Чтение онлайн

Женщина сделала несколько необычайно легких шагов; груди её озорно приплясывали при ходьбе. Левой рукой она потрепала Иссу по стриженой голове, а правую лодочкой протянула Геловани.

– Привет! – низким, почти басовитым голосом сказала она. – Меня зовут Римма. Ведь это уже Земля, правда? – И кивком головы показала куда-то за плечо Геловани. Волосы её взметнулись. В лице открылась какая-то приятная несообразность, Геловани сообразил уже позже: при очень светлых волосах – черные брови и черные глаза.

Он обернулся. Над близким горизонтом этого невозможного небесного тела поднимался голубой край планетного диска. Совсем рядом с ним висела белая Луна. Луна казалась огромной.

– Да, – с трудом вытолкнул из себя Геловани. – Это Земля.

– Как мы долго добирались! – воскликнула Римма. – Вы себе не представляете…

Вспышка была ослепительной, и мир словно вывернулся: там, где было белое, стало черное, и наоборот. Мышцы сработали раньше, чем мозги: Геловани толкнул Иссу, а сам повалил женщину и прикрыл её сверху. Казалось, они лежат на железной крыше, по которой изо всех сил молотят кувалдами. Две «Звездные птицы» быстро – по атмосферным меркам – уходили в ослепительное небо, а там, где был адмиральский «Портос», неистово крутилось плоское спиральное облако, до безобразия похожее на галактику – торпеда или луч разнесли главный двигатель.

Потом Геловани понял, что бежит, волоча в одной руке пилота, а в другой – эту нелепую женщину. Сам себе он казался одновременно и огромным, и маленьким – этакий заблудившийся Гулливер. Кораблик долго не приближался, качался в отдалении, потом вдруг оказался рядом, и Геловани забросил обоих внутрь, вскочил сам и захлопнул люк. В два рывка – в кресло пилота. Исса! Мальчик не отреагировал. Глаза медленно мигнули. Ладно, потом. Компенсаторы, стартовый сектор, полетный сектор…

Он рванул с места с максимальным ускорением почти в сорок g на форсаже, но все-таки до взлета сумел заметить краем глаза, что холма, на котором гордо стоял древний танк, уже не было – косое антрацитово-черное вогнутое зеркало сверкало вместо него, и туча пыли или дыма амфитеатром возвышалась вокруг… возможно, на металл танка поманились торпеды, предназначенные его «Портосу». Миновав атмосферу, Геловани перевернул кораблик через крыло и нырнул под «днище» этого безумно странного летающего острова.

Он не питал ни малейших надежд, что ему удастся хоть секунду продержаться в бою против двух марцальских кораблей. Только бегство, только неприкрытое позорное бегство. Дотянуть до тропосферы. Там, в плотных слоях, где скорость и маневр будут скованы вязким воздухом, – там у него появятся какие-то шансы. Там, не здесь.

Геловани пикировал отвесно, разгоняя кораблик полной форсажной тягой – пока корпус не запел, а перед глазами не заструилась ещё тонкая, похожая на коронный разряд, плазма. Тогда он перекинул вектор тяги на полный реверс, сбросил подвесные контейнеры, выпустил крылья и задействовал оба силовых стабилизатора, носовой и кормовой.

С невыносимым скрежетом «Портос» ввинтился в плотные слои – и, оставляя короткий огненный след, пошел по нисходящей параболе, чтобы в самой низкой точке почти коснуться земли. Страшно трясло и мотало – компенсаторы справлялись идеально, но рассмотреть, что на приборах, было просто невозможно – стрелки размазались. Полная тяга реверса плюс сопротивление атмосферы плюс центробежная сила – набегало, наверное, до пятидесяти g. Плюс совершенно немыслимая тряска. Если компенсаторы дадут дуба…

Как ни странно, сейчас был самый безопасный отрезок пути – космические торпеды, может быть, и пущенные сверху вдогон, в атмосфере ослепли бы, сгорели, взорвались. Лазер тоже был малоэффективен: из-за чудовищной тряски мишени луч размазывался по слишком большой площади, терял силу. Лазер будет хорош потом, в ближнем бою, на малых скоростях. Так что самое большее, что грозило сейчас, – это развалиться на куски от чудовищных механических и тепловых нагрузок, или «не вписаться в поворот», или, наоборот, – закончить торможение на слишком большой высоте и стать легкой добычей…

Собственно, шансов избежать всего этого было ноль. Геловани вел корабль почти вслепую: от вспышки того взрыва все ещё плавали пятна в глазах, а триполяр фонаря был черен, как щиток сварщика: плазма, бушующая вокруг корабля, имела звездную температуру и светилась соответственно.

Исса, кажется, ожил: сделал попытку перебраться сзади в кресло пилота, его скинуло, он полез снова… Это чем-то напоминало ковбойские скачки на быке.

Если успеет подумал Геловани, будет хорошо. Если не успеет… придется выкручиваться самому.

Были или нет облака внизу? Самого главного не запомнил…

В горизонтальный полет он вышел, все ещё ничего не видя под собой и, судя по свечению плазмы, имея скорость значительно выше той, на которой можно долго продержаться в атмосфере. Геловани немедленно заложил крутой вираж – выжав все, на что способны рули, – потом, продолжая торможение двигателем, перевел корабль в пологое пикирование. И только увидев сквозь нижний блистер впереди и внизу приближающуюся яркую звезду – собственное отражение в темной воде, – вновь перешел в горизонтальный полет – но не по прямой, а рваным зигзагом…

Сначала пропала тряска – сменилась дрожью, вибрацией, полной неподвижностью, вмороженностью в воздух. Потом – почти погасло свечение, и триполяр вернул себе прозрачность. Геловани прекратил торможение и перевел двигатель на атмосферный режим полета.

Скорость была девятьсот метров в секунду, а высота – около километра. Внизу расстилался океан, справа садилось солнце, впереди стояла стена мрака.

Чудо произошло. Геловани знал, что потом начнется реакция и он будет, не в силах остановиться, считать шансы и прокручивать варианты, твердо зная, что выполнить этого полета не мог. Однако же выполнил… Но реакция начнется на земле, а пока что он был спокоен как удав. Ну и где эти марцалы? Исса наконец сумел утвердиться в пилотском кресле.

– Готов, – сказал он. Зубы его лязгнули.

– Осмотрись, – приказал Геловани.

Мальчишка послушно опустил на голову шлем. Геловани ещё немного снизился. Белое на воде ему не померещилось – это был небольшой плоский айсберг.

– Очень далеко – две пары «Птиц», – сказал Исса невозможно спокойным, отсутствующим голосом. – Одна в окрестностях этой планетки, высота пять тысяч, другая – над Центральной Африкой, высота четыреста. Похоже, они нас потеряли.

– Будем надеяться… – пробормотал Геловани. – Перенимай управление, пилот. Высота – триста метров, скорость три Маха, курс – Антарктида, база Берд.

– Есть, – тем же голосом ответил Исса. Геловани отстегнулся, опустил спинку кресла и, подтянувшись за поручень, выбрался в кокпит. Если бы голой женщины там не оказалось, он и не удивился бы, и весьма бы обрадовался.

Но она была там. Сидела, обхватив руками голову и колени, и беззвучно сотрясалась…

– Я не уполномочен принимать никаких решений, – повторил Полянский. – Я могу только доложить по команде.