Чтение онлайн

– Мотор врубай, – гаркнул Семеныч владельцу катера.

– Куда врубать, сеть под нами, намотаем на винт, полдня потом распутывать. Слышь, молодой, – обратился Петр к курсанту Валере, – нырни, попробуй сеть под винтом протащить. Только смотри осторожно, сам не запутайся. Спешить не надо, мы их за пять минут догоним.

Нырять Валере пришлось несколько раз, на помощь ему слез в воду и лейтенант. Наконец вдвоем они протащили сеть под кормой, забрались в катер, и Петр запустил мотор. Развернувшись по широкой дуге, чтобы не зацепить сеть, катер быстро набрал ход. «Русалка» за это время ушла далеко в сторону соседнего берега, но расстояние между ней и катером быстро сокращалось. Вдруг Петр выругался и, резко сбросив газ, стал разворачиваться.

– Ты что! – заорал лейтенант. Но хозяин катера зло ткнул рукой, указывая вверх по течению Волги. Река там делала резкий поворот, и сейчас из-за крутого берега с большой скоростью почти прямо на них выплывал четырехпалубный белый красавец – теплоход. Над рекой гулко прозвучали несколько басовитых отрывистых гудков, на теплоходе заметили лодку и катер, которые находились прямо по курсу. Но если катер уходил с пути, то лодка, не сбавляя ход, шла наперерез теплоходу, рискуя попасть под него.

– Везет же сукам! – сплюнул за борт Петр, – Если проскочат сейчас, то уже не догоним, теплоходы парой идут. Туристы, мля!

И в самом деле, держась метрах в двухстах от первого теплохода, из-за поворота за ним выходил второй такой же. Однако на «Русалке» поняли, что проскочить перед первым теплоходом они не успеют. На лодке сделали попытку развернуться, и им это почти удалось. «Русалка», выполняя поворот, шла уже параллельно теплоходу, который к этому моменту поравнялся с ней. Вот ее догнала поднятая теплоходом волна, при этом лодку слегка отбросило в сторону, развернуло, и она почти мгновенно, как булавка к магниту, прилипла к корпусу судна, скользнула вдоль него и исчезла под кормой. Через минуту по этому месту прошел второй корабль. Теплоходы, шедшие на большой скорости, начали замедлять ход, прозвучало несколько тревожных гудков, но по инерции они прошли дальше и скрылись за следующим поворотом, а в полосе потревоженной ими воды было пусто. Там не было видно ни людей, ни лодки.

Петр первым очнулся от столбняка, напавшего на всех, кто был в катере. Он направил свое суденышко на место, где все это произошло. Катер на пять минут остановился с заглушенным мотором, а его пассажиры усердно крутили головами в разные стороны, пытаясь увидеть, или может быть услышать кого-нибудь оставшегося в живых. Но кругом стояла тишина, слышно было только как волны, поднятые теплоходами и отраженные от берегов, плещут о борт катера.

– Ладно, что делать-то? – нарушил молчание лейтенант. – Сами они всплывут дня через три в лучшем случае. Водолазам тут работать нельзя, у нас движение, как на трассе, каждые десять минут кто-нибудь проплывает.

– Позвони в Кимры начальству, – порекомендовал Анатолий Семенович. – Им виднее, что делать. Нам они мертвые ни к чему. Вот только дом, где они остановились, хорошо бы посмотреть.

– Так санкция нужна на обыск, – заметил лейтенант.

– Вот сейчас и дадут. Хозяин погиб, дом все равно опечатывать надо, он же один жил. Так что давай лучше сразу поезжай в Кимры за санкцией, мы тебя ждать будем возле дома.

Обыск ничего не дал, и изрядно уставшие Анатолий Семенович и Валера уехали в Москву. По приезде они зашли в отделение к Мусатову и рассказали о неудаче.

– Да, – сказал тот, почесав затылок. – А счастье было так возможно…

– Какое счастье? – недоуменно спросил Семеныч.

– Вот привезли бы их, и было бы всем нам счастье. Мне Гребенюк вчера сказал, что если дело не раскрою, он мне устроит предупреждение о служебном несоответствии. Ладно, мужики, отдыхайте, в понедельник увидимся. Гребенюк в управление уехал, так что дело терпит.

Однако поздно вечером в квартире старшего оперуполномоченного Михаила Мусатова раздался телефонный звонок.

– Ну что, Михаил, новости от твоих ребят есть какие-нибудь? – услышал Михаил в трубке знакомый голос начальника отделения майора Гребенюка и в ответ коротко рассказал ему о событиях на Волге.

– Твою мать! – зло выругался Гребенюк. – Это ж надо, утопить подозреваемых. Да вы все дело утопили! Короче, завтра со всей своей бригадой в одиннадцать у меня в кабинете.

– Товарищ майор, так выходной же! – возмутился было Михаил.

– Мне позвонили с Петровки, будет человек от них, так что никаких выходных.

Михаилу пришлось обзвонить всех участников расследования, включая и эксперта, и объявить о совещании. Валера попытался воспротивиться, он как раз собирался с подружкой на пару дней за город, но Михаил быстро обрисовал ему возможные последствия от уклонения, и несчастный стажер смирился со своей участью.

– Матчбол! – торжественно провозгласил сидевший на судейской вышке рядом с теннисным кортом молодой коротко стриженый парень, у которого поверх спортивной майки была надета наплечная кобура.

На корте играли двое – высокий лысоватый крепыш лет сорока с живыми черными глазами и невысокий узкоплечий мужчина лет на десять помоложе его, с широким лицом, на котором выделялись, слегка торчащие вперед из-за короткой губы верхние зубы, и с уже наметившимся «пивным» животом.

Крепыш подал, молодой отбил мяч, норовя попасть в дальний от соперника угол корта, но мяч ушел в аут.

Игра! – все так же торжественно провозгласил сидевший на судейской вышке.

– Что, журналюга, это тебе не книжки писать, тут тонко действовать надо, – подколол молодого соперник, зачехляя ракетку и вытирая полотенцем.

– Ты, Борь, у нас известный спортсмен, а я скромный любитель. Пошли, выпьем пивка, у тебя, небось, полны закрома.

– Да есть, вчера ребята два ящика привезли, свежее, фура из Германии пришла. Только сначала сполоснуться надо, с меня течет, как после бани. Такая жара, пошли в бассейне поплаваем.

Через полчаса они сидели за накрытым столом на застекленной тенистой террасе. В углу потихоньку шумел кондиционер. Кружки с пивом быстро опустели и тут же были наполнены по второму разу бесшумным официантом.