Чтение онлайн

– Духи, - равнодушно обронил Шардаш, стараясь соблюсти особенности речи Тобса.

Привязав лошадь в сторонке, чтобы не наткнулись любопытные адепты, профессор зашагал к домику Кайсы - в отличие от прочих преподавателей, она жила одна. Хотя, кто согласился бы слушать её вопли через стенку? А там, в дальнем конце парка, провидица никому не мешала 'озарениями'. Лишь бы она оказалась дома, а не вела факультатив у пятого курса!

Зазевавшись, Шардаш столкнулся с Матиссой Стоккуэл. Та выкапывала из земли корень. Профессора подмывало поинтересоваться, соблюдает ли бывшая коллега правила безопасности, и разрешено ли выращивать на школьных грядках подобные растения, но он промолчал.

– Ой, Торквиниус, подайте перчатки!
– попросила Матисса, мельком взглянув на Шардаша.
– Кажется, я свои порвала, а у меня ранка...

– Уже нагноилась наверняка, - не удержавшись, хмыкнул профессор.
– Великолепное наглядное пособие по беспечности!

Стоккуэл вздрогнула, выронив лопатку.

Поздно сообразив, что Тобс никогда не язвил, профессор сослался на дела и попытался скрыться. Однако у Матисса были другие планы. Выхватив заляпанную землёй палочку, она закричала: 'Стоять!'.

– У меня проблем со слухом нет, - развернулся на каблуках Шардаш.
– А вам бы успокоительное попить и на недельку от учеников отдохнуть. Все нервы вам вымотали. И с палочкой осторожнее: её мыть нежелательно.

Некоторое время они недвижно стояли, глядя друг другу в глаза. Первой взор отвела Мелиса и дрожащим голосом спросила:

– Это вы?

– Я же говорю: лечиться надо, - деланно рассмеялся Шардаш.
– Коллег не узнаёте.

– Тут... тут иллюзия, - рука Матиссы дрогнула, опустив палочку.
– И ваш тон... Простите, Тревеус, но даже изменённый голос его не скроет.

– Скройтесь в корешках, сделайте милость.

Матисса вытерла руки о приготовленное заранее полотенце и взмахнула волшебной палочкой. Обманные чары рассыпались, а Шардаш занял оборонительную стойку.

– Не ошиблась, - констатировала Стоккуэл. Храбрости в ней прибавилось, но глаза всё равно рыскали по сторонам, будто искали подмогу.
– Кого пришли убивать?

– Чужую тупость. Что, убийцы днём по улицам под носом Белой стражи бродят?

Матисса поджала губы и заявила, что либо он идёт с ней к директору, либо она применит силу. Шардаш усмехнулся и взмахнул палочкой первым. Стоккуэл замерла колоритным изваянием. К сожалению, оцепенение продлится недолго, поэтому надлежало действовать. Профессор решил попытаться воздействовать на сознание Матиссы. Теперь он понял, что не следовало торопиться, а Шардаш схалтурил, не выткал иллюзию должного качества. Такую не заметят адепты, а вот преподаватели вблизи раскусят.

Оттащив Стоккуэл в кусты, Шардаш мысленно съязвил, что 'старая дева' об этом всю жизнь мечтала, и коснулся палочкой лба Матиссы. Технике гипноза обучали в ордене Змеи, но профессор никогда к ней не прибегал.

Связь с сознанием Стоккуэл оказалась ненадёжной, время истекало, и Шардаш на свой страх и риск наговорил Матиссе картинку-замену реальности. Якобы мимо прошёл Торквиниус Тобс, помог с корешками и направился в библиотечный корпус. Оставалось вплести в воспоминания своё имя, иначе вязь воспоминаний восстановилась бы. Шардаш выбрал версию, где Матисса и Торквиниус говорили о беглом профессоре, обсуждали, не вернётся ли.

Теперь Шардаш занялся собой. В этот раз профессор сотворил первоклассную иллюзию, изменил звучание голосовых связок, не забыл даже обручальное кольцо на пальце лже-Тобса.

Очнувшаяся Матисса судорожно глотнула воздух и с возмущением уставилась на Шардаша:

– Во-первых, мэтр, ваше поведение возмутительно. Во-вторых, я ношу на груди особый камушек, который защищает от гипноза.

– Ясно, зря старался, - с сожалением констатировал профессор.
– Поверите на слово, никто не пострадает. Или отправить вас читать книги по демонологии?

– Высшие разумные тёмные опасны, - отчеканила Матисса.
– Вы коварны.

– Преисподняя, я столько лет рядом с вами чай пил, почему не убил-то?
– взорвался Шардаш.
– А меня ваша болтовня бесила, зуб даю!

– Жаль!
– разочаровано вздохнула Стоккуэл.
– Я полагала, что мы... Ладно, идите. Бумага о вашем деле пришла вчера. Там сказано, что двоих вы всё-таки убили, но его величество поменял заключение на надзор Белой стражи. Как понимаю, из-под него вы сбежали. Значит, вас сошлют, Тревеус.

Шардаш знал об этом. Ему надлежало сообщать о передвижениях хотя бы магистру, но профессор этого не сделал. Понимал, что Асварус остановит.

Убедившись, что Матисса не ударит заклинанием в спину, Шардаш свернул направо и, миновав небольшой огород, остановился на крыльце дома Кайсы. Заглянув в окно, профессор облегчённо вздохнул: она дома.

Колокольчик едва не пал смертью храбрых, пока провидица не соизволила открыть дверь. Растрёпанная, с блестящими влажными глазами, она с минуту безо всякого выражение смотрела на Шардаша, а потом равнодушно протянула:

– Проходи, Тревеус.

– Что-то меня сегодня все узнают, - скривился профессор, плотно притворив за собой дверь.
– Колдовать разучился?

– Нет, я вижу Торквиниуса Тобса, но знаю, что это ты. Шар ещё на прошлой неделе сказал, что придёшь, - объяснила Мелиса и повела гостя на кухню.
– Чаю хочешь? Холодный, голодный, всеми гонимый... У меня можно без иллюзий, не боюсь.

Шардаш не стал спорить, вернув истинный облик.

Кухня Мелисы походила на кухню ведьмы. Профессор никогда прежде не бывал у неё дома и теперь с интересом осматривал обстановку. Не выдержав, чихнул: слишком много пыли от пучков трав. Все, как на подбор, либо вызывали галлюцинации, либо успокаивали нервы. Если Мелиса Кайса пользовалась всем этим в быту, то долго не проживёт. Не удержавшись, Шардаш заглянул в её зрачки и констатировал, что трансы провидицы не только естественного происхождения.

Мелиса заварила чай с одноимённой с ней травой, разлила по щербатым чашкам и спросила, что профессор желает узнать.

– Всё о демоне по имени Ионафан. Что делал, что сделает, что и куда подкинул, чтобы подставить Мериам Ики. Я заплачу.

На стол лёг кошелёк - всё, что осталось от снятых денег. Но Мелиса плату не взяла, согласилась бесплатно заглянуть в хрустальный шар.

Шардаш невольно отодвинулся, наблюдая за тем, как провидица погружалась в транс. Голова раскалывалась от резких пряных запахов, вызывавших тошноту. Не выдержав, профессор зажал нос платком, стараясь делать как можно меньше вдохов.