Чтение онлайн

— Куда ты? Она же чужая!

— Какая там чужая! Обыкновенная девчонка.

А девчонка смотрела на нас, словно гипнотизировала. Нет; не гипнотизировала, изучала. Сначала ее внимательный взгляд ощупал лейтенанта, потом меня. Я поежился. Возникло ощущение, что она выбирает, кем сегодня пообедать. Руки девчонка прятала за спиной. Последнее обстоятельство настораживало.

Я поудобнее перехватил автомат, ища пальцем собачку. После рассказа о съеденном предшественнике у меня не возникало желания близко знакомиться с местной фауной.

Ее глаза тут же сконцентрировались на оружии.

— Ты кто? — спросил я.

Она протянула левую руку, коснулась барьера, и я с ужасом увидел, как ее ладонь прошла сквозь экран, как сквозь воду, не встретив ни малейшего сопротивления. От резко выросшего давления снова заложило уши.

— Эй-эй! — растерянно выкрикнул лейтенант.

Я выпустил автоматную очередь в воздух. Девчонка метнулась в заросли.

— С ума сошел? — переспросил мой напарник. — Сейчас сюда половина базы набежит.

— Видел? Силовой барьер ей не помеха — сказал я дрожащим голосом.

— Ты чего патроны тратил, дурак?! Это же — девочка! Де-воч-ка!

— Девочка, — растерянно повторил я, с трудом извлекая из ствола ближайшего ко мне дерева черную стрелу. Когда она успела выстрелить? И из чего?

— Ну-у… — присвистнул лейтенант. — Мы бы соорудили тебе великолепный сосновый гроб. Если тебя это утешит, конечно.

Утешит, как же.

Меня не было тринадцать дней. За это время у Серого почти срослись кости на ноге, и, мамиными заботами, появилось мясо на ребрах. Я была рада видеть его. И он тоже. Я видела блеск в его глазах.

— Они не придут, Сержик.

— Ты уверена?

— Уверена. Они нас боятся. Поэтому ты сумел вернуться живым. Тебя, как и меня, просто не стали преследовать. А Старшие действительно скрывают от нас правду. Когда-то их всех здесь бросили. Теперь я думаю, что они правильно делают, что скрывают. Ни к чему нам тот мир. Ни к чему.

Он прижал меня к себе и долго-долго не отпускал. А потом, посадив рядом, заставил рассказать обо всем. Не уверена смогла бы я это сделать, если бы не чувствовала тепло его тела. Серый слушал спокойно и внимательно. Только костяшки пальцев, сжатых в кулаки, побелели от напряжения.

— Ты молодец, Дина. Молодец. Только… зачем ты стреляла?

Я ответила не сразу, боясь, что мои слова рассмешат его.

— За тебя хотела отомстить.

Но Серый не засмеялся. Снова обнял меня и шепнул на ухо:

— Я боялся, что ты не вернешься.

— Почему?

— Я же понимаю, что тебе тяжело с нами. Там… они… такие, как ты.

Я вспомнила молодого человека в серебристой одежде со странным прозрачным пузырем на голове. Он выстрелил в меня, не задумываясь.

— Если ты еще раз скажешь это, я и впрямь уйду от тебя, Серый. Я не шутила, и он сразу это понял.

— Я хочу, чтобы ты пообещал мне никогда слышишь, никогда и никому не говорить о том мире! Ты не придешь туда, не устроишь войну и…

— Радость моя, я ведь даже не знаю толком, что такое — война!

— Мужчины каким-то непостижимым образом всегда это знают. Если пообещаешь, я скажу тебе что-то действительно важное.

Серый осторожно коснулся губами моих губ и тихо сказал:

— Обещаю.

Я улыбнулась и встала

— Хороша

Он дернул меня за руку, не слишком нежно усаживая обратно.

— А где же новость? Я снова улыбнулась.

— Ты дал слово, помнишь?

— К черту!

— А что такое «черт», Сержик? Он отмахнулся от моего вопроса

— Что ты от меня скрываешь?

— Я жду ребенка.

И пока Серый переваривая мои слова, я подумала о том, чего действительно ему не сказала.

Я не сказала что могу пройти через прозрачную стену, построенную теми… Могу я, а значит, смогут и мои дети. И однажды я покажу им наш мир.