Чтение онлайн

— Скорее, у нас всех. Куда нам?

— На улицу, — ответил Гребня, продолжая постреливать, выпуская очередь за очередью и меняя уже третью обойму.

Но прежде чем Фиеста успела открыть дверь, я схватил её за руку, останавливая и получая её холодный взгляд, обещающий мне смерть. Но я спокойно его перенёс. Меня теперь не напугать одним лишь взглядом, милая.

— Нет, не через улочки. Наверх по крышам, — покачал я головой.

— Новенький, ты… — начало было она, но я перебил её, начав очень быстро объяснять.

— Это засада. Как должны совпасть звёзды, чтоб они случайно врезались в нас? Прям подгадали и врезались на перекрёстке, когда именно мы проезжали, так ещё и на чужой территории в большом городе. Они знали, куда мы едем, и это обычная засада. И если они не дураки, а они не дураки, то это место окружено. За дверью наверняка люди, которые только и ждут, чтоб выпустить нам мозги. Единственное место — крыша. Если они и там, то нам по любому раскладу конец.

— Они не могли знать, что мы едем сюда, — холодно ответила она. — И ты забываешься.

— Я пустой! — крикнул Гребня.

— Лови! — я кинул ему свой пистолет, который он ловко поймал и продолжил отстреливаться. Сам же я обратился к Фиесте. — Хочешь сказать, что это такое совпадение, что в нас врезаются и тут же начинают поливать пулями со всех сторон? Не окажись мы в магазине, нам бы настал конец.

Действительно, не выбрось нас в магазин, мы бы были покойниками. Нас спасло то, что мы вылетели сюда. Но тут ладно, меня удивляет другое — непробиваемость и близорукость этих людей. Они в упор не видят того, что перед ними. Как можно не заметить, что это засада, причём неплохо спланированная? Врежься противники немного точнее, и нас бы перевернуло.

Хотя… чего я требую от обычных солдат? Стоит вспомнить обычных бандитов, с которыми мне приходилось иметь дело. Немного туговатые и туповаты, у которых уровень шуток всегда ниже пояса, разговор через мат, а общая сообразительность ниже среднестатистической. Ведь главное даже не ум, а именно сообразительность в этом деле, которой лишены многие. Мало хорошо стрелять, надо иметь идеи. А они привыкли, когда им говорят, что делать, потому не умеют планировать, собирать и вести за собой людей.

Но на то они и солдаты мафии или босса, что хорошо работают, но думают не очень, от чего и не могут подняться выше. Умные не задерживаются в низах, находя себе дорогу выше и смещая более непрозорливых товарищей.

И те, кто сейчас передо мной, может и хорошие бойцы, но именно что бойцы, так как выше подняться не позволяет мозг.

— Гребня! Мы отступаем на крышу! — рявкнул я, вложив в голос силы, чтоб звучать убедительно и твёрдо, как вёл бы себя любой главный. Не было времени думать, надо было действовать.

— Да! — тут же скорее на автомате ответил он.

— Фиеста, иди куда хочешь, но я за тобой не пойду, — отпустил я её руку. — Гребня, давай же!

Тот выстрелил напоследок, и затвор пистолета занял крайнее положение.

— Пустой.

— Не важно, уходим.

Фиеста стояла всё так же с протянутой рукой, наверное, секунду или две, глядя, как мы поднимаемся по лестнице, после чего двинулась за нами.

Второй этаж представлял из себя обычные жилые дома: коридор, в который по обе стороны выходили двери. Третий этаж был таким же, как, впрочем, и четвёртый. А вот вместо пятого была обычная дверь, которую Фиеста смогла выбить с помощью своей силы.

— Всё, я пуста, — выдохнула она, когда мы выскочили на улицу.

Я подхватил порванную цепь, которой, видимо, и была перевязана с этой стороны дверь, после чего быстро намотал её обратно. Это не остановит их, но замедлит.

— Свяжись с Бурым. Скажи, что нас ждали. Кто-то у вас стучит, — я оглянулся в поисках выхода из этого места. — Так, двигаемся глубже во второй район. Попытаемся затеряться в клубах и притонах.

Почему-то я чувствовал себя… довольно спокойно в этой ситуации, как и раньше, когда приходилось решать по ходу действий, что делать. И пусть стучащее сердце с волнением никуда не делись, но паники не было. Сознание было чистым и спокойным, не охваченным паникой и ненужными мешающими мыслями, готовым решать проблему. Как если бы я сидел дома и раздумывал над этой ситуацией в спокойствии.

Рецидивист…

Нет.

У каждого есть своё призвание…

Плевать на него. Я делаю это, чтобы жить дальше, а не быть чьим-то фундаментом к счастью.

Любой ценой…

Моё больное не успокаивающееся сознание имело своё мнение на этот счёт и спешило им поделиться.

Мы бежали по крышам домов практически до самого конца квартала. Не дошли всего два дома, так как я был почти уверен, что именно около них и будут караулить нас. Спустились на первый этаж по грязной лестнице, которую использовали, помимо её основного назначения, и как место для удовлетворения своих низменных желаний, судя по мусору в углах.

В это время Фиеста, видимо, более доверенная Бурому, созвонилась с ним и сообщила, что случилось. В ответ ей сказали, что это наверняка отец червя, и Бурый сейчас понесётся к боссу и сообщит о свихнувшемся товарище, который напал на его людей. Можно сказать, Бурый уже начал свой план, выставил себя жертвой и теперь может официально предъявить претензии, что на его людей напали.

Нам же следовало пока любой ценой оставаться в живых.

На первом этаже я осторожно выглянул на улицу.

Нам надо было на ту сторону, где начинались настоящие задворки этого района, в которых как раз и располагался центр второго района. Я там проходил, когда шёл в заброшенную школу. Сердце всего района. Клубы, притоны, шлюхи и так далее покрывали весь район, но именно там концентрация была максимальная. Дорога же, по которой мы ехали, находилась как бы с краю второго района.

Никого не увидев, я кивнул моим новым товарищам, и мы втроём пересекли улицу и, только вбегая в переулок, услышали окрик.