Чтение онлайн

— Да ладно тебе, — понял Женька, что сейчас пойдет речь о нем.

— Кому ладно, а кому и нет, — усмехнулся Оле!*,

— Наш «будущий геолог* чуть косметичку не спер у какой-то женщины, — сообщила Таня.

— В общем-то это к делу отношения не имеет, — пытался изо всех сил замять неприятный разговор Женька.

Однако четверо ребят, которые не были очевидцами его «подвига», мигом заинтересовались. Олег и Таня изложили в подробностях всю историю,

— Ты, Женька, что, правда, в геологи намылился? — спросила Моя Длина.

— Нет, — отвечал долговязый мальчик. —

Это они виноваты, — покосился он на Олега и Таню.

— Чем, интересно? — была очень удивлена Таня.

— Приспичило вам историей заниматься, — с укором произнес Женька. — Орут на всю улицу памятные даты. Вот старикан ко мне и привязался: «Кем вы хотите быть? Кем вы хотите быть?» А я совершенно о другом в это время думал. Тут камень мне на глаза и попался. Меня и дернуло ему ляпнуть, что я камни люблю. Думал, отвяжется. А он, наоборот, только еще сильнее раздухарился: «Будущий геолог! Я тоже геолог!»

Ребята уже надрывались от смеха.

— Я, может, без этого старика и не перепутал бы косметичку с «куклой», — добавил Женька.

— Значит, во всем старичок виноват, — покачала головой Катя. — Какой нехороший дедушка! О геологии с Женечкой заговорил.

— Сама бы попробовала сосредоточиться, когда у тебя над ухом зудят про какое-то будущее, — продолжал оправдываться долговязый мальчик.

Ребят сотряс новый взрыв хохота. «Будущий геолог» вдруг тоже начал смеяться.

Когда веселье несколько унялось, Олег, взглянув на часы, сказал:

— Сейчас ровно семь. Можно еще чуть-чуть покрутиться до возвращения предков.

— Какой смысл, — пожала плечами Катя, — если, по крайней мере, один из кидал сейчас веселится на дне рождения у тети Любы.

— Действительно, — хлопнул себя по лбу Олег. — Тогда расходимся. А завтра в десять соберемся у меня и наметим дальнейший план действий…

У Пашкова мигом созрел свой план действий. Он рассчитал, что если встанет пораньше, то ему удастся подстеречь Школьникову в Докучаевом переулке. И тогда они с Машкой до самого дома Олега будут наедине друг с другом. Если же Лешке очень повезет и Машка окажется в очень хорошем расположении духа, то, вполне вероятно, они даже остановятся где-нибудь покурить. Она ведь прекрасно знает, что у Олега этого делать нельзя.

Вечером Лешка тщательно подготовился к свиданию. Во-первых, он заставил бабушку выгладить ему самую красивую майку. Во-вторых, продел новые шнурки в кроссовки. Верней, они были не совсем новые. Лешка вытащил их из кроссовок Пашкова-старшего. «Все равно отец носит такую обувь редко, — обосновал свои действия Лешка. — И вообще, ему никакой разницы нет». И любящий сын вдел в кроссовки отца свои, связанные в трех или четырех местах,

На сон грядущий Лешка внимательно прочитал сборник лучших анекдотов года. Теперь ему было чем развлечь Мою Длину, когда они встретятся. Затем мальчик поставил будильник на семь утра и улегся спать.

Утром от будильника проснулся не Лешка, а братан Сашок. Посетовав спросонья на «глупую бабушку», которая вечно забывает, что у него, Сашка, уже начались каникулы, мальчик отключил будильник и снова предался сну.

Вот почему Лешка проснулся не в семь, как заранее было намечено, а в девять. Узнав, сколько времени, он с воем выскочил из-под одеяла и лихорадочно начал готовиться к свиданию Хорошо еще, что родители уже успели уйти на работу. Впрочем, и бабушки с Сашком было более чем достаточно. Они принялись наперебой расспрашивать Лешку, куда он так торопится. Дошло до того, что Пашков перестал разговаривать с не в меру назойливой бабушкой, а Сашку отвесил затрещину. После этого ему наконец дали сосредоточиться.

Лешка тщательно оделся. Потом вдруг вспомнил, что забыл почистить зубы. Он снова бросился в ванную. После чистки зубов новая майка покрылась брызгами пасты. Лешка как мог затер ее. Тут его угораздило обратить внимание на шевелюру. Волосы стояли дыбом. Так показаться Машке нельзя!

Пашков схватил мамин гель и нанес его толстым слоем на волосы. Затем причесался. Волосы больше не торчали.

— Неплохо, — одобрительно поглядел Лешка на собственное отражение в зеркале.

Тут он увидел папин дезодорант и, не снимая майки, щедро попрыскался.

— Теперь порядок, — сказал сам себе Лешка и вылетел из квартиры.

В половине десятого он уже расхаживал взад-вперед возле подъезда Моей Длины. Мамин гель под палящим июньским солнцем немедленно высох. На волосах Пашкова образовалась жесткая корка. Что же до самих волос, то они снова вздыбились. Лешка, однако, этого не видел.

И был уверен, что выглядит замечательно. Правда, несколько женщин, прошедших мимо, смерили его какими-то странными взглядами. Но Лешка не придал этому особенного значения.

«Главное, мне удалось успеть», — с радостью отметил он. Оглядевшись, Лешка устроился неподалеку от Машкиного дома. Теперь он видел ее подъезд, а сам не бросался в глаза. Поэтому, едва появится Машка, он сделает вид, будто они встретились совершенно случайно.

От нечего делать Лешка лениво поглядывал по сторонам. Дверь Машкиного подъезда хлопнула. На улице показался какой-то мужчина. Подойдя к мусорному контейнеру, стоявшему чуть в стороне от дома, он швырнул в него полный пластиковый пакет.

«Вечно эти мусоропроводы засоряются», — отметил про себя Пашков. У них в доме мусоропровод тоже часто не работал. И бабушка отправляла по очереди то Лешку, то Сашка выносить мусор на двор.

В следующий момент Лешкино внимание привлек бомж. Он выполз из-под куста и деловито направился к контейнеру.

«Сейчас завтракать будет», — подумалось Пашкову.

Бомж, покопавшись немного в контейнере, извлек на поверхность пакет, очень похожий на тот, что только выбросил мужчина. В этот момент возле бомжа появился среднего роста субъект в потертом джинсовом костюме. Несмотря на вполне презентабельный вид, он с криком: «Отдай!» — вцепился в пакет.