Чтение онлайн

Мы с Тавием осуществили вылазку на ближайшую торговую площадь в поисках подарков на Новый год.

Центральная улица Арвены была празднично украшена светящимися разноцветными гирляндами, лапками еловых веток и исполинскими елками, увешанными искусственным огнем и игрушками.

Люди-драконы быстро сновали туда-сюда по своим делам. Но если остановиться, замереть посреди дороги, то можно разглядеть, как много было жизни в каждом действии. Вот мама с маленьким ребенком у лотка со сладостями, выбирают сочный витой крендель, обсыпанный корицей. У малыша горят глаза, и он всем телом льнет к лотку, смешно обняв прозрачную витрину, насколько позволял его обхват. Вот-вот, он сейчас получит то, чего так хотел.

Вот три подружки, молоденькие девушки, чуть ли не порхают над запорошенной снегом брусчаткой, что-то звонко обсуждают, гримасничая и так громко хохоча, что на них оборачиваются прохожие.

Ширококостная женщина торгуется с продавцом чайных трав, одиноко расположившим свой товар посреди улицы. Лицо торговца то багровело, то зеленело, и он махал руками на женщину: "Тьфу ты, проклятая, бери, что хочешь и уходи. Всю душу вынешь!"

Я жадно рассматривала их, подолгу задерживаясь на лицах. Такая простая и дорогая жизнь, какие ценные моменты.

– Что окаменела? Пойдем, - позвал Тавий вперед.

Мы свернули с центральной улицы в узкие переулки и пропустили мимо себя несколько живописных дворов со скульптурами и отключенными фонтанами, обложенными мозаичным рисунком.

Торговая площадь открывалась ареной, стоило только вынырнуть из тихого двора с обледеневшими черными деревьями, распустившими ветви ближе к небу.

И я впервые увидела цивилизованную торговлю на Ромале.

Несколько больших крытых павильонов, отстроенных из красного камня, с широкими светлыми рамами окон. Для торговцев с достатком были выстроены собственные дома-павильончики, там они могли полноправно демонстрировать свой товар зевакам, не опасаясь жестоких ухмылок и колких замечаний конкурентов по ремеслу.

Три основные торговые площадки были поделены по тематикам: "Одежда и сопутствующее", "Еда", "Бытовое и оружие". Последние два лично меня не интересовали, а вот Тавию непременно захотелось взглянуть на оружие.

Я махнула рукой, мальчишки, что с них взять, и направилась в вещевой отсек. Рай для шопоголиков.

Отделы с тканями, готовой одеждой, украшениями, услуги портных и башмачников, нижнее белье, верхняя одежда, изделия из хлопка, из шелка, шерсти, кашемира, кожи и много, великое множество другого, что так и манило к себе, обещая безграничное владение и счастье за монеты.

С удовольствием трогая товар, слушая увещевания продавцов, я пересчитывала монеты в своем кармане и старалась подавлять алчные желания. На мое содержание и без того уходило слишком много средств, чтобы позволять себе тратить бездумно. Ну и как-то странно бы было покупать драконам подарки на их же деньги.

Тема моего финансирования была раз и навсегда закрыта достаточно быстро, в один из вечеров, когда я решила поставить Шарлю вопрос ребром о способе заработка. Мне отказали в жесткой форме, иронично поинтересовавшись, кем я собралась работать без образования и маломальских магических навыков. Вот пройдет года три, тогда вернемся к разговору. Я покорно смирилась, действительно не понимая, кем бы могла устроиться.

Поэтому я отдавала предпочтение в выборе недорогим и максимально полезным вещам. Веру и Тавию в подарок были приобретены шерстяные шарфы, выполненные по принципу хомута, Саиле - кашемировый платок, а Каину и Раилю выпала участь радоваться наборам с травами к чаю. И меня ни разу не смущало, что подарки не блещут фантазией.

В отсутствие Вера, мы с Тавием развлекались, как могли. Друг выбирал для меня книги из библиотеки Повелителей, выгуливал по холодному саду и старался всевозможными способами поднять настроение.

А для грусти было достаточно поводов. Вер вот уже неделю не появлялся, и нам никто не говорил, где он и что делает. Завтраки, обеды и ужины протекали неизменно в атмосфере подавленности и безмолвия, остро пульсирующих под кожей. Каин игнорировал меня всеми доступными способами. Он не то, что не думал отвечать на вопросы, он старался в принципе не попадаться на глаза.

В один из вечеров, я даже решилась зайти в его комнату, чтобы узнать причину странного поведения. Но на стук никто не отозвался, причем, я точно знала, что он находился внутри.

В довершение, Саиля попросила меня спускаться иногда в гостиную залу, где она и еще несколько придворных женщин вечерами вышивали, вязали, обсуждали прочитанную книгу или сплетни.

Выдержки хватило ровно на два раза.

В первый раз поводом для обсуждения послужила моя персона. Свежая кровь. Придворных дам интересовало кто я, откуда, почему допущена к семье Правителей, чем занимаюсь, и кому принадлежит мое сердце.

Я, совершенно не подготовленная к такому анкетированию и не ожидающая подвоха, не знала, что им отвечать. Искала помощи у Саили, но она, казалось, не слышала вопросов и не обратила внимания на возникшее неловкое положение. Или сама желала узнать о ситуации детально.

– Так получилось, - выдавила я, желая слиться со светлой обивкой дивана, на котором расположилась.

Дамы, спустя некоторое время утратили интерес к неоднозначным репликам и сами стали выдумывать мою историю, предполагая то родство с Графом Агейским, то записывая в чьи-то любовницы.

На второй день я спустилась лишь из правил приличия, не имея намерений оскорбить хозяйку замка. Дамы на сей раз обсуждали театральную постановку и участвующую в ней актрису. Их в первую очередь заботило, кто ее финансирует, ведь сама она не из богатых. И кто тот красавчик, что тайно посылает ей букеты за кулисы.

Больше я терпеть не могла. Может быть, Саиле и было до такой степени скучно, что она проводила время с этими женщинами, даже не поддерживая беседу, но я в таком случае отдаю предпочтение одиночеству.

– Перестань, ты ходишь, как в воду опущенная!
– не выдержал Тавий в один из вечеров, когда мы, с ногами забравшись в его постель, устроились за чтением книги. На самом деле, мне очень нравилось так проводить время. Я сворачивалась клубком на широкой груди полуэльфа, а он вслух читал альсийские сказки прошлых столетий. В эти часы почти забывалось обо всем, что происходило в замке.