Чтение онлайн

– Во сколько вам будет удобно? – спросил женщину Сухарик, прикидывая и свое время. Ему не хотелось отменять встречу с Ольгой, потому что она этого просто не захочет понимать. Но и упускать выгодную работу тоже не хотелось. Можно сходить вместе с подругой.

– Ну, скажем, через полчаса, на выходе из метро «ВДНХ»? Успеете или удобнее позже?

Пилат слышал, что через пятнадцать минут Сухарик встречается с Карасем и раньше не приедет к назначенному месту.

– Постараюсь успеть, – пообещал соискатель хорошей работы.

Майор связался с Калединым и доложил о начале операции по захвату Мурены. Координаты места, откуда тот звонил, службы радиоперехвата дали с точностью до дома. Как у американцев – хоть точечный удар наноси. Полицейские функции оператора телефонной сети, при необходимости превращающие сотовый телефон в радиомаяк, реализовать не удалось. Как и ожидалось, Мурена слишком сильный противник, которого на мякине не проведешь. Этот твердо уяснил, что после разговора нужно не только выключать трубку, нажимая на пуговку с красным, но и извлекать из телефона батареи. Он научился делать это за секунду.

По данным Зайцева, Мурена звонил с чердака жилого дома, расположенного в спальном районе столицы, и если план сработает, то ему не уйти.

Со всего города туда подтягивались силы ФСБ и милиции. Они торопились, потому что промедление – это срыв операции.

– Двадцатый, вы где? – вызвал оперативную группу Зайцев.

– Поблизости, – отозвался заступивший на дежурство капитан Исайкин.

– Подхватите меня, вместе поедем на адрес. Мы ближе всех. А то, боюсь, ребята из ОМОНа могут там дров наломать…

В этот короткий промежуток времени казалось, что тысячи километров телефонных проводов, опутывающих город в подземных тоннелях и трубах, раскалились до красна, а нервы оперативников завелись и натянулись, как часовые пружины. Десятки людей включились в работу, образовав сложный, трудноуправляемый, но все же делающий свое дело механизм. Колесики взаимодействия различных служб, структур, подразделений и конкретных людей за десять последних лет сильно поизносились. Истерлись зубчики на шестеренках, кое-где начали ржаветь валы, пружины потеряли былую упругость, выскочили прочные стопоры, сточились направляющие…

Но механизм еще работает. Не как раньше, а скорее по инерции.

Не прошло и минуты, как рядом с оперативным «Мерседесом» остановилась белая «девятка». В металлический бок фургона тихонько постучали.

– Семеныч! Выходи! – шутливо позвал Исайкин. – Такси приехало!

Боковая дверь КП приоткрылась. Майор быстро вышел из-за черных шторок и нырнул в машину опергруппы.

Дверь фургона мгновенно прикрыли.

«Девятка» резко зарычала «инжектором» и помчалась на запад, а ее автомагнитола вместо музыки и новостей начала транслировать продолжающийся телефонный разговор…

– Значит, через полчаса у выхода из «ВДНХ»? – уточнил Сухарик.

– Совершенно верно, – согласилась притаившаяся в засаде опасная рыба Мурена.

Машина опергруппы летела по московским улицам, распугивая прохожих и хрипло гудя на светофорах сиреной. «Девятка» нарушала правила движения, переезжая через две сплошные полосы и разворачиваясь посреди улицы. Взмахнувший жезлом гаишник возле белой патрульной «сигары» с маяками резво выскочил на проезжую часть, придерживая автомат за ремешок. Отпустив желтую «копейку», к нему на помощь заспешил второй инспектор с оружием на груди.

– Посигналь им, – с понятным раздражением сказал Зайцев, хотя водитель уже сделал все, что надо.

Автоматы потеряли целеустремленность и миролюбиво опустились. «Второй» гаишник потерял к «девятке» интерес и тут же выцепил из потока «Ауди» без талона техосмотра на лобовике. «Первый», что помоложе, все-таки качнул жезлом.

– Затрахали уже совсем! Вихрь, бл… антитеррор! – сильно возмутился майор, собираясь ругаться с любопытным ментом.

«Девятка» остановилась. Инспектор быстро, но еще настороженно подошел к машине и взглянул на предъявленное ему через окно спецпредписание. Несколько обиженно набыченных лиц жгли его глазами.

– Все, командир?! Мы не к теще на блины спешим! – рыкнул майор, вытащив на всякий случай малиновую корку ФСБ.

– Извините, мужики! – примирительным тоном произнес молодой инспектор. – Сейчас что ни бандит, то помощник депутата, что ни «черный» – то со спецталоном. И про вашу «отмашку» знают. Счастливо.

Гаишник козырнул, и опергруппа продолжила движение.

Зайцев унял гнев на инспектора, понимая, что парень просто исполнил свои обязанности.

Теперь все мысли о другом.

Через пару минут оперативники подъезжали к нужному дому, а майор удивлялся неосмотрительности Мурены. Уж очень долго болтает.

– Как мы друг друга узнаем? – спросил любезную женщину Сухарик.

– Я сама к вам подойду. Я вас запомнила. До встречи… Короткие гудки понеслись по проводам, превращаясь в невидимые радиоволны и, словно острые иголки, втыкаясь в уши операторов.

Слушая их, у Каледина мелькнула закономерная мысль:

«Они не договорились, у какого выхода из метро встретятся, ведь на „ВДНХ“ их два! Случайно или Мурена страхуется? Придется искать по невнятному описанию, составленному по показаниям рядового Архипкина с КПП. Но это лишь пустой звук».

Размышлять об этом было некогда. Если Зайцеву не удастся взять Мурену по радиопеленгу, то вторая попытка будет у метро. Мурена не зря выбрал для встречи многолюдное место: приезжие, давка, суета… За такое короткое время с засадой там особо не разгуляешься.

Надо торопиться.

Полковник доложился генералу и, прихватив из личного сейфа новенький девятимиллиметровый «вектор», без проблем прошивающий броню и бронежилеты, сунул пистолет в кобуру. Каледин быстро спустился вниз. На выходе предъявил документы прапорщику в «зеленке», и массивная, отполированная лаком и прикосновениями тысяч рук дверь выбросила его на улицу.