Закалка клинка
Шрифт:
«Если она сделает выпад, мне останется винить только себя».
Три минуты пятьдесят девять секунд…
Позади раздалось легкое покашливание. Лордан резко обернулся в тот самый момент, когда девушка согнула правое колено и опустила клинок вниз. В арке стоял мужчина и удивленно смотрел на них.
– Мастер Лордан?
Проклятие, это был Летас Моден, один из смотрителей, в его глазах читался упрек.
– Я заметил свет…
Бардас слегка поклонился.
– Я проводил с ученицей дополнительное занятие, – будничным голосом произнес Лордан. – Очень талантливая девушка. Позвольте представить, моя студентка…
«Проклятие, почему я никогда не помню имен?»
Девушка что-то буркнула под нос, но мастера Модена, это, похоже, не интересовало.
– Настоятельно прошу вас, мастер Лордан, предупреждать меня всегда, когда вы соберетесь давать своим студентам дополнительные уроки, – сказал он раздраженно. – Строго говоря, за это взимается дополнительная плата: за свечи, аренду площадей и прочее. Сейчас я прощаю вас, но если вы предполагаете практиковать ваши занятия регулярно…
Брови фехтовальщика трагически изломились. Головная боль достигла апогея, и он меньше всего на свете хотел, чтобы член совета смотрителей отчитывал его в присутствии ученицы.
«Какого лешего старый дурак шляется здесь в такое время суток? Ему что, не сидится дома?»
– Примите мои извинения, мастер Моден, уверяю вас, этого больше не повторится. Я непременно буду заранее предупреждать вас в будущем. Если вы соблаговолите уведомить моего помощника, сколько я должен за свечи…
Мастер Моден нетерпеливо махнул рукой.
– Вы еще долго? Кстати сказать, правила предписывают, чтобы в здании обязательно находился представитель смотрителей, когда используется снаряжение или площадки. Это, конечно, формальность, но мало ли что может произойти. – Он подозрительно оглядел девушку, словно заметил что-то странное, но не понял, что именно. – Возьмите хотя бы тот печальный инцидент на прошлой неделе. А ведь мы обязаны отчитываться перед властями за все, что происходит на территории Классов, особенно если здесь льется кровь.
Лордан ощутил холодок у основания шеи и невольно вздрогнул.
– Еще раз мои извинения, мастер Моден, – сухо произнес фехтовальщик. – На сегодня мы уже закончили, не беспокойтесь. Я сожалею о причиненных неудобствах.
Смотритель издал шмыгающий звук, по всей видимости, выражающий неодобрение.
– Я рад, мастер Лордан. Сударыня, – неохотно добавил он, – спокойной ночи.
Как только за ними захлопнулась дверь, Лордан почувствовал себя значительно лучше. Кровь в голове все еще стучала словно молот, но в целом боль начала стихать.
«Интересно, что все это значило? Во всяком случае, теория Эйтли не оправдалась».
Он вытащил ключ из замочной скважины, сунул его в карман и взвалил на плечи учебное снаряжение. Ночь была холодной, собирался дождь.
«Хвала небесам за маленькие милости», – тихонько добавил Бардас.
Малиновый и синий, синий и зеленый… Читай цвета побежалости, наблюдай, как жар пламени медленно растворяется в стали. Жди последнего перехода, когда зеленый становится почти черным, но успей раньше, чем игра цветов прекратится.
– Достаточно, – объявил Темрай, вытирая лоб рукавом рубахи. – Теперь охлади его, быстро!
Длинная плоская полоска стали с шипением погрузилась в воду и, окутавшись облаком пара, стала невидимой. Как только шипение прекратилось, ее вынули из воды и придирчиво осмотрели.
– Отлично, теперь согни ее пополам, – сказал он, с трудом скрывая удовлетворение.
Сделать это оказалось непросто, и все же сталь выгнулась, как боевой лук, но не сломалась.
– Отлично, – повторил молодой человек, – теперь мы знаем, как закаливать пилы.
Он оставил помощников натачивать зубья обломками песчаника и пошел вдоль берега по направлению к шатрам. Шести и восьмифутовыми пилами можно валить и распиливать лес на доски в два, а то и в три раза быстрее, чем топорами и стругами. Если богам будет угодно, они успеют покончить с заготовкой еще до морозов. Перевозить дерево по заснеженным тропам будет куда сложнее.
В долине царили шум и движение. Широкие холмы на высоком берегу, еще недавно покрытые густым лесом, были усеяны множеством пней и веток, издалека, где еще стеной стояли деревья, доносились крики дровосеков и перестук топоров. Оттуда к реке бревна доставляли упряжки быков и лошадей. Здесь лес вязали в плоты и под ругань сплавщиков отправляли вниз по реке.
«Мы скоро вырубим его целиком, – подумал Темрай. – Хорошо бы построить лесопилки, какие я видел в городе, но времени слишком мало».
Сложнее всего оказалось определить необходимое количество древесины. Первую неделю его люди занимались только тем, что подсчитывали деревья, делали зарубки, прикидывали, сколько досок и брусьев выйдет из одного ствола. Не менее трудная задача заключалась в том, чтобы произвести необходимое количество брусьев и досок для постройки неопределенного числа боевых машин. Через неделю Темрай оставил эту затею и распорядился валить все деревья подряд.
Еще одна проблема состояла в том, чтобы на продолжительное время разместить клан на одном месте. Уже сейчас приходилось посылать стада на выпас выше по реке, что означало потерю многих рабочих рук, так необходимых на заготовке леса. Кроме того, непосильным трудом стала добыча пропитания, поскольку перепуганные лесные обитатели разбежались по дальним участкам леса. Добавить к этому отряды, отправленные на заготовку железной руды, извести, охрану женщин и детей, собирающих тростник… Но вопреки всему людей хватало.
«Нас много, – осознал Темрай, – значительно больше, чем я предполагал».
– Я видел пилы в работе, – сказал возникший словно из-под земли Журрай в покрытой грязью одежде. – Они хороши. Распорядиться, чтобы кузнецы бросили делать гвозди и занялись пилами?
– Я уже позаботился об этом, – покачал головой Темрай. – Те, кто ковал гвозди, теперь делают наконечники для стрел, а те, в свою очередь, пилы. Мальчишек сейчас учат точить зубья, чтобы не сидели без дела. Как бы там ни было, – с усмешкой добавил вождь, – все под контролем.