто болтовня. – Вряд ли мы выбрались бы из туннелей, если бы не он.

Мне вспомнилась моя отчаянная дуэль с патриархом.

– Если бы он не раздобыл где-то мелтаган… – начал я, но она оборвала меня на полуслове:

– Я говорю не об этом. Вы знаете, что такое «пустой»?

Я, наверное, выглядел сбитым с толку, потому что она решила объяснить:

– Они крайне редки; более редки, чем псайкеры.

– Вы полагаете, что Юрген псайкер? – спросил я, невольно издавая смешок и слегка отодвигаясь, чтобы позволить официанту забрать мою тарелку. Такая идея меня здорово позабавила.

– Нет. Наоборот. Он пустой, я уверена, – заявила Эмберли, а я пожал плечами:

– Ничего не понимаю.

– Пустые, они вроде антипсайкеров, – объяснила она. – На них не действуют псайкеры или создания варпа. Они блокируют телепатическое общение. Вы видали, как отреагировал на него патриарх…

– Он отшатнулся, когда Юрген подобрался поближе, – произнес я. – Да и Грис отчаянно старался держаться от него подальше.

Эмберли кивнула:

– Именно. Присутствие вашего помощника разрывало телепатическую связь выводка.

– Это многое объясняет, – сказал я, вспоминая несколько инцидентов, имевших место в прошедшие годы, которые тогда показались мне интригующими и в которых, как я теперь понял, наблюдалась определенная последовательность. Действительно, сопротивляемость моего помощника психическим атакам всегда была на высоте. – Когда вы поняли?

– Сразу, как увидела его, – призналась Эмберли. – Когда Рахиль грохнулась в обморок, пока Юрген пытался помочь ей забраться в «Саламандру».

Во мне стало зарождаться нехорошее предчувствие.

– Вы собираетесь его рекрутировать для себя? – спросил я. – Раз он способен одним взглядом смущать демонов и колдунов, вы вряд ли оставите его заваривать чай комиссару Имперской Гвардии.

Она снова улыбнулась, как будто ее что-то забавляло.

– Инквизиция – это странная организация, Кайафас, – сказала она. – Она не похожа на Гвардию, где все едины против общего врага и можно рассчитывать на боевых товарищей и командную вертикаль.

Тогда я еще не знал, о чем она говорит, но с тех пор мне пришлось иметь больше контактов с Инквизицией, чем хотелось, и уж поверьте мне на слово, она была права, и вы счастливчик, если вам не приведется выяснять это на собственной шкуре.

– Мы не очень-то стремимся делиться нашими возможностями и средствами, потому что никогда не знаем, кому в ордосах мы можем доверять. Так что я пока оставлю его там, где он есть. Так безопаснее.

Как вы понимаете, сказать, что я был ошеломлен, услышав это, значит не сказать ничего.

Я, было, подумал, что она шутит, пока не присмотрелся к ее глазам. Синие и бесхитростные в этот момент, они сияли искренностью, которую невозможно было бы подделать (поверьте, уж в этом-то я эксперт).

– Безопасность? В боевой части Гвардии?

– Я могу снова отыскать вас, если понадобится. Любого из вас.

В тот момент я чувствовал себя настолько растерянным, что все значение этих слов до меня тогда так и не дошло.

– Но если я включу его в свой штат, он привлечет к себе внимание. Которого я предпочла бы избежать [57] .

– Понятно.

В действительности ничего мне было не понятно, но до меня дошло, что пока не стоит беспокоиться о том, что у меня отберут Юргена. Еще я отметил для себя, что, пока он рядом, никакой псайкер не пронюхает те тайны, которые я предпочел бы оставить погребенными в своем сознании. Так что к карамельному крему, составлявшему мой десерт, я приступил с должным энтузиазмом.

– Ну и отлично, – ухмыльнулась Эмберли, и на ее лице снова появилось то озорное выражение, которое так нравилось мне. – К тому же с Рахиль и так-то непросто сладить, и мне не слишком понравится, если она каждые пять минут будет падать в обморок.

– Уверен, не понравится, – сказал я. Повисла неловкая пауза, так что я поспешил сменить тему: – Вы слышали об отступлении тау?

Она кивнула.

– Эль'сорат все еще настаивает на том, что этот мир принадлежит им по праву, но пока они согласны поддерживать статус-кво. Похоже, игру в гляделки мы выиграли. – Она пожала плечами. – К тому же они напуганы перспективой тиранидского нашествия, даже если не хотят этого признавать. За несколько сотен лет они не раз вступали в схватки с осколками флотов и не питают иллюзий касательно того, что будет представлять из себя полномасштабное вторжение.

Меня самого передернуло, когда я представил себе это.

– Они не станут держаться за эту планету ввиду такой перспективы, – заключила Эмберли.

– Если уж говорить об этом… – Я осторожно откашлялся. – Не уверен, но те следопыты… Вы понимаете…

– Какая нам разница? – Эмберли с удовольствием ценителя пригубила вино. – Если и так, это на несколько последующих поколений привлечет тиранидов к ним, а не к нам. А за это время мы сможем найти способ использовать внутренние проблемы Империи Тау в собственных целях.

– Тогда за нас, – сказал я, поднимая свой бокал, – и за смятение наших врагов.

– И успех наших друзей. – Бокалы звонко ударились один о другой, и Эмберли снова улыбнулась мне. – За начало прекрасной дружбы.

Да, именно так, не говоря, конечно, о жизни, полной беготни, стрельбы и выворачивающего внутренности страха. Но, оглядываясь назад, я должен сказать, что она сделала все, чтобы оно того стоило.

И на этой некоторым образом лестной ноте эта часть архива Каина подходит к логическому концу.