За счастьем
Шрифт:
– Нет, мне не кажется! – послышался из спальни мужской голос. – Там точно кто-то ходит! И я так не могу!!!
Алена замерла. Это был не прораб. Она прислушалась. Занервничав, отхлебнула прямо из горла. Вкус знакомый. Дорогое. Сейчас она выплеснет его прямо в лицо парочке.
– У тебя паранойя развилась! Кто сюда может прийти? Мы добирались почти час! Хватит ныть, – бойко отвечала мужчине какая-то девица. – А не то я тебя накажу! Господи, что за шторы? Их что, слепой выбирал?!
– Ах ты, коза! Разлеглась в чужом доме, еще и шторы тебе не по вкусу! – закричала Алена, влетая в спальню.
Деваха завизжала, заерзала на постели, а Вадик встал, как вкопанный прямо над ней. Он оклемался и постарался быстро прикрыть свой голый зад.
Алена опустила бутылку и ошарашенно глядела на всю эту картину. Перед ней какая-то растрепанная девка, рядом Аленин законный муж Вадим. Сидят на ее кровати, в спальне, пока еще без фиолетовых обоев.
– Вадик, – выдавила плаксиво Алена. – Это что за баба?
– Слышишь ты! – рявкнула Николь. – Сама такая, лахудра брачная!
Вадик, как агнец, молчал, потупив глаза. Алена смотрела то на торопливо надевающую белье даму, то на мужа, тоже ищущего брюки на полу.
– Аленушка, ты не так поняла, – наконец, промямлил Вадик. – Это не то…
– А что, Вадим?! – крикнула на него жена. – Как это можно не так понять! Домой можешь не возвращаться!
Жена развернулась и быстро ушла из спальни, чтобы не разрыдаться прямо перед мужем и его подружкой.
– Алена, минуту! – деловито пробурчал Вадим, застегивая рубашку.
Он повернулся к стоявшей уже позади него Николь.
– Я же говорил, что кто-то ходит в коридоре, а ты! Развалилась тут.
– Теперь ты свободен и будешь только моим,– улыбаясь, говорила Ника.
– Да ты хоть понимаешь, какие последствия меня могут теперь ожидать? У меня же все было уже готово! Оставалось дождаться чертовой годовщины, и я бы бросил ее. А теперь она выкинет меня на улицу ни с чем!
– Не хочу ничего понимать! И ты больше к ней не поедешь. Я забираю тебя к себе!
– Я, что, кот плешивый? – взбрыкнул Вадим и вышел из комнаты.
Пришлось Николь догонять своего возлюбленного.
Алена ехала и пила прямо из горлышка бутылки. Какая же она дура! Еще и в их новом доме… Десять лет брака для него ничего не стоят!
Слезы застилали глаза, и Алена вела автомобиль почти не глядя на дорогу. Пила. Плакала и орала в адрес проклятой разлучницы все нецензурные слова, что знала.
– Кабель! Вместо подарка он ушел к другой на нашу годовщину!
Хотя, не ушел ведь еще… Но теперь любое появление Вадима на работе у Алены или дома небезопасны для его мужского здоровья. Пусть только попробует заявиться! Бить Алена умеет. Она ведь в деревне выросла.
На работу Алена не поехала.
Не нужно подчиненным видеть ее в таком состоянии.
Телефон валялся на заднем сиденье авто и муж звонил, судя по звуку, наверное, раз сто. О чем теперь с ним говорить?
Они с Вадимом всегда имели статус спокойной и любящей пары.
А эта мадам в трусах в ее дачном домике разбила весь этот образ, с таким трудом созданный Аленой Сергеевной в течение десяти лет.
В такой ситуации нужно кому-то выговориться. Обычно это мама, подруга или какой-то понимающий человек.
У Алены тоже был такой человек. Вопреки расхожим убеждениям, это двоюродная сестра ее мужа Вадима – Кира.
Сил едва хватило, чтобы докатиться на черепашьей скорости до ее дома. Кира на удаленке и вообще очень свободная и понимающая женщина. Телефон замолчал, и Алена воспользовалась этим, чтобы записать ей голосовое сообщение.
– Кирюша, прошу, спустись, – ныла Алена в трубку.– Я возле твоего дома, жду. Очень нужно.
Тон и голос с нотками слез явно показывал то, что отказ не рассматривается и Кира, конечно, же, вышла.
– Пошёл ты к такой-то матери! Я тебя ненавижу, и не звони мне больше, урод! Да потому, что ты был там с этой коровой, в нашей кровати. Ненавижу тебя!
В открытом окне с пассажирской стороны появилось недовольное лицо подруги Киры.
– Это не то, что подумала… Это по работе звонили, – быстро тараторила Алена.
– Конечно, по работе, – хмыкнула та, окинув взглядом расстроенную Алёну.
Она протянула руку и со звоном щёлкнула по горлышку открытой бутылки, торчащей возле ручника.
– А это, я так понимаю, лекарство от всех бед?
Алена посмотрела на подругу. Опустила глаза и ещё больше размазала тушь, вытирая слезы.
– Поведу я, – скомандовала Кира. – А ты – марш на пассажирское, и расскажи мне, как ты докатилась до пьянства за рулём среди бела дня.
Повторить то, что предстало перед глазами, Алена смогла с трудом. Снова плакала и допивала шампанское уже рядом со спокойной Кирой, уверенно управляющей автомобилем.
– Я ноль! Все! Я просто неудачница… Фирма идет ко дну, муж лежит с какой-то бабищей в моем домике, а я просто никто! Не состоялась ни как руководитель, ни как женщина. И десять лет коту под хвост! Поздравляю!
Алена уже не плакала, а просто иронично причитала и горевала над своей судьбой. Кира слушала терпеливо. Старалась успокоить ее даже.
– Допустим, фирма никуда не идет и такие периоды это обычное дело, ты сама так говорила. А насчет Вадика… Он тебя «женил» на себе обманом. А из этого ничего хорошего не бывает. И сам Вадик хмырь тот еще. Я тебе говорила!
История знакомства Вадима и Алены заслуживает отдельного лирического отступления.
Познакомились они у Киры на дне рождения, и Вадим сразу приметил эффектную шатенку. На всякий случай, уточнил у сестры, свободна подруга или нет, а также немного о том кем работает Алена и состав ее семьи.